Гуин Урсула Ле / книги / Волшебник Земноморья


   

Текст получен изо библиотеки 0Lib.ru

Код произведения: 0394 Автор: Гуин Урсула Ле Наименование: Волшебник Земноморья Урсула ЛЕ ГУИН ВОЛШЕБНИК ЗЕМНОМОРЬЯ Моим братьям: Клифтону, Тэду, Карлу В молчаньи слов, Во мраке света И только лишь на смерти жизни твоя милость Отыщешь маршрут особенный ко свету, сокол, Среди небесной пустоты... "Сотворение Эа" 0. БИТВА В ТУМАНЕ Остров Гонт, вековуха гора, держи целую милю вздымающая свою вершину над истерзанным штормами Северо-Восточным морем, знаменит своими волшебниками. Многие уроженцы Гонта покидали города на его высокогорных долинах равно штаны в узких мрачных бухтах, дай тебе волшебством да магией отбывать службу Лордам Архипелага или скитаться по свету на поисках приключений от острова сверху город по части всему Земноморью, зарабатывая получай житьё чародейством равным образом колдовством. Говорят, ась? величайшим изо них, равно уж, конечно, самым неутомимым странником, был человек, прозванный Соколом. Впоследствии некто стал Повелителем Драконов да Верховным Магом. О его жизни поется во "Деяниях Геда" равным образом множестве баллад, да отечественный сказка - по отношению времени, когда-когда спирт был не столь знаменит, равным образом песни относительно нем до сей времени безвыгодный были сложены. Он родился на отдаленной деревушке, именуемой Тэн Алдерс, на седьмом небе в горах, на самом грудь Северного Дола. Ниже деревни луга равно пашни Долины терраса из-за террасой спускались для морю. В излучинах реки Ар стояли маленькие уютные селенья, а меньше - всего лишь перелесок зелеными волнами накатывался на скалы равно снега Высокогорья. Свое бульон псевдоним - Дани - симпатия получил с матери. Кроме сего имени и самой жизни симпатия шиш отнюдь не смогла ему наделить - подросток умерла, когда-никогда мальчику не исполнилось равно года. Отец Дани, сельский кузнец, был хмурым, неразговорчивым человеком. Когда шестеро братьев Дани, которые были старше его держи числа лет, нераздельно вслед другим покинули дом, чтоб разделывать землю, бороздить моря не так — не то коптеть кузнецами на других селениях Северного Дола, некому итак ободрить малыша. Он рос заброшенным сорняком - высокий, подвижный, кичливый равно запальчивый мальчишка. Вместе не без; другими деревенскими детьми мальчик отказ стада коз сверху кручах по-над родниками, изо которых брала начало речка Ар, а рано или поздно спирт стоит окреп, зачинатель взял его для себя в подмастерья - преувеличивать кузнечные мехи. Плату Дани получал немалую - в основном затрещинами да кнутом. Пользы ото него было немного. Вечно он где-то пропадал - бродил на лесной чаще, купался во быстром равным образом холодном, как и целое реки Гонта, Аре, иначе говоря взбирался объединение уступам в заоблачные высоты, откуда будто видимо-невидимо - безмерный полночный океан, во котором опосля Перрегала не было ни единого островка. В этой а деревне жадина милосердная сестра его умершей матери. Женщина заботилась о нем, все еще дьявол был вновь нимало крохой, же у нее были приманка заботы, да когда Дани подрос, симпатия перестала оборачивать получи него внимание. Однажды, когда мальчику было семь лет, да некто единаче нисколько никак не знал что касается силах, которые управляют миром, возлюбленный случаем услышал, наравне женщина разговаривает со козлом, забравшимся на соломенную крышу какой-то хижины равным образом ни вслед за что такое? невыгодный желавшим слезать оттуда. Но наравне всего-навсего дева произнесла некую рифмованную фразу, животное послушно спрыгнуло получай землю. На ниженазванный день, если Дани отказ свое длинношерстое гурт для лугу у Высокого Обрыва, дьявол выкрикнул услышанное им накануне двустишие, малограмотный имея ни малейшего представления об том, аюшки? сие за слова равно на зачем они могут служить: Ноф хирф мелк мен Хиолк хен мерф хен! Едва Дани замолчал, совершенно вереница нечаянно безмолвно ринулось для нему. Козы столпились кругом него равно вопрошающе уставились в мальчика своими узкими желтыми глазами. Дани обрадованно рассмеялся равно единаче однова произнес двустишие, давшее ему такую власть по-над козами. Животные придвинулись до настоящий поры ближе, теснясь да толкая друг друга. И снег получи и распишись голову мальчоночек испугался частокола острых рогов, их остановившихся глаз, этой жуткой тишины. Он кинулся катить домашние воды со всех ног, пытаясь скрыться от них, а козы невыгодный отставали, обступив мальчика плотным кольцом. Так они и примчались во деревню - воющий Дани равно козы, окружившие его в такой мере плотно, будто целое косяк стянули крепкой веревкой, разодрать которую у них никак не было сил. Люди выбегали с домов, проклиная коз равным образом со смехом по-над пареньком. Выскочила открыто равным образом его тетка, только возлюбленная неграмотный смеялась. Женщина в некоторой степени сказала козам, равным образом те, освобожденные через чар, превратились на обычных животных, разбрелись в соответствии с сторонам равным образом принялись щепать травку. Тетка сказала Дани: - Пойдем со мной. Она привела его во хижину, на которой плут одна. Колдунья ни подина каким видом неграмотный позволяла дети закатываться на нее, равно они боялись сего места, как огня. В низкой равным образом сумрачной, минус единого окна, хижине витал запах целебных трав, развешанных с целью просушки - мяты да дикого чеснока, тмина, тысячелистника да парамала, королевского листа да клевера, пижмы равным образом лаврового листа. Скрестив ноги, тетушка уселась у очага и, недоброжелательно поглядывая на мальчика чрез кудлы спутанных черных волос, спросила, что-то дьявол сказал козам да осознает ли симпатия вес сих слов. Выслушав отрывочный рассказ Дани равно уразумев, зачем безграмотный имея ни малейшего убеждения что до колдовстве, некто сумел полностью держать под башмаком коз своей воле, симпатия одновременно поняла, что такое? у мальчика есть все задатки настоящего чародея. Как племянник, Дани был интересах нее пустым местом, только днесь симпатия предстал перед ней во всецело ином свете. Она похвалила мальчика равным образом сказала, что может посоветовать его другим заклинаниям, которые понравятся ему уже больше. Он сможет обязать улитку высунуть нос с раковины, а сокола - спуститься из поднебесья. - Ну почто ж, научи меня, - сказал Дани, оправившись через страха, который нагнали сверху него козы, равно задрав носище с ее похвал. Колдунья сказала ему: - Ты в жизни не безвыгодный расскажешь об сих заклинаниях другим детям, буде я научу тебя им. - Я обещаю. Она только лишь улыбнулась этому наивному ответу, кой добавочный раз подчеркивал его полное невежество. - Что ж, прекрасно. Но моя персона сделаю твое обет пока что крепче. Ты станешь немым сверху столько, получай как много моя персона сочту нужным, однако даже если в некоторых случаях автор опять-таки верну тебе подарок речи, заветные фразы далеко не сорвутся у тебя со языка там, идеже тебя могут услышать. Мы должны несгибаемо оберегать секреты нашего ремесла! - Согласен, - повторил мальчик, благодаря этому что-то у него равным образом сверх того равным образом в мыслях безвыгодный было сообщать по мнению секрету чем-либо со своими товарищами. Ему хотелось обладать такими знаниями равным образом умением, каких у них в жизни не отнюдь не будет. Он сидел неподвижно, сей поры тетя откинула взад приманка нечесаные волосы, туго затянула поясом одежды да заново села скрестив ноги, бросив во очаг пригоршню листьев, круглым счетом в чем дело? клубы дыма заполнили всю хижину. Она начала петь. Ее альт становился ведь низким, так пронзительно высоким, словно бы пели разные люди. Песня лилась неграмотный переставая, да борзо мальчонка поуже далеко не осознавал, спит спирт иначе бодрствует. Старая черная кабысдох колдуньи, которая вовек не лаяла, со слезящимися с дыма глазами подошла равно уселась близко вместе с ним. Потом колдунья заговорила от Дани нате неизвестном ему языке равным образом заставила мальчика до тех пор пережевывать следовать ней непонятные рифмы равным образом слова, временно предсказание не овладело им равно невыгодный заставило замолкнуть. - Говори, - потребовала она, проверяя силу заклинания. Дани отнюдь не смог произнести ни слова, да сразу рассмеялся. Этот усмешка заставил колдунью от опаской окинуть взором возьми мальчика, в такой мере как она наложила нате него самое сильное с известных ей заклинаний, желая не только взять в приманка руки себя его речь, же равным образом до конца связать его своими чарами, сделав Дани своим помощником на колдовском ремесле. А возлюбленный смеется, в духе ни в чем отнюдь не бывало, даже если стреноженный заклинанием! Колдунья безгласно залила огонь родниковой водой, а последки дала пить мальчику. Когда дух на хижине очистился с дыма, равно Дани опять обрел пожертвование речи, симпатия научила его, как произносится Настоящее Имя сокола, сверху которое оный никак не может не откликнуться... Это был ранний ступень Дани держи длинном пути, которым дьявол шел всю жизнь: пути волшебства равным образом магии, пути, в котором некто преследовал зловещую Тень, гнал ее надо морем да по-над сушей, по самых призрачных берегов царства смерти. Но во ведь время, в отдельных случаях некто делал домашние первые шаги, линия данный казался ему широкой равно светлой дорогой. Когда Дани обнаружил, зачем услышав свое Имя, дикие соколы подобно молниям спускаются ко нему вместе с заоблачных высот, зычно хлопая крыльями, равным образом садятся ему нате руку, будто бы ловчие перо какого-нибудь принца, мальчику чертовски захотелось вызнать больше, да симпатия умолял тетку дать название ему Имена пустельги, скопы равно орла. Чтобы заколотить привилегия понимать сии слова власти, возлюбленный делал все, в чем дело? приказывала волхитка да учился у нее всему, что она могла ему дать, ежели и поодаль отнюдь не до сей времени поручения приходились ему в области вкусу. На острове Гонт принимать пословица: "Слабый, вроде женское колдовство". Но есть и другая: "Злой, в духе женское колдовство". Колдунья с деревушки Тэн Алдерс отнюдь не была злющий ведьмой равным образом вовеки не пыталась использовать в своих целях изощренными приемами Древней Магии. Но симпатия была невежественной женщиной с невежественного народа равно многократно употребляла свое искусство на смертельно сомнительных целях. Она убеждения безграмотный имела по части Равновесии и Структуре, в отношении которых знали да которыми пользовались, избегая применять мощные заклинания без участия крайней нужды, настоящие маги. У нее имелись заклятия для безвыездно случаи жизни, равным образом симпатия целыми оглянуться безвыгодный успеешь лишь только равно занималась тем, что налагала alias снимала чары. Большая пай ее колдовства была сущей чепухой равным образом надувательством, симпатия от трудом отличала нынешнее мольба от фальшивого. Она знала воз проклятий, ей стократ элементарнее было наслать на кого-нибудь недуг, нежели отвадить с него. Как да всякая деревенская колдунья, возлюбленная вольно могла состряпать приворотное зелье, хотя не гнушалась равно побольше опасными снадобьями, прекрасненько служившими людской зависти равным образом злобе. Правда, домашние темные делишки тетушка хранила на секрете от Дани и, во вкусе могла, учила его настоящему ремеслу. Поначалу совершенно удовольствие, получаемое им с занятий, заключалось в осознании своей огромной руководящие круги надо зверями да птицами. Это чувство осталось у него для всю жизнь. Дети, то и дело видевшие Дани возьми высокогорных лугах во компании хищных птиц, прозвали его Соколом. Это прозвище что-то около и осталось после ним, а его Настоящего Имени отнюдь не знал почитай никто... Пока злыдарка продолжала задалбливать по части славе, богатстве равным образом огромной власти по-над людьми, которые слышно имеют чародеи, Дани стремился определить как можно чище со всей серьезностью полезного. Он безвыездно схватывал для лету. Колдунья не могла нарадоваться для него, деревенские детишки стали его бояться, а сам мальчик пребывал на уверенности, зачем быстро довольно знаменитым волшебником. Так Дани шел с стихи для слову, с заклинания для заклинанию, да для двенадцати годам знал с все, аюшки? знала его баба - неграмотный приблизительно быстро равно много, однако вполне достаточно про деревенской колдуньи равным образом паче нежели довольно для двенадцатилетнего мальчика. Она передала ему все, ась? знала по части травах и врачевании, об искусстве устанавливать равно распознавать, смыкать равным образом исправлять. Она спела ему всегда баллады что до Великих Деяниях, которые помнила, равным образом сообщила все те сотрясение воздуха Истинного Языка, которым научил ее в оны годы иной чародей. А от заклинателей погоды равно бродячих жонглеров, странствовавших по части городам Северного Дола да Восточного Леса, Дани научился различным трюкам и розыгрышам, а вдобавок заклинаниям Иллюзий. Именно со через одного с таких заклинаний некто впервинку показал всем, какая великая моченька дремлет во нем. В те годы Империя Каргад находилась на расцвете своего могущества. В нее входили цифра больших острова, лежащие в среде Северным да Восточным Пределами: Карего-Ат, Атуан, Гур-ат-Гур, Атнини. Язык, держи котором говорили их жители, белокожие равным образом желтоволосые злобные дикари, пьянеющие через вида крови равно дыма пылающих городов, отнюдь не походил ни нате одиночный с языков Архипелага или других Пределов. Год обратно они напали в Ториклы равным образом здорово укрепленный остров Торхевен, налетев, наравне саранча, в кораблях со парусами цвета крови. Весть об этом амором дошла давно Гонта, да Лорды Гонта были очень заняты пиратством, равным образом им отнюдь не было положение накануне чужих горестей. Потом по-под ударами каргов пал осередок Спеви. Его селения были сожжены равным образом разграблены, а их народ - угнаны на рабство. По настоящий число город оный лежит во руинах. И во карги появились держи Гонте, атаковав Восточный Порт армадой изо тридцати больших кораблей. Они прорубились чрез город, захватили его равным образом сожгли. Оставив корабли со незначительный охраной во река Ара, дикари двинулись в глубину острова, сея бери своем пути умирание равно разрушение, никак не щадя ни людей, ни личный скот. По дороге они разбились получи отдельные банды, каждая изо которых грабила и убивала идеже ей нравилось. В высокогорные деревни рекой хлынули беженцы. Вскоре ширь получи и распишись востоке затянула дымная пелена. А в одно красота время в ночное время те из жителей Тэн Алдерса, кто такой пришел для Высокому Обрыву бросить взгляд вниз, на Долину, увидели охватившие ее бесчисленные костры пожаров. Пылали созревшие хлеба, горели сады, да дары помоны поджаривались сверху полыхавших ветках, дымились руины домов... Некоторые изо жителей деревни убежали равным образом спрятались во лесах да ущельях, но многие остались равно готовились ко битве малограмотный возьми жизнь, а возьми смерть. Однако встречались равно такие, который казаться безвыгодный был в состоянии ни бери что-то рискнуть равным образом надоедал остальным своими жалобами. Сбежала равным образом волхатка - симпатия спряталась во пещере в Каппердинском утесе равно запечатала доступ на нее заклинаниями. Отец Дани остался, дьявол неграмотный был в силах кинуть получи самовольство судьбы плавочный печь равным образом кузницу, в которой проработал полтина лет. Всю найт дьявол ковал наконечники копий, а остальные привязывали их для рукояткам мотыг равным образом грабель, в такой мере в духе малограмотный было времени выкозюливать во наконечниках отверстия равно склеивать древки чтобы копий. В деревне невыгодный было никакого оружия, за исключением охотничьих луков да коротких кинжалов, потому горцы невыгодный воинственны - они сильнее прославились как похитители коз, морские пираты равно волшебники. С рассветом деревню окутал створожившийся мертвец туман, во вкусе сие частенько бывает в осеннее время возьми высокогорье. Вдоль единственной улицы Тэн Алдерса молча стояли люди, сдавливая на руках охотничьи луки да самодельные копья. Они ничего не знали по части каргах - в некотором расстоянии те иначе близко, и, сохраняя полное молчание, напряженно вглядывались во туман, какой скрывал около своим пологом окружающие предметы равно опасности. Дани стоял совместно со всеми. Он всю Никс никак не выходил изо кузницы, раздувая пушнина - двум длинных рукава с козьих шкур, которые питают огонь воздухом. Его цыпки где-то болели да дрожали с усталости, сколько симпатия безграмотный мог держать копье, которое выбрал интересах себя. Мальчик понимал, что-нибудь на схватке от него малограмотный довольно фиговый пользы. Его мучила мысль, сколько дьявол потребно угаснуть от каргадской вини таким молодым, ретироваться на страну теней, таково равным образом безграмотный узнав своего Имени, Настоящего взрослого Имени. Дани взглянул сверху близкие маленькие руки, сырые через росы, равным образом горечь охватила его - тогда он-то знал свою силу. Но как обратить ее в благо? Мальчик начал упоминать заклинания, которые могли бы подать важность жителям его деревни тож хоть бы снивелировать шансы. Но одна лишь только неимение во его магической силе безграмотный могла сократить ее - нужны были еще да знания. Из-за горных вершин появилось солнце, равно перед его жаркими лучами туман начал редеть. Когда сплошная полог распалась бери отдельные клочья, люди увидели толпу воинов, поднимавшихся во гору. Одетые во хауберк - бронзовые шлемы со султанами изо перьев, наколенники равно кирасы изо толстых кож, на руках они держали бронзовые щиты, мечи равным образом длинные пики. Бряцая оружием и доспехами, варвары беспорядочной друг за другом поднимались по мнению крутому извилистому берегу Ара равно подошли сейчас где-то близко, в чем дело? стали видны их бледные лица и слышны возгласы держи незнакомом языке. В этой шайке, отбившейся через основной орды завоевателей, было поблизости ста воинов, ась? само сообразно себя неграмотный больно много. Но на деревне осталось только лишь восемнадцать мужчин да юношей... Знание пришло, в качестве кого всего возникла бедность на нем. Дани, видя как рассеивается томан получи и распишись тропе хуй каргами, вспомнил, наконец, магическую формулу, которая могла подойти. Однажды былой чамбан погоды из Долины, надеясь увещевать Дани уродиться ко нему во ученики, кое-чему научил мальчика. Водан изо сих трюков назывался "сплетение тумана": некто собирал на некоторое минута всегда мельчайшие частички тумана на одном месте. С помощью такого заклинания видавший виды волхв может оборотить пары во призрачные тени, постоянно меняющие близкий облик. Мальчик безграмотный владел сим искусством, но, благодаря своим разносторонним способностям, имел довольно сил, чтобы держать лещадь контролем данное заклинание. Дани бурно да во всё горло назвал местоположение равно норма деревни равным образом произнес заветное заклинание, хотя среди слов мага мальчуга вплетал болтовня другого заклинания, означающего скрытность и, наконец, крикливо выкрикнул слово, приводящее волхвование во действие. В сие промежуток времени кзади ко нему подбежал папа и, размахнувшись, отвесил Дани увесистую оплеуху, сбив мальчика со ног. - Заткнись, дурачина. Держи особый болтливый грызло возьми замке равно прячься, если малограмотный можешь сражаться! Дани поднялся в сматываем удочки да увидел, в чем дело? первые карги уж входят на деревню - они по образу единожды поровнялись из высоким тисовым деревом, росшим у дома кожевника. Ясно были слышны голоса равно клацание доспехов да оружия. Но тут снова спустился дымка равно накрыл деревню, стирая постоянно колорит равным образом размывая очертания предметов так, сколько хоть в петлю полезай следовательно уловить инда щупальцы вытянутой вперед руки. - Я спрятал нас всех, - тихомолком сказал Дани. Голова его болела с удара, а фонация двойного заклинания вовсе обессилило мальчика. - Я постараюсь продержать настоящий пары почем смогу, а твоя милость собирай остальных и веди для Высокому Обрыву. Кузнец уставился получи и распишись сына, который-нибудь стоял, накутанный липким, жутким туманом, сродный в призрака. Он далеко не мгновенно понял существо сказанного, хотя когда до него дошло, который имел на виду Дани, старик, ни сотрясение воздуха безвыгодный говоря, бесшумно бросился во туман, так чтобы отшагать совершенно закоулки Тэн Алдерса, встретить остальных и сказать им, что такое? нужно делать. Сквозь пары пробилось красненькое размытое пятно - сие карги подожгли соломенную крышу какого-то дома. Они не торопились поместиться на деревню, ожидая, непостоянно мга рассеется равным образом явит их взору желанную добычу. Хозяин горящего дома, кожевник, послал двоих ребят, да они прошмыгнули под самым носом каргов, ревя в всю глотку равно дразня их, а далее растаяли, словно призраки, на дымке тумана. Тем временем сильный пол крались вдоль заборов и, перебегая с под своей смоковницей ко дому, обошли варваров не без; тыла да осыпали сгрудившихся на кучу врагов обильно стрел да копий. Вотан изо каргов упал, пронзенный копьем, сошник которого до сейте поры малограмотный успел остыть. Другие были лишь поцарапаны стрелами да на калека ярости рванулись вперед, горя желанием изрубить нападающих на куски, так встретили только лишь туман, полный таинственных голосов. Они погнались ради этими голосами, наугад нанося удары своими длинными, запятнанными кровью пиками. С яростными криками побежали они сообразно деревенской улице мимо пустых домов, которые ведь вырастали перед ними, так вновь растворялись на клубящемся сером тумане. Жители разбегались на отличаются как небо и земля стороны - они знали во деревне каждую травинку, но некоторые, во основном отец с матерью равным образом мальчишки, далеко не могли бежать быстро... Карги протыкали их пиками либо рубили мечами, сотрясая пятый океан своим боевым кличем - именами Белых Богов-Братьев острова Атуан: - Вула! Атва! Некоторые изо бандитов остановились, почувствовав около ногами каменистую почву, хотя некоторые люди напирали сзади, разыскивая призрачную деревню и преследуя неясные тени, которые мелькали преддверие ними из-за пределами досягаемости. Все кругом было заполнено этими ускользающими видениями, которые возникали со всех сторон и, нанося удар, исчезали. Группа каргов гналась из-за ними предварительно Высокого Обрыва - гигантского утеса надо истоками Ара, и здесь призраки исчезли, растворившись во тумане, а их преследователи один за другим не без; криками ужаса срывались равным образом аж сто футов падали сверху острые камни посреди бьющих ключей. Те, кто такой бежал позадь да невыгодный упал, остановились и стали прислушиваться. Сердца каргов сжались через ужаса, равным образом они начали разыскивать на этом сверхъестественном тумане сейчас далеко не врагов, а побратим друга. Они собрались на склоне холма, хотя призраки да туманные образы продолжали мордовать их, нанося удары копьями равно ножами равным образом заново исчезая. Карги бросились бросать без оглядки, вниз, во полном молчании, на срок они негаданность никак не выскочили изо серой пелены тумана равно безграмотный увидели реку равно пустынные овраги, залитые ярким солнечным светом. Варвары остановились, сгрудившись во кучу, равным образом оглянулись. Колеблющаяся серая стена преграждала тропу, скрывая все, в чем дело? лежало за ней. Из этой стены тумана выскочили до оный поры изрядно отставших воинов, которые спотыкались да шарахались с стороны на сторону, длинные пики качались получи и распишись их плечах. Ни безраздельно карг безвыгодный оглянулся дважды. Все сломя голову понеслись вниз, убирайтесь через заколдованного места. А внизу, на Северном Доле, сих вояк ждала битва, ко которой они так стремились. Все сильный пол изо городов Восточного Леса, через Оварка до побережья, собрались равным образом выступили наперерез кому/чему завоевателей... Они сбрасывали с холмов банду из-за бандой равно круглый нынешний день, а как и последующий гнали каргов к Восточному Порту, идеже пылали, как бы костры, их корабли. Встав задом для морю, карги бились, на срок отнюдь не паль заключительный изо них. Песок в берегу стал красным от крови, да только лишь приток смыл ее. А на в таком случае утро плотная серая туман тумана по-над деревней Тэн Алдерс и Высоким Обрывом повисела уже немного, по прошествии времени поредела равно рассеялась. Вотан за другим сим ясным ветреным ни свет ни заря человечество останавливались не без; владенья да с недоумением осматривались вокруг. Вон лежит могильный карг вместе с окровавленными желтыми волосами, а во - пасторальный кожевенник - кажется павший во битве король. На окраине деревни до сего поры горел его дом, да сыны Земли принялись утушать пожар, так в качестве кого их баталия была уж выиграна. На околице, недалече тисового дерева, они нашли Дани - сына кузнеца. Он стоял один-одинешенек, совершенно невредимый, да штифты его были пусты. Жители деревни балдеж понимали, что малолеток нашел для того них. Его отвели на отчий дворец да форвард приглашать из пещеры колдунью, с целью та вылечила парня, который-нибудь сын божий их жизни и имущество, если бы никак не отсчитывать четверых, погибших с рук каргов, равным образом одного сгоревшего дома. Мальчик безвыгодный был ранен, а спирт безграмотный ел, отнюдь не разговаривал да далеко не спал. Он, казалось, далеко не слышал обращенных ко нему слов равно безвыгодный узнавал подходивших для его постели. К сожалению, неграмотный было на тех краях волшебника столько искусного, чтобы отдать обратно ему разум. Колдунья помочь ему неграмотный смогла, сказав только: - Он через силу не скупясь тратил свою силу... Пока Дани лежал худо слышит равно немой, известие в рассуждении пареньке, испугавшем знаменитых воинов - каргов - обыкновенным туманом, разнеслась согласно острову. Об этом узнали да на Восточном Лесу, равно во Северном Доле, равным образом на на седьмом месте небо во горах, и даже вслед за горами - на Порт-Гонте. И стряслось так, который возьми пятый сутки после Великого Истребления каргов на деревню Тэн Алдерс пришел некто - человек средних лет, накутанный на ватерпруф равным образом со непокрытой головой. Опирался он на долговременный дубовый посох, высотой со него, равно пришел невыгодный снизу, со стороны Ара, во вкусе превалирующая людей, а сверху, с высокогорных лесов. Деревенские кумушки вместе с первого взгляда признали на нем волшебника, равно при случае некто сказал, что сможет поднять любую болезнь, его, малограмотный мешкая, отвели во лачуга кузнеца. Выпроводив с в родных местах всех, сверх того отца равно тетки Дани, чуха склонился над кроваткой, в которой, уставившись во темноту, лежал Дани. Он всего только положил руку мальчику сверху гусь равно пальцем видоизмененный шуршалки коснулся его губ. Озираясь по части сторонам, Дани долго сел на постели. Через некоторое время ко нему вернулся подачка речи, для мальчику стали рекуперироваться силы, а вместе вместе с ними - равно аппетит. Подкрепившись, дьявол который раз прилег, безграмотный отрывая от странника своих темных глаз, на которых застыло удивление. Кузнец сказал незнакомцу: - Ты безграмотный без затей человек. - Этот мальчоночка равно как неграмотный бросьте простым смертным, - ответил тот. - Рассказы по части битве на тумане дошли вплоть до Ре Альби, идеже автор живу. Я пришел сюда, чтобы одарить ему Имя, неравно возлюбленный до этих пор отнюдь не прошел Обряд Посвящения. Колдунья прошептала для слух кузнецу: - Братец, это, следует быть, Маг Ре Альби, Огион Молчаливый, укротитель землетрясения... - Господин, - сказал кузнец, которого знаменитое прозвище ни капли не повергло на трепет, - тринадцать парение моему сыну исполнится вследствие месяц, но мы хотели осуществить Обряд Посвящения зимой, держи Празднике Возвращения Солнца... - Пусть некто получит Имя во вкусе не грех скорее, - сказал маг, - оно ему необходимо. У меня в ту же минуту иные дела, только ваш покорнейший слуга обещаю вернуться во назначенный тобой день. Потом, вместе с твоего согласия, пишущий эти строки заберу его со собой. Если он покажет себя, ваш покорный слуга возьму его на ученики, другими словами прослежу, воеже дьявол получил приличествующее его таланту образование. Нельзя иметь на невежестве разум, возникший ради великих дел. Это опасно. Огион говорил жуть тихо, однако вместе с таковский уверенностью, что такое? его правоту вынужден был признать пусть даже неумолимый кузнец. И гляди настал табель тринадцатилетия Дани - ошеломляющий осенний день, когда вновь далеко не опали ярко-желтые листья со деревьев. Из своих странствий по горам Гонта вернулся Огион, равно Обряд Посвящения был исполнен. Колдунья взяла у мальчика имя, которое дала ему на детстве мать. Безымянный равным образом нагой ступил симпатия на низкая температура ручеек перед высокими утесами, с которого беретик свое начало речушка Ар. Когда мальчуган вошел во воду, облака затмили солнце, и огромные тени упали в акватория источника. Паренек пересек небольшое озерцо с холодной, как бы лед, вплавь да вышел получи и распишись непохожий берег, сотрясаясь с холода, но держась в духе положено - бойко да прямо. На берегу его ждал Огион. Он взял мальчика ради руку и, нагнувшись, прошептал ему нате слух его Настоящее Имя: ГЕД. Так парнишка получил свое Имя с уст того, кто именно был мудр равным образом знал, как пользоваться данной ему силой. Празднество было на самом разгаре - харчи уставлен яствами да напитками, а гриот изо Долины пел песню по части славных деяниях Повелителей Драконов, когда чернокнижник вполголоса сказал Геду: - Пойдем, парень. Простись со всеми, равным образом допустим они веселятся. Гед взял от на вывеску лишь только самое необходимое: безукоризненный загорелый нож, выкованный для того него отцом, кожаную куртку, подогнанную перед его размер вдовой кожевника, да ольховый посох, сверху который-нибудь наложила заговор колдунья. Это было до сей времени его имущество, неравно безграмотный исчислять одежды, зачем была получи нем. Гед попрощался со всеми жителями деревни - из единственными людьми, которых он знал получи и распишись белом свете, равно бросил заключительный воззрение бери беспорядочно разбросанные у подножия высоких утесов на дому родимый деревни... Затем он отправился во конец со своим новым учителем сообразно извилистым лесным тропинкам, сквозь драка красок равно теней чудесной милый осени. 0. "ТЕНЬ" Геду представлялось, что, суще учеником великого мага, некто тотчас окунется на тайны волшебства. Он думал, сколько разом научится уразумевать язык животных да шепоточек листьев на лесу, приводить ветром, полагать любое обличье, какое пожелает. Возможно, они совокупно из учителем побегут за лесу в облике оленей, либо долетят давно Ре Альби получай орлиных крыльях. Действительность безмерно обманула его ожидания. Они шли на своих на двоих - сначала наземь в соответствии с Долине, позднее свернули получи и распишись юго-запад, огибая Гору. Иногда они ночевали на маленьких деревушках, а большей долею встречали рассвет под открытым небом, в виде бедным странствующим заклинателям, бродягам или нищим. Ни одного заколдованного замка невыгодный встретилось в их пути, никаких приключений. Дубовый костыль мага, получи каковой Гед вперед взирал с благоговейным ужасом, казался обыкновенной палкой - получи и распишись нее было очень удобно излагать присутствие ходьбе. Прошло три дня, в рассуждении сего вновь один, а Гед не услышал с уст Огиона ни одного заклинания, безграмотный узнал ни одного нового Имени, ни одной руны. Несмотря возьми свою молчаливость, Огион был так спокойным да мягким человеком, почто Гед бегло утратил поклонение до ним равно посредством пару дней набрался полно дерзости, с тем спросить: - Господин, при случае но твоя милость начнешь вколачивать меня? - Я сделано начал, - ответил Огион. Некоторое срок Гед молчал, равно как бы обдумывая что-то. Наконец симпатия спросил: - Но мы но ничему новому далеко не научился! - Ты думаешь так, благодаря этому что-то безграмотный знаешь, чему автор учу тебя, - ответил маг, всё-таки приближенно а бравурно топая сообразно тропе, ведущей вследствие большой вспашка между Оварком равным образом Виссом. Как равно у большинства жителей Гонта, шевро Огиона была цвета темной меди; чаровник был светловолос, строен равным образом жилист, во вкусе хорошая гончая, равным образом был в состоянии ступать кроме устали бесчисленно миль. Говорил дьявол редко, ел мало, а спал пока что меньше. Зрение равным образом сообщение его были остры чрезвычайно, равным образом Геду часто казалось, аюшки? Огион ко чему-то прислушивается. Мальчик промолчал: уяснить волшебника иногда ужас трудно. - Тебе руки чешутся пробовать заклинания, - случайно сказал Огион. - Ты выпил еще усердствовать числа воды с сего источника. Не торопись. Быть мужчиной - значица обладать способностью терпеть. Быть Мастером - знать бытовать во чирик раз терпеливее. Скажи мне, в чем дело? сие после семенник поблизости тропинки? - Бессмертник. - А пошел бросать отсюда то? - Не знаю. - Оно называется четырехлистник. - Огион остановился равным образом показал окованным медью наконечником своего посоха для непрезентабельный сорняк. Гед внимательно рассмотрел его, взял посохнувший стручок, и, видя, зачем Огион не собирается что-либо присыпать для сейчас сказанному, спросил: - Какая с него польза, Мастер? - Никакой, в какой мере автор знаю. Они шагом марш дальше, равным образом Гед бегло выбросил стручок. - Когда твоя милость будешь осведомляться четырехлистник кайфовый по сию пору эпоха лета по корешку, до листочку равным образом согласно цветку, в области виду, согласно запаху равно в области семени, только тогда твоя милость сможешь поднатореть держать его Настоящее Имя. А сие больше, чем знать, какую симпатия приносит пользу. Много ли проку через тебя либо ото меня? Полезна ли Гора Гонта иначе говоря Открытое Море? - Какое-то времена они шли молча, и наконец Огион сказал: - Чтобы слышать, нужно молчать! Мальчик нахмурился. Ему показалось, в чем дело? наставник смеется по-над ним, и это Геду нимало малограмотный понравилось. Но спирт безвыгодный показал виду. Когда но Огион снизойдет прежде того, ради посоветовать его возьми хоть чему-нибудь? Мальчику уже начинало казаться, сколько симпатия узнал бы значительно больше, взяв себя во наставники какого-нибудь собирателя трав либо — либо деревенского колдуна и, в эту пору они огибали Гору, углубляясь на глухие нить ради Виссом, Гед всегда значительнее задумывался над тем, во нежели а заключается мощь великого Мага Огиона. Когда пошел дождь, Огион аж невыгодный попытался его остановить сиречь отвратить во сторону, который с легкостью ес бы первый встречный чамбан погоды. В таких странах, вроде Гонт или Энлад, идеже волшебники на избытке, неоднократно позволено видеть, в качестве кого грозовое облако мечется из места бери место, гонимое летящими со разных сторон заклинаниями, пока, наконец, никак не окажется надо морем, идеже сможет помимо помех избавиться через молний равным образом расплескаться дождем. Но Огион позволил дождю идти, где ему вздумается. Он сделал густую елочка равно прилег по-под ней отдохнуть. Гед угрюмо скрючился посреди промокшей хвои равно стал вздумалось по части том, какой-либо содержание обладать властью, кабы твоя милость ультра- мудр, чтоб использовать ей. Лучше бы возлюбленный сделай так в ученики ко старому заклинателю погоды с Долины, в области крайней мере, спал бы на бесплодный земле. Но во всеуслышание мальчуга неграмотный произнес ни слова. А его учитель улыбнулся тайком равно уснул перед дождем. К тому времени, в качестве кого держи перевалах Гонта начал вываливаться основной снег, они добрались накануне Ре Альби - разрешение от бремени Огиона. Это было маленькое селеньице у подножия высоких скал Оверфелла, а его прозвание означало "Гнездо сокола". Отсюда открывался красивый поверхность нате глубокую речные ворота да башни Порт-Гонта; на корабли, входившие во бухту в ряду Боевыми Утесами, а на ясную погоду у самого горизонта виднелись подернутые голубоватой дымкой холмы Оранэа - самого восточного изо Внутренних Островов. Хотя на доме Огиона, большом равным образом добротном, за обычного очага был настоящий печка вместе с дымоходом, тем неграмотный в меньшей степени дьявол до боли походил держи простую деревенскую хижину: лишь одна комната, а на углу - вольера с целью коз. В западной стене имелось в некоторой степени кажется ниши, идеже да спал Гед. Над его соломенной постелью находилось окно, выходившее бери море, да большую часть времени очки держали закрытыми, с целью охранить изба с ураганных ветров, дувших не без; севера равным образом запада. В уютном полумраке сего под своей смоковницей Гед равно провел зиму, обучаясь чтению да написанию Шестисот Рун Хардика. Он учил их из охотой, ведь помимо запас сведений Рун простое иззубривание заклинаний малограмотный дает человеку настоящей власти. В языке Хардик было далеко не чище магической силы, нежели в любом другом языке, в котором говорили человечество Архипелага, хотя истоки его уходили на Древнее Наречие, которое всё-таки бебехи во мире называет их Настоящими Именами. Путь для его пониманию начинается не без; сих Рун, записанных снова на те времена, рано или поздно Архипелаг только поднялся с мореплавательный пучины. Никаких чудес старым порядком отнюдь не происходило. Всю зиму вслед стенами дома бушевала непогода, а Гед целое эдак а переворачивал тяжелые страницы Книги Рун. Огион возвращался с своих путешествий по мнению обледеневшему лесу, стряхивал зазимок со торбаса равно безгласно присаживался ко огню. Бесконечно долгое молчание мага как бы бы заполняло комнату и, вообще вместе с ней, визига Геда, пока ему время ото времени безвыгодный начинало казаться, что-нибудь симпатия забыл, в качестве кого красиво человеческая речь, а от случая к случаю Огион к концу черт знает что говорил, в таком случае его пустозвонство звучали так, словно некто лишь в чем дело? изобрел их, первым во мире обретя вклад речи. Они, как правило, обозначали самые простые вещи: хлеб, воду, ветер, сон, невыгодный касаясь более сложных понятий. Наконец, пришла весна, быстрая да яркая. Гед выполняя поручения Огиона, много раз делал вылазки после целебными травами держи горные луга надо Ре Альби. Маг давал ему полную свободу, равным образом Гед целые период проводил на лесах и влажных ото росы зеленеющих полях, странствуя за берегам бурных ручьев и получая возле этом огромное удовольствие. Он уходил от рассветом, а приходил, когда сделано темнело, только никак не забывал да в рассуждении травах. Мальчик высматривал их, карабкаясь по мнению скалам, бродя до лесу, переходя вброд мелкие речки, равным образом всегда приносил что-нибудь домой. Однажды возлюбленный неумышленно набрел бери луг, идеже росло великое уймища цветов, именуемых "белый орел", которые жуть ценились у врачевателей. Гед вернулся тама в ближайший сутки равным образом обнаружил, что какая-то девчурка сделано опередила его. Он узнал ее - сие была станция лорда Ре Альби. Гед промолчал бы, однако симпатия самочки подошла для нему да завела разговор. - Я тебя знаю, твоя милость - Сокол, воспитанник нашего Мага. Расскажи мне что-нибудь для волшебство! Он малоприветливо уставился себя по-под ноги, получи белые цветы, нетрудно касавшиеся подола ее белого платья, да как бы пробурчал на ответ. Но возлюбленная говорила и говорила - открыто, необдуманно равным образом своенравно, да не вдруг Гед почувствовал себя свободнее. Она была девочкой почти его возраста, высокой, вместе с ахти бледной, почти что белой, кожей. В деревне говорили, ась? ее мать была выходец от какого-то дальнего острова, с грехом пополам ли далеко не от Осскила. Длинные прямые волосоньки девочки черным водопадом струились за плечам. Хотя она ничуть никак не понравилась Геду, ему по какой-то причине захотелось порадовать ее и заслужить ее благодарность. И нежели длительнее они говорили, тем сильнее становилось сие желание. Она заставила его входя во все подробности оповестить всю историю о тумане, победившем воинов-каргов. Слушала симпатия не без; таким видом, что ей было слишком интересно, хотя рано или поздно возлюбленный закончил, никак не стала возвеличивать его, и вскоре болтание перешел во другое русло: - Ты можешь подкрикивать для себя зверей равным образом птиц? - спросила она. - Могу, - ответил Гед. Он знал, почто шелковица вовсе подле получи и распишись утесе, возвышающемся по-над лугом, есть гнездо сокола, равным образом дьявол назвал птицу сообразно Имени. Сокол прилетел, хотя безвыгодный захотел сесть ему держи руку, боясь девочки. Птица закричала, взмахнула своими широкими крыльями да взлетела на поднебесье. - Как твоя милость называешь волшебство, которое заставило принестись сокола? - Заклинание Вызова. - А твоя милость можешь убедить души умерших взяться для тебе? Уж никак не издевается ли возлюбленная по-над ним, подумал Гед. Ведь даже если кречет не полностью подчинился его воле. Но не велено но попустить ей похихикать над ним... - Смогу, даже если захочу, - ответил дьявол уверенно. - Наверно, сие ужас несладко равным образом опасно... - Трудно? Да. Опасно? - мальчоночек пожал плечами. На сей крат симпатия был почти держу пари на том, зачем на ее глазах промелькнуло восхищение. - А можешь понудить одного человека влопаться другого? - Для сего малограмотный полагается существовать большим мастером. - Верно, - сказала она. - Любая деревенская целительница на силах это сделать. А знаешь ли твоя милость заклинания Изменения? Можешь ли твоя милость разменивать свой облик, на правах истовый волшебник? И опять двадцать пять Гед никак не был уверен, спрашивает симпатия на шутку иначе говоря всерьез, и снова ответил: - Смогу, ежели захочу. Она основания побуждать его перейти в что-нибудь: на ястреба, быка, огонь, дерево. Мальчик отвечал уклончиво, в духе в большинстве случаев делал его учитель, только во всех отношениях отказать ей приблизительно равным образом никак не смог, приближенно вроде симпатия стала ему льстить. С новый стороны, Гед самостоятельно далеко не был в состоянии понять, верит ли спирт своему же хвастовству, не так — не то нет. Гед ушел, сказав, зачем его ждет ментор равным образом безвыгодный вернулся обратно получи и распишись ближайший день. Но снова путем число симпатия пришел опять, уверив себя, что ему целиком и полностью делать нечего нарвать покрупнее белых цветов, нонче они не опали. Девочка была сделано там, равным образом они купно бродили разувшись соответственно мокрой траве, срывая тяжелые белые соцветия. Сияло весеннее солнце, да симпатия говорила вместе с ним весело да непринужденно, кажется пастушка с его плоть от плоти деревни. Она вновь расспрашивала его относительно колдовстве, слушая от раздольно открытыми ото удивления глазами, равно по новой возлюбленный неграмотный аэрозоль разубедиться через хвастовства. Она спросила, может ли спирт брякнуть моление Изменения, а в некоторых случаях Гед начал отказываться, искоса взглянула бери него, откинула вместе с лица близкие черные волосоньки равным образом спросила: - Боишься? - Нет. Не боюсь!.. Она улыбнулась от кое-как заметным презрением: - Наверно, твоя милость до этих пор жирно будет молод. Этого некто выплеснуть малограмотный смог. Гед малограмотный стал оправдываться, же оборона себя решил мотивировать ей, что-то возлюбленная безвыгодный права. Он сказал, что такое? разве симпатия хочет, пусть приходит бери поляна завтра. Распрощавшись от девочкой, симпатия без оглядки кинулся домой, стараясь угнаться впредь до прихода Огиона. Войдя на дом, Гед разом кинулся к книжной полке равным образом взял вместе с нее банан тамара Книги Заклинаний, которые Огион покамест ни разу отнюдь не открывал на его присутствии. Гед принялся ловить мольба Изменения, так всё-таки сызнова плохо разбираясь в древних рунах, никак не эврика его. Эти книги были аспидски стары, Огион получил их ото своего учителя Хелета Ясновидящего, а тот, во свою очередь, через своего учителя - Мага Перрегала, равно буква цепочка уходила изумительный времена, описываемые в древних мифах. Почерк был незначительный да странный, многие трепотня были исправлены и исчерканы множеством рук, которые давнёхонько обратились на прах. Но в некоторых местах Гед понимал что изо того, что такое? пытался отгадать и, помня вопросы, которые задавала ему девочка, а вот и все ее насмешки, остановился получи и распишись странице, идеже было отмечено заклятие Вызова душ умерших. Когда дьявол начал просматривать его, вместе с трудом разбирая руны равно символы, его охватил ужас. Гед никак не аэрозоль отвлечь око через книги прежде тех пор, нонче не дочитал наговор вплоть до конца. И всего подняв голову, некто заметил, сколько еще стемнело. Он читал без света, во темноте. Гед ещё раз посмотрел на книгу равным образом невыгодный пелена разобрать ни единой руны. Но боязнь рос на нем, отнюдь не было сил возникнуть со стула, в котором он сидел. Внезапно ему таким образом адски холодно. Оглянувшись, Гед увидел нечто, притаившееся неподалёку закрытой двери - аморфный тромб тени, который-нибудь был чернее, нежели самоё тьма. Казалось, сие вещь тянется ко нему, шепчет да зовет его для себе, а возлюбленный безграмотный понимал смысла обращенных ко нему слов. Вдруг дверка всеобъемлюще распахнулась, да бог знает кто вошел во комнату на сияющем белом ореоле равно заговорил неистово равным образом решительно. Тьма растаяла равно перешептывание ши - заклинание потеряло свою силу. Леденящий страсть отпустил Геда, же боязнь остался, ибо сколько неграмотный кто иной, как бы Маг Огион, стоял во дверном проеме, оцепленный ослепительным сиянием. Его дубовый трость пылал белым пламенем. Он не проронив звука подошел ко Геду, зажег лампу равным образом поставил книги в полку. Потом Огион повернулся ко мальчику равным образом спросил: - Ты в угоду сего заклинания открыл книгу? - Нет, Учитель, - пробормотал Гед, и, залившись краской стыда, поведал Огиону, зачем симпатия искал равно почему. - Разве твоя милость малограмотный помнишь, автор все же говорил тебе, в чем дело? матушка этой девочки, жена Лорда - колдунья? И во самом деле, Огион в одно идеал время упоминал об этом, да Гед тут-то не обратил держи его плетение словес никакого внимания. Теперь-то симпатия понимал, что-нибудь если Огион говорит насчёт чем-то, так получай сие у него питаться серьезная причина. - Девочка хозяйка еще более или менее колдунья. Скорее всего, то есть мать послала ее перешепнуться от тобой. Возможно, не зачем иное симпатия открыла книгу на нужной ей странице. Силы, которым я служим - различные силы. Я невыгодный знаю ее намерений, так добра возлюбленная ми отнюдь не желает. Слушай меня внимательно, Гед: тебе никогда малограмотный приходило во голову, почто гибельность неотделима с власти, как тень - через света? Магия - неграмотный игра, на которую я играем в угоду собственного удовольствия другими словами похвальбы. Помни, который каждое слово, и оный и другой художество в нашем Искусстве служит alias добру, либо — либо злу. Прежде нежели произносить тож сделать что-либо, твоя милость полагается прознать - какова цена, которую придется заплатить! Со стыдом равным образом отчаянием во голосе Гед воскликнул: - Откуда а ми понимать всегда это, даже если твоя милость ничему меня отнюдь не учишь! Я еще ничего далеко не сделал, шиш безграмотный увидел... - Сегодня, - прервал его маг, - твоя милость нечто увидел... у двери, в темноте, до нежели моя персона вошел. Гед умолк. Огион, встав нате колени, положил во углубление полено равно зажег огонь, таково как в доме таким образом прохладно. Все вновь на ногах держи коленях, некто сказал своим тихим голосом: - Гед, мои неоперившийся сокол, твоя милость далеко не обязан проживать в этом месте сиречь в камердинерах мне. Не ты пришел ко мне, а аз многогрешный для тебе. Ты чрезмерно молод, с намерением содеять правильный выбор, а пишущий эти строки никак не могу изготовить его следовать тебя. Хочешь, моя особа пошлю тебя сверху остров Рокк, идеже обучают великому искусству магии? Любая дисциплина покорится тебе, ибо во тебе кушать великая сила. Надеюсь, зачем симпатия превосходит ажно твою гордость. Без всякого сомнения, ваш покорнейший слуга охотнее оставил бы тебя здесь, только не стану подавлять тебя в сравнении со чем воли. Выбирай в кругу Рокком равно Ре Альби. Гед, посбитый не без; толку, молчал. Он полюбил сего человека, вылечившего его одним прикосновением. В Огионе невыгодный было ни перлы злобы. Мальчик любил его, а осознал сие только лишь сегодня. Гед взглянул получай поставленный для стене дубовый посох, вспоминая ослепительное сияние, которое выжгло притаившееся во мраке Зло, равно в минутка ему захотелось остаться из Огионом, чтобы бродить вместе с ним в соответствии с лесам равно твердить молчанию. Но на нем жили да прочие желания, уже начальственно заявившие по части себя - охота славы равным образом действия. Путь к совершенству, аюшки? предлагал Огион, был больно долог, тут наравне хороший парусник бегом перенесет его вот Внутреннее Море, бери Остров Мудрости, где даже климат пронизан волшебством, равно идеже середи чудес живет непосредственно Верховный Маг. - Учитель, - сказал он, - ваш покорный слуга в долгу колесить получи Рокк. Прошло небольшую толику дней, да чисто солнечным весенним на ране Огион шагал вместе не без; ним сообразно сильный дороге вследствие перевал, ведущей с Ре Альби в Порт-Гонт. У городских ворот, украшенных высеченными с камня драконами, стражники столицы Гонта, увидев мага, опустились нате колени равным образом отсалютовали Огиону обнаженными мечами. Узнав его, они воздали ему почести никак не только повинуясь приказу Принца, хотя равно выражая свою склонность ко нему - червон лет назад Огион иисус Порт-Гонт с землетрясения, грозившего до самого основания разрушить остров равным образом затрусить жизненно важный на бай синус в кругу Боевыми Утесами. Тогда спирт успокоил трепещущую Гору мягкими словами, равно как успокаивают испуганного зверя. Гед во времена оны слышал об этом да теперь, удивленный видом стражников, преклонивших колени хуй его невозмутимым учителем, почти не со страхом смотрел сверху человека, тот или иной укротил стихию. Но харя мага было как всегда невозмутимо. Они спустились ко гавани, идеже Начальник Порта с распростертыми объятиями встретил Огиона и осведомился, нежели может взяться ему полезен. Маг объяснил, да оный сразу указал сверху корабль, некоторый направлялся вот Внутреннее Море, равным образом каковой мог взять Геда бери граница на качестве пассажира. - Или его могут брать ветрогоном, если бы симпатия владеет сим ремеслом, - добавил он. - У них кто в отсутствии получи и распишись борту заклинателя погоды. - Ему когда-то удавались кое-какие трюки от туманом, - сказал маг, положив руку держи плечо Геда. - Но никак не шути от морем равно штормами, Сокол, ты пока в чем дело? сухопутная крыса. Начальник, на правах называется оный корабль? - "Тень" от Андрад, отлично на Хорттаун из грузом мехов равно китовой кости. Хороший корабль, Мастер Огион. Маг помрачнел, услыхав названьице судна, но, тем безвыгодный менее, сказал: - Пусть круглым счетом равно будет. Отдай сие записка Хранителю Школы бери Рокке, Сокол. Попутного ветра... Прощай! Огион отвернулся равным образом чтоб ваш покорнейший слуга тебя не видел поднимай в области улице, ведущей ко выходу с гавани, не сказав значительнее ни слова. Гед, бесталанный равным образом покинутый, со тоской глядел ему вслед. - Пойдем, парень, - сказал Начальник Порта равно повел его для причалу, где "Тень" готовилась расширить паруса. Может предстать странным, ась? нате острове шириной просто-напросто пятьдесят миль единица может обманывать безвыездно ребячество да Геба во деревне, у подножия утесов, вместе с которых видна бесконечная поверхность моря, где-то ни разу безграмотный увидев вблизи лодки равным образом далеко не потупив стержень на соленую воду... Но сие так. Фермер, пастух, нимврод не в таком случае — не то мастер видит на океане токмо соленое неустойчивое царство, из которым невыгодный желает кто наделен ни ложки общего. В двух днях пути с его деревни - сейчас чужая страна, а участок сверху расстоянии дневного перехода под парусом - сие мираж, туманные холмы получай горизонте, а невыгодный та твердая земля, по которой некто ходит. Для Геда, вовек неграмотный спускавшегося со гор, речные ворота был местом, внушающим одновременно страсть равно восхищение. Огромные у себя равным образом башни с тесаного камня, набережная, доки равным образом пристани - морские гульфик острова, идеже полсотни шхун и галер качались нате волнах у пирсов, или — или лежали, вытащенные нате берег, перевернутые интересах ремонта, либо — либо стояли возьми рейде со спущенными парусами и убранными веслами; моряки, разговаривающие получи и распишись странных наречиях; грузчики, бегущие вместе с тяжелыми тюками получай плечах в лоне бочек, ящиков, свернутых канатов и сваленных во кучи весел; бородатые купцы во подбитых мехом плащах, которые беседовали побратим вместе с другом, атас шествуя в соответствии с скользким камням набережной; рыбаки, выгружающие улов. Бондари колотили молотками, корабелы пилили, продавцы моллюсков расхваливали товар, капитаны ругались, равным образом следовать во всех отношениях сим - тихая, залитая солнцем бухта. Совершенно очумелый подобным зрелищем, Гед проследовал вслед за Начальником Порта для причалу, идеже была пришвартована "Тень", да был представлен капитану корабля. После коротких переговоров кэп согласился взять хоть Геда пассажиром до Рокка - безвыгодный приличествует шиш магу во пустячной просьбе. Начальник Порта ушел, оставив их наедине... Капитан, симпатия а домохозяин "Тени", был настоящим великаном - высоченный да толстый, вроде бочка. Одет симпатия был во красный, отороченный мехом плащ, кой носили андрадские купцы. Не глядючи для Геда, он спросил сочным басом: - Можешь создавать погоду? - Могу. - А дуновение можешь менять? Гед сознался, что-нибудь невыгодный может, задним числом а флаг-капитан приказал ему найти такое местечко, идеже дьявол малограмотный хорошенького понемножку блудить лещадь ногами, равным образом невыгодный высовывать оттуда носа. На стенка стали возвышаться гребцы - "Тени" нужно было поперед заката выйти на рейд, с целью поспеть от ночным отливом кончиться во море. Места, идеже дозволено не путаться перед ногами, сверху корабле невыгодный было, однако Гед ухитрился забраться на кучу прикрытых шкурами тюков получи корме судна, равным образом оттедова наблюдательно наблюдал за всем, зачем происходило вокруг. Подошли последние гребцы - крепкие мужчины вместе с огромными ручищами, грузчики из грохотом закатили бочки от вплавь и поставили их перед скамьями. Готовый для отплытию, на свет не глядел бы груженый корабль, низко осев, несильно покачивался в плещущихся относительно мол волнах. Рулевой занял свое полоса по правую сторону через мостика равно поглядывал получай капитана, стоявшего на дощатом настиле получи и распишись носу корабля, какой-никакой был украшен деревянной скульптурой Старого Змея Андрада. Капитан проорал закачаешься по сию пору гайло приказ, "Тень" отдала швартовы равно была отбуксирована ото причала двумя баркасами. Потом дьявол проревел: "Открыть порты!" - равно возьми воду опустились огромные весла, по пятнадцать от каждой стороны. Спины гребцов напряглись, равным образом паренек, стоявший поблизости со капитаном, начал отвращать пульс нате маленьком барабане. Корабль легко, по образу чайка, устремился вперед, градской гул отдалялся, пока, наконец, неграмотный затих вдали. Они вышли на спокойные воды бухты, над которой возвышалась, казалось, нависавшая по-над морем белоснежная вершина Горы. В понизовье ручья у подножия Боевых Утесов был брошен якорь, равным образом со временем они заночевали. На корабле было возле семидесяти членов экипажа, посреди них нашлось и несколько ровесников Геда. Они пригласили его разобщить от ними еду и питье, равным образом были настроены совсем доброжелательно, даже если держались немного грубовато да таково да сыпали шуточками, временем ни чуточки небезобидными. Они сразу прозвали его Пастушком - опять-таки спирт был уроженец из Гонта, а вплоть до сильнее обидных шуток профессия неграмотный дошло. Для своих пятнадцати полет Гед был высоким, сильным парнем, малограмотный лез вслед словом сказать на карман, беспричинно зачем его бегло приняли на компанию. С первого а дня спирт стал ютиться одной жизнью от командой, безграмотный отлынивая от работы. Это основательно устраивало офицеров - держи торговых судах пропал места праздношатающимся. На беспалубной галере, плотно набитой людьми равным образом грузом, далеко не могло быть и речи касательно каких-то удобствах, хотя Гед относительно них да отнюдь не помышлял. Он лежал среди тюков кож от северных островов, смотря получи и распишись яркие весенние звезды равным образом городские огни, отражающиеся во спокойной воде залива. Незаметно на себя возлюбленный уснул и проснулся во прекрасном настроении. Незадолго по восхода солнца начался отлив. Они подняли верпанкер да "Тень" возьми веслах вышла в кругу Боевыми Утесами в море. Когда первые лучи солнца коснулись вершины Горы, судно поднял главный грот равным образом словно угорелый побежал возьми зюйд-вест от Гонтийское Море. При легком попутном ветре они прошли посередь Барником да Торхевеном равным образом на второй праздник увидели Хавнор, Великий Остров, ретивое Архипелага. Три дня плыли они по-под зеленых холмов его восточного берега, безвыгодный приставая для нему. Только путем много, несть парение довелось Геду вступить получи землю Хавнора и своими глазами отведать белоснежные башни Великого Порта. Одну Нокс они провели, полеживая во дрейфе у Кембермаута, северного порта острова Уэй, следующую - у маленького городка на бухте Фелкуэй, а на следующий табель - обогнули мысик О да вошли во проливы Эбанора. Здесь они спустили драйвер равным образом взялись ради весла, долго лавируя середь больших и маленьких кораблей. Некоторые с них возвращались со странными грузами после многолетних скитаний кайфовый Внешних Пределах, другие, как воробьи, прыгали со острова нате город умереть и невыгодный встать Внутреннем Море. Выйдя изо переполненных кораблями проливов равным образом повернув получи и распишись юг, они оставили Хавнор ради кормой равным образом между сказочно красивыми островами Арк равным образом Илиен, бери склонах гор которых высились башни городов, вошли умереть и отнюдь не встать Внутреннее Море, встретившее их штормом и проливным дождем. Корабль начал от трудом продираться для острову Рокк. Когда заполночь новейший буря перешел во ураган, они спустили парус, сняли мачту да гребли безо отдыха весь день. Длинный двухмачтовик твердо держался на волнах да безбоязненно шел вперед, же вкруг был лишь только косохлест равным образом шиш кроме дождя. Они шли по части компасу получи и распишись юго-запад, как на ладони зная, куда ни на есть идут, но совершенно малограмотный представляя, идеже немедленно находятся. Гед слышал, в духе некоторые матросы говорили об опасностях мелководья ко северу ото Рокка да скал Борильо на востоке, а некоторые утверждали, сколько "Тень", необходимо быть, сбилась из курса и блуждает днесь во безлюдных водах для югу через Камери. Ветер совершенно усиливался, на верхушках волн стали показываться хлопье пены, а они всегда гребли да гребли на юго-запад. Смены для веслах были сокращены - разработка выжимала с людей последние силы. Юноши садились по части тандем после одно весло, равно Гед трудился наравне со всеми, где-то полоз так принято вместе с тех пор, наравне брандер покинул порт. Те, кто во отваленный миг малограмотный греб, вычерпывали воду - рой принялось из-за "Тень" всерьез. Но вертолетоносец настойчиво продолжал пробивать себя траектория через волны, которые с подачи ураганного ветра походили для дымящиеся горы. Холодный дождь хлестал гребцам во спины, а туканье барабана звучал насквозь слезы ветра, как биение изнемогающего сердца. Гед сидел у весла, когда-никогда ко нему подошел индивидуальность равным образом сменил его, сказав, что -два ждет его получи носу корабля. Вода ручьями стекала из плаща капитана, а некто стоял в мостике твердо, по образу полная по краев винная бочка. Поглядев в Геда с высоты вниз, возлюбленный спросил: - Можешь окончить бурю? - Нет, сэр! - А из железом превращаться умеешь? - симпатия имел на виду, может ли Гед заставить стрелку компаса быть под башмаком воле человека равно заместо севера показывать устремление для Рокк. Но сим искусством владели чуть Чародеи Моря, равно Гед сызнова ответил отрицательно. - Тогда, - прорычал ротмистр чрез рев ветра, - придется тебе поискать корабль, чтоб вернуться бери Рокк изо Хорттауна. Рокк, подобает быть, находится безотлагательно для западу через нас, да всего колдовство может помочь нам попасть туда. Мы вынуждены обалдевать нетерпимо получи юг. Геду сие вовсе безвыгодный понравилось, зане возлюбленный слышал рассказы матросов о том, что-то Хорттаун - инкарнация беззакония, затем человека запанибрата могли схватить равным образом изменить на неволя на Южный Предел. Вернувшись через капитана, он уселся получи свое место, недалеко от крепким парнем из Андрад, равно продолжал грести. Он слышал шлепанье барабана, видел раскачиваемый ветром моргающий фингал на корме - единственное светлое клякса во исхлестанном ручьем полумраке. Но как только позволял нещадный биение пульса гребли, Гед поглядывал бери запад, равным образом когда большая вал на случающийся однажды подняла корабль, увидел во разрыве облаков над темной беснующейся водою свет, точно такой сверху завершающий отсвет заката: но свет был белый, а никак не красный... Хотя его сменщик безвыгодный заметил света, возлюбленный сообщил об этом происшествии другим. Рулевой стал вкруг себя взирать очами на ту сторону весь круг раз, эпизодически судно вздымалось бери высокой волне равным образом равным образом увидел свет, однако крикнул, аюшки? это, наверное, садится солнце. Тогда Гед попросил одного с матросов, черпавших воду, маленько похоронить заместо него, да пробрался сообразно загроможденному проходу между скамей сверху носопырка корабля. Ухватившись вслед за канат, так чтобы далеко не смыло следовать борт, он крикнул капитану: - Сэр! Тот аристократия в западе - островок Рокк! - Не вижу никакого света! - гаркнул оный во ответ, однако во таковой минута Гед протянул первым делом руку да через бушевавший вкруг кромешный преисподняя безвыездно увидели ясное белое сияние. Не в угоду пассажира, а спасая лидер изо объятий шторма, капитан мгновенно отдал заповедь рулевому глядеть на кого для запад, ко свету, а однако же предупредил Геда: - Парень, твоя милость говоришь, по образу Чародей Моря, только кабы твоя милость ошибся, автор своими руками вышвырну тебя вслед за борт. Добирайся по Рокка вплавь! Изменив курс, "Тень" награду того, в надежде делать через шторма, пошла наперерез волнам. Грести выходит до сей времени потруднее - весла так равно деятельность вырывались из воды. Волны били на борт, кружа равно сбивая двухмачтовик не без; курса, перекатываясь через него. Воду сегодня вычерпывали беспрерывно. Тьма окружила их, же свет на западе малограмотный слабел, равно они гладко держали курс. Скоро ветр немного утих, равным образом светлость под ними выходит разгораться. Внезапно, в среде двумя ударами весел, судно прорвался чрез завесу шторма равно во прозрачном воздухе перед ними засияла вечерняя заря. Невдалеке, середь покрытых пеной волн, они увидели долговязый совершенный желто-зеленый холм, а в одном ряду него - городец на маленькой бухте, во которой стояли возьми якорях, по-доброму переваливаясь получай волнах, несколько рыбацких баркасов. Кормчий изнеможденно облокотился получи баранка да позвал капитана: - Сэр, сие точно суша другими словами наваждение? - Держи курс, лох чилийский стоеросовая! А вы, бесхребетные рабские душонки, гребите! Каждому идиоту видно, что такое? сие заливчик Твилл равно Холм Рокка! Гребите! Подчиняясь ритму барабана, истомленно склоняясь надо веслами, они вошли в бухту. Здесь было круглым счетом тихо, почто допускается было заслышать голоса людей на берегу, бряцание колоколов во городе, равным образом всего черт-те где в отдалении позадь ревел и бесновался шторм. Низкие черные облака затянули однако небо, неграмотный приближаясь, однако, ко острову ближе нежели в милю. В тихом ясном небе надо Рокком одна за другой загорались звезды... 0. ШКОЛА МАГОВ Гед провел эту нокаут в борту "Тени", а ранним утром, распрощавшись со своими товарищами-моряками, кричавшими ему от корабля веселые напутствия, сошел получи берег. Твилл оказался небольшим городком, его высокие дома сгрудились по нескольких крутых равно узких улочек. Но Геду Твилл показался огромным городом. Не зная, во какую сторону направиться, дьявол остановил первого попавшегося ему визави прохожего равно спросил, идеже ему найти Хранителя Школы Рокка. Человек посмотрел в него пренебрежительно да сказал: - Умный самостоятельно найдет дорогу, а глупцу комитет безвыгодный поможет, - впоследствии чего отправился подалее соответственно своим делам. Гед шел выспрь соответственно улице прежде тех пор, пока не вышел получи и распишись площадь. С трех сторон ее окружали на родине не без; остроконечными, покрытыми шифером, крышами, а замыкала граница стена величественного здания, маленькие окошки которого были выше, нежели дымовые трубы соседних домов. Сложенное изо огромных серых каменных блоков, оно напоминало крепость другими словами замок. Рядом со ним расположился небольшой, а весьма оживленный рынок. Гед повторил нестандартный альтернатива какой-то старухе, которая несла корзину моллюсков. Она ответила: - Не ввек позволительно сыскать Хранителя там, идеже возлюбленный есть, так время через времени его можно встретить там, идеже его нет, - равно продолжала звонко петь хвалы свой товар. Невдалеке ото угла здания на стене имелась небольшая деревянная дверь. Гед подошел, оглушительно постучал да твердо сказал старику, открывшему дверь: - У меня лакомиться цедулка ото Мага Огиона для Хранителю Школы сверху этом острове. Мне нужен Привратник, да автор безграмотный собираюсь слушать загадки и насмешки! - Это равным образом поглощать та самая Школа, - дружелюбно ответил старик, - а автор этих строк - Привратник. Входи, разве сможешь. Гед шагнул вперед. Ему показалось, аюшки? спирт переступил порог, но, ко его величайшему удивлению, сверху самом деле возлюбленный остался подыматься в книга но месте на тротуаре. Юноша ес уже резьба да вновь неграмотный сдвинулся из места. Старик изнутри спокойно наблюдал из-за ним. Гед был отнюдь не столько озадачен, в какой мере разозлен этим, что ему казалось, продолжающимся издевательством надо ним. Руками равно голосом соткал он заклинание Открытия, которому на свое миг его научила тетка. Это было лучшее с всех ее заклинаний, равным образом Гед произнес его уверенно, а деревенское колдовство безвыгодный произвело получи и распишись силу, которая мешала ему войти, ни малейшего впечатления. Не зная, что-то творить дальше, Гед век стоял у двери. Наконец он взглянул получай старика, тот или другой стоял внутри. - Я отнюдь не смогу войти, - сказал молодец бессильно, - если бы твоя милость невыгодный поможешь мне. - Скажи ми свое Имя, - ответил тот. И опять Гед задумался. Человек не потребно держать во всеуслышание свое Имя - неужто всего-навсего тогда, нет-нет да и ставка больше, нежели его жизнь. - Меня зовут Гед, - сказал возлюбленный во всё горло да вошел во открытую дверь. При этом ему показалось, что, пускай бы припек человек с именем ему во спину, какая-то тень проскользнула в середку вообще не без; ним. Обернувшись, Гед увидел, что-то дверь, которую Привратник закрыл после ним, была сделана ни для лепту отнюдь не с дерева, по образу ему показалось сначала, а изо белой, как снег, кости, минус единого шва. Потом некто узнал, ась? симпатия была выточена из зуба Великого Дракона. Сквозь нее тускло просвечивало солнце, на внутренней ее стороне было вырезано Тысячелистное Дерево. - Добро давать на выше- Дом, парень, - сказал старина и, малограмотный произнеся больше ни слова, повел его сообразно залам равным образом коридорам в глубину здания. Скоро они вышли получи и распишись покрытый камнем моральный дворик, готовый из первых рук под открытым небом. В центре его, получи лужайке подо молодыми деревцами, играл и переливался во лучах солнца нищенский фонтан. Здесь Привратник оставил Геда на некоторое промежуток времени одного. Юноша стоял, малограмотный двигаясь, да душа его отчаянно колотилось - ему казалось, зачем дьявол ощущает в виду каких-то могучих сил. Он понял, который безвыездно на этом месте построено невыгодный столько с камня, сколечко из волшебства, слабо побольше крепкого, нежели камень. Гед стоял на открытом небу сердце Дома Мудрости. Внезапно возлюбленный увидел лично накануне собою закутанного в белый рубашка человека, наблюдавшего из-за ним насквозь падающие струи фонтана. В оный миг, когда-никогда штифты их встретились, какая-то махолет заливисто запела на ветке. И Гед понял, по отношению нежели поет птица; понял шлепалка журчащей на чаше фонтана воды. Он понял, что касается нежели считается облака в небе, в отношении нежели шелестят качаемые ветерком деревья. Ему показалось, который равным образом своевольно возлюбленный - слово, произнесенное солнечным светом. Но текущий время прошел, да Гед, купно не без; окружающим его миром, стал таким же, что равным образом прежде. Впрочем, отнюдь не решительно таким... Он ступил заранее и, преклонив происхождение пред Верховным Магом, подал ему написанное Огионом письмо. Неммерле, Верховный Маг, Хранитель Рокка, был глубоким стариком. Говорили, ась? в матери годится его несть ни одной души держи свете. Добрым, да слабым от старости голосом симпатия куртуазно поздоровался со Гедом. Борода, равно хитон Верховного Мага были белы, в качестве кого снег. Казалось, медленное протекание времени вымыло с него всю черноту равным образом тяжесть, оставив лишь пластичность равно белизну, и сделав его похожим получи и распишись дуло дерева, проплававший малограмотный одну сотню парение на море. - Глаза мои ослабели ко старости, равным образом мы неграмотный могу отгадать послание твоего учителя, - сказал дьявол дрожавшим голосом. - Прочти ми письмо, паренек. Гед вскрыл пакет равно гулко прочитал уведомление вслух. Оно гласило: "Лорд Неммерле! Посылаю ко тебе того, который достанет величайшим середь волшебников Архипелага, неравно вихрь подует во нужную сторону". Подписано цидулка было не Настоящим Именем Огиона, а его руной, обозначавшей Сомкнутые Уста. - Тебя послал тот, кто именно туман смирить во узде землетрясение, равным образом поэтому мы рады тебе вдвойне. Огион дорог ми из тех пор, наравне спирт решительно молодым приплыл для нам из Гонта. Расскажи-ка мне, парень, по части морях, соответственно которым ты путешествовал, равным образом в отношении предзнаменованиях, которые наблюдал. - Путешествие было приятным, моего господин, даже если никак не подсчитывать вчерашнего шторма. - На каком корабле твоя милость приплыл? - "Тень", судно не без; Андрад. - Чья вольность привела тебя сюда? - Моя собственная. Верховный Маг взглянул получи и распишись Геда, попозже отвел ставни да заговорил на незнакомом Геду языке. Речь его была неразборчива, равно как у старого человека, чей умственные способности странствует посредь прожитых полет да далеких стран. Но во его бормотании слышны были слова, которые пропела птица, равно которые прожурчал фонтан. Он отнюдь не произносил заклинаний, хотя во голосе его чувствовалась такая сила, который Гед был всецело зачарован. На какое-то момент ему показалось, что-нибудь спирт видит себя со стороны, в стороне стоящим нате обширной пустоши посреди призрачных теней. На самом деле мальчик все еще находился на залитом солнцем дворике недалеко журчащего фонтана. В сие время, идя до камням равно траве, для ним подошел крюк от острова Осскил - огромная черная птица. Ворон приблизился ко Верховному Магу и встал поблизости из ним, черный, равно как ночь, со кинжалообразным клювом равно глазами, похожими получи и распишись прибрежную гальку. Он сыскоса посмотрел возьми Геда, впоследствии три раза клюнул полотно посох, держи кой опирался Неммерле, равным образом ворчание внезапно прекратилось. Верховный Маг улыбнулся. - Беги да поиграй, паренек, - сказал наконец-то симпатия Геду, кажется ребенку. Юноша вновь преклонил коленочка равно склонил голову. Когда дьявол поднялся, Неммерле исчез. Только крюк глядел сверху него, вытянув шею, словно бы пытаясь клюнуть внезапно пропавший посох. Он заговорил, что предположил Гед, нате языке острова Осскил. - Терренон уссбак, - сипло прокаркал ворон. Потом, подумав, добавил: - Терренон уссбак оррек. - И, не фунт изюма ступая, ушел туда, отколь появился. Не предвидя толком, куда как направиться, Гед повернулся да сделай так вон из дворика. Под аркой ему встретился превысокий юноша, какой-никакой адски вежливо представился, несильно поклонившись: - Меня зовут Джаспер, ибн Энвита. Я изо Эолга, почто получай острове Хавнор. Сегодня моя особа буду на вашем распоряжении, покажу выше- Большой Дом равно отвечу на ваши вопросы, ежели смогу. Как прикажете именовать вас, сэр? Гед, буколический парень, ни в жизнь безграмотный бывавший во обществе детей богатых купцов да знатных вельмож, подумал, что такое? Джаспер без труда издевается надо ним, когда кланяется равным образом говорит ему "сэр". Он афористично ответил: - Меня кличут Соколом. Юноша подождал уже минутку, во вкусе личиной ожидая больше вежливого ответа, и, отнюдь не получив такового, выпрямился равно отступил немножко на сторону. Он был на два-три годы в отцы годится Геда, беда высок да двигался со своеобразной грацией. Как танцор, подумал Гед. На Джаспере был малообразованный зюйдвестка от откинутым назад капюшоном. Первым делом возлюбленный привел Геда на гардероб, идеже тот, во вкусе студент Школы, был способным облюбовать себя ёбаный а макинтош согласно своему размеру, а и любую другую одежду, которая ему понадобится. Когда Гед гуфа понравившийся ему темно-серый плащ, равно Джаспер сказал: - Теперь твоя милость безраздельно с нас. Джаспер имел порядок незначительно скалиться быть разговоре, равно Гед невольно начинал выслеживать во его вежливых словах скрытую насмешку. Он угрюмо спросил: - Разве костюм делает человека магом? - Нет, - последовал ответ, - и так ваш покорнейший слуга приблизительно слышал, что-нибудь хорошие манеры делают человека человеком... Куда теперь? - Куда хочешь. Я тута ничто малограмотный знаю. Джаспер повел его согласно коридорам Большого Дома, показывая ему открытые дворики равно спрятанные почти крышей залы: Комнату Полок, идеже хранились книги преданий равным образом исписанные рунами тома, большой Зал Очага, идеже весь Школа собиралась на праздничные дни. Потом спирт провел его ввысь - во башни и мансарды подина крышей, идеже на маленьких комнатках жили студенты равным образом Мастера. Геда поместили во Южную Башню. Из окна его комнаты были видны крутые крыши Твилла, а вслед за ними - море. Как равно во других комнатах, на этом месте далеко не было никакой мебели, только лишь во углу лежал набуханный соломой матрас. - Мы живем аспидски скромно, - сказал Джаспер, - однако автор этих строк думаю, твоя милость ничего не имеешь против. - Я привык для простоте, - ответил Гед и, желая показать, сколько симпатия ничем не куда ему до сего вежливого надменного юнца, добавил: - Правда, ми кажется, что эпизодически твоя милость появился здесь, у тебя до сего поры невыгодный было экий привычки. Джаспер посмотрел получи него, равным образом его взор по образу бы говорил: "Что ты можешь смыслить что касается том, ко чему я, вар лорда Эолга, привык сиречь безвыгодный привык?". Но вслух симпатия сказал лишь: - Нам сюда. В сие промежуток времени прозвучал гонг, равным образом они спустились вниз, во столовую, чтобы за Длинным Столом раздробить полуденную трапезу из сотней других мальчиков и молодых людей. Каждый обслуживал себя сам, накладывая еду изо огромных дымящихся котлов да перекидываясь около этом шутками из поварами, потом чего занимал что бы ни понравившееся место. - Говорят, - сказал Джаспер, - что-то как бы народу безграмотный хуторок вслед за этот стол, постоянно остается свободное место. - И действительно, места хватало и для шумных групп юнцов, евших равным образом разговаривавших от одинаковым усердием, и для старших студентов со серебряными застежками нате плащах рядом шеи, молча поглощавших еду не без; таким серьезным да задумчивым видом, как они решали неимоверно трудные проблемы. Джаспер равным образом Гед уселись возле со приземистым парнем за имени Ветч, какой-никакой на основном молчал да из решительным видом запихивал на себя еду. По его акценту было заметно, аюшки? уроженец симпатия из Восточного Предела. У него была адски карцер ровдуга - не красновато-коричневая, что у Геда, Джаспера да большинства народов Архипелага, а черно-коричневая. Он малограмотный выделялся ни внешностью, ни изысканными манерами. Закончив обед, симпатия повернулся ко Геду равно сказал: - По крайней мере, данный ушла на базу - далеко не иллюзия, которых здесь предостаточно. Чувствуется, что дьявол прилипает ко ребрам. Гед малограмотный понял, что-то оный имел во виду, хотя по какой-то причине моментально почувствовал расположение для Ветчу равно был рад, при случае возлюбленный в дальнейшем обеда остался из ними. Они по сию пору совместно спустились во город, равно Гед аэрозоль напоследях повнимательнее рассмотреть его. Короткие равно немногочисленные улочки Твилла круглым счетом извивались и поворачивали перед такими немыслимыми углами посредь домов не без; высокими крышами, аюшки? заблудиться было немудрено. Странный сие был город, и странные люд жили на нем. На первоначальный соображение они казались обычными рыбаками, ремесленниками, землевладельцами, но, живя на постоянной атмосфере волшебства Острова Мудрости, самочки стали в некоторой мере магами. Как Гед уже убедился держи собственном опыте, они вечно говорили загадками, равно ни сам из них безвыгодный моргнул бы равным образом глазом, когда бы увидел, как, например, мальчик превращается во рыбу, иначе хижина взмывает на небо. Горожане зараз догадались бы, который сие подвиги безответственного юнца-студента равно продолжали бы как ни на нежели невыгодный бывалоча ремонтировать чеботы тож запрещать баранину. Выйдя с Задней Двери, ребята прошли от садишко Большого Дома и, перейдя в области деревянному мостику при помощи чистую равно быструю речку Твиллберн, зашагали соответственно петлявшей посреди лугов равно рощ тропинке нате север. Они прошли мимо дубового леса, во глубине которого, вопреки бери яркое солнце, прятались густые черные тени. Впереди они увидели рощу, которую Гед казаться невыгодный мог толком рассмотреть. До нее было, казалось, рукой подать, а они, сколько ни шли, безграмотный приближались для ней ни получай шаг. Гед далеко не был в силах хоть разобрать, в чем дело? за деревья после растут. Ветч сказал тихо: - Это Вечная Роща. Мы неграмотный сможем ажно подбежать ко ней... На залитых обжигающими лучами солнца лугах мощно цвели какие-то желтые цветы. - Искрянка, - сказал Джаспер. - Она растет там, идеже вихрь развеял пепел горящего острова Илиен, в некоторых случаях Эррет-Акбе оборонял Внутренние Острова от Огненного Лорда. - Он сорвал сам блеклый цветок, подул сверху него, и семена, сродни огненным искрам, взлетели вверх. Через некоторое промежуток времени путь привела их для высокому, круглому холму, поросшему яркой зеленой травкой. Именно настоящий повышение равным образом увидел Гед со корабля, когда оный вошел на зачарованные воды острова Рокк. Джаспер остановился на склоне холма. - Дома, в Хавноре, моя особа бессчётно слышал об искусстве волшебников Гонта, и всегда в отношении них говорили из похвалой. Мне искони желательно узнать вместе с их манерой ткать заклинания. Теперь равно у нас появился гонтиец, равно пишущий сии строки стоим на склонах Холма Рокка, чьи истоки доходят поперед центра Земли. Все заклинания имеют тогда огромную силу. Сделай что-нибудь, Сокол. Покажи нам свой стиль. Застигнутый вдруг равным образом сконфуженный, Гед невыгодный нашелся, ась? ответить. - Потом, Джаспер, - сказал Ветч во своей обычной очевидный равным образом открытой манере. - Пусть симпатия раньше одну крошку освоится. - У него вкушать равным образом мастерство, равным образом сила, или Привратник далеко не впустил бы его. Почему бы ему никак не выказать себя? Верно, Сокол? - Правильно, у меня снедать равным образом так равно другое, - сказал Гед. - Объясни, чего ты хочешь с меня. - Иллюзий, натурально - разных трюков, обмана зрения. Например, как этот! Вытянув палец, Джаспер произнес изрядно странных слов равным образом во том месте, куда-нибудь симпатия указывал, посредь зеленых стеблей травы появилась тонкая струйка воды. Вскоре с склона Холма забил родник. Гед опустил во него руку - казалось, сие настоящая вода, чистая да прохладная. Но ею неграмотный утолить жажды - в таком случае была общей сложности как только иллюзия. Еще одним одно слово Джаспер остановил поток равным образом однако отсюда следует в духе прежде, ажно ежовник никак не намокла. - Теперь ты, Ветч, - сказал возлюбленный от холодной улыбкой. Ветч нахмуренно почесал затылок, взял на шуршики немножко поместья равно начал что-то, фальшивя, петь себя по-под нос. Пальцы его во сие эпоха мяли, гладили, раскатывали ком земли, придавая ему какую-то форму, да внезапно тот превратился во маленькое насекомое - безграмотный ведь на шмеля, неграмотный в таком случае во мохнатую муху. Посидев маленечко держи руке Ветча, оно со жужжанием улетело прочь. Гед вполне упал духом. Что возлюбленный знает, за вычетом деревенского колдовства? Он умеет всего лишь собирать коз, врачевать бородавки, перетаскивать мешки, так точно исправлять протекающие горшки. - Я безграмотный занимаюсь такими фокусами, - сказал он. Для Ветча сего было радикально достаточно, так Джаспер здесь а спросил: - А почему? - Волшебство - далеко не забава. Мы, гонтийцы, далеко не играем на волшебников для собственного удовольствия, - ответил Гед высокомерно. - А интересах почему же? - вкрадчиво осведомился Джаспер. - Ради денег? - Нет... - да симпатия приближенно равно невыгодный дым придумать, почто бы вновь сказать, дабы скрыть свое невежество равно еле унести ноги ото позора. Джаспер незлобиво рассмеялся и повел их тогда около Холма. Гед плелся сзади, понимая, что-то вел себя как глупец, да виня умереть и никак не встать по всем статьям Джаспера. В эту первую ночь, от случая к случаю Гед, закутавшись на зюйдвестка да вслушиваясь в заполнившую Большой Дом Рокка тишину, лежал получай соломенном матраце во своей темной да холодной каменной каморке, парадокс насчёт всех тех заклинаниях и заклятиях, которые звучали на сих стенах, леденила его душу. Тьма сомкнулась по-над ним, по мнению коже мальчика пробежали мурашки. Как ему хотелось сейчас угадать где-нибудь далеко через Рокка! Но во нынешний пора на дверь постучал Ветч да спросил, не грех ли ему забежать равным образом маленечко потараторить вместе с ним. Над его головой покачивался лазоревый огонек-обманка, освещавший ему путь. Он присел да стал разузнавать Геда по отношению Гонте, а далее из любовью заговорил о своих родных островах на Восточном Пределе. Ветч рассказывал, как бы по вечерам бесхребетный ветерок носит дымина деревенских очагов посредь островами с забавными именами: Корп, Холп равно Копп, Венвей да Вемиш, Иффиш, Коппиш и Снег. Чтобы Геду было понятнее, возлюбленный пальцем рисовал нате каменном полу их очертания, равным образом проведенные им абрис некоторое момент светились тусклым серебристым светом. Ветч проучился на Школе ранее три лета равным образом бегло надо был стать волшебником - да возлюбленный пользовался магией в такой мере но непринужденно, как птица - крыльями. Но симпатия владел снова одним искусством, которому не дозволяется было научиться - добротой. В эту Морана Ветч предложил Геду свою дружбу, спокойную равным образом открытую, да Гед никак не был в силах безвыгодный огрызнуться ему тем же. Правда, Ветч дружил равно от Джаспером, кто во центральный а дата заставил Геда продемонстрировать себя получи Холме Рокка круглым дураком. Гед помнил об этом, да и Джаспер, который-нибудь спокон века разговаривал из ним адски вежливо, только постоянно усмехаясь, прямо далеко не забыл касательно его позоре. Это ужасно задевало Геда. Он поклялся на сам отличный будень выразить Джасперу, ага равным образом во всем остальным, среди которых оный был заводилой, до какой степени во действительности велика его сила. Ведь малограмотный сии мелкие фокусники спасли деревню, равным образом ни об одном изо них Огион никак не написал, что-то возлюбленный горазд величайшим волшебником Архипелага. Итак, подхлестываемый задетой гордыней, Гед сильно налег для науки, которым учили носящие серые плащи Мастера Рокка - их звали Девять Мудрых. Каждый дата пай своего времени спирт проводил из Мастером Сказителем, впитывая Деяния героев равным образом Пути мудрости, начиная из самой древней баллады "Сотворение Эа". Потом, от дюжиной других студентов, дьявол практиковался с Мастером Ветров на умении запускать ветрами равным образом погодой. Весной да ранним летом они однако погожие полоса проводили во бухте Рокка, учась управлять маленькой легкой лодкой около помощи слов, унимать волны, калякать с настоящим ветром да увеличивать бриз магический. Это беда тонкое искусство, и Гед часто получал синяки да шишки, безвыгодный успевая отлынить через гика, когда бриз нахраписто начинал будировать на другую сторону. Или сразу его лодка сталкивалась вместе с другой, даже если все тикси была во их распоряжении; сиречь он вместе со двумя товарищами оказывался на воде, рано или поздно огромная, невесть откуда взявшаяся волнение переворачивала их утлое суденышко. Более спокойными были пешие походы со Мастером Целителем, вводившим их на подсолнечная растений. Мастер Руки учил фокусам, жонглированию да азам искусства Перевоплощения. Наука давалась Геду легко, да ранее путем месяцок спирт обогнал ребят, проведших на Школе весь год. Особенно ладно получались у него иллюзии. Казалось, оный подачка заложен на нем из рождения да нынче спирт только вспоминает что-то исстари забытое. Мастер Руки, деликатный да благой человек, был бесконечно влюблен на в таком случае искусство, которое преподавал. Гед поначалу благоговел перед ним, же вмале сие зрение прошло, равно симпатия начал справляться старика вопросами. Мастер спокон века улыбался во протест равным образом показывал Геду все, аюшки? оный хотел. Но однажды, желая под конец заклеймить позором Джаспера, Гед сказал Мастеру: - Сэр, подобные заклинания целое для одно лицо, когда знаешь одно, можно сказать, который знаешь их все. Но на конце концов любая призрак исчезает. Если я превращу камешек на алмаз, - равным образом некто бурно есть это, взмахнув рукой и произнеся какое-то слово, - сколько автор в долгу сделать, ради некто навсегда остался алмазом? Как забаррикадировать моление продолжаться вечно? Мастер Руки затаив дыхание посмотрел нате драгоценность, которая сверкала на ладони Геда, как кичливость коллекции какого-нибудь дракона. Затем произнес одно только слово: "Толк", равно диамант опять стал невзрачным серым осколком скалы. Мастер взял его равно поднес вблизи для глазам. - Этот камень, - сказал он, либерально смотря получи Геда, - сверху Истинном Языке называется "Толк". Осколок гранита, изо которого сложен выше- остров, частица суши, сверху которой живут люди. Он - порцион нашего мира. Пользуясь заклинаниями Изменения, не запрещается добавить ему физиономия алмаза, цветка, пчелы, глаза либо — либо огня. - Камень сподряд превращался во те предметы, которые возлюбленный называл, а впоследствии ещё становился самим собой. - Но однако это только видимость. Иллюзия обманывает чувства смотрящего, симпатия заставляет его видеть, слышать да изведать обращение какого-либо предмета. Но она не изменяет самой вещи. Чтобы предпринять изо сего камня настоящую драгоценность, твоя милость в долгу доставить ему другое Имя. А ради этого, сынок, необходимо трансформировать самолично мир, до некоторой степени которого является камень. Это действительно дозволено сделать. Ты научишься этому у Мастера Изменения, когда будешь ко этому готов. Но твоя милость малограмотный приходится изменять ни единой песчинки, все еще не будешь правильно знать, почто последует из-за твоим действием - услуга тож зло. Мир находится во равновесии, а заклинания Изменения либо Вызова могут поколебать его. Это бог опасно. Такие поведение бесспорно должны опираться получи и распишись познания равно предназначаться определенной цели. Когда зажигаешь свечу, появляются тени... Он опять-таки взглянул возьми камешек. - Знаешь, галька - в свой черед неплохая штука. Если бы острова Земноморья были сложены с алмазов, у нас была бы трудная жизнь. Наслаждайся иллюзиями, паренек, а камни пес от ним остаются камнями. - Он улыбнулся, но Геда безграмотный удовлетворил его ответ. Стоит лишь только попытать счастья выудить изо мага его секреты, симпатия беспременно начинает разглагольствовать, похоже Огиону, о равновесии, опасности, тьме. Гед был уверен, почто непритворный маг, прошедший весь колея ото сих детских трюков от иллюзиями предварительно секретов Вызова и Изменения, может деять все, который ему заблагорассудится. Он может сбалансировать подлунная во вкусе ему нравится равно отодвинуть тьму своим собственным светом. В коридоре парень встретил Джаспера, каковой на последнее время, прослышав об успехах Геда, разговаривал вместе с ним, казалось, больше дружелюбно, но, сверху самом деле, из пока что большей издевкой. - Почему у тебя таковский сиротливый вид, Сокол? Не отсюда следует что-нибудь? Стараясь, на правах всегда, невыгодный осыпать себя во глазах Джаспера, Гед ответил, не обращая внимания получи и распишись злоречивый тон: - Я сыт соответственно горловина жонглированием, меня тошнит через иллюзий да всех этих трюков, годных всего лишь к развлечения скучающих Лордов во их замках. Из всего, чему моя персона после этого научился, исключительно малая дробь истинно полезна. А все остальное - прямо-таки глупости! - Даже глупости опасны, - ответил Джаспер, - во руках глупца. Геду вздрогнул, так сказать его ударили, да шагнул для Джасперу. Но оный только улыбнулся, в духе бы показывая, сколько безвыгодный хотел безлюдно оскорбить, и, в духе обычно, легонько кивнув бери прощание, сделай так дальше. Клокоча через ярости равным образом глядючи позже Джасперу, Гед поклялся, что превзойдет его, да безвыгодный на каком-нибудь пустячном состязании, а на настоящем деле. Он покажет себя, унизит Джаспера, равно неграмотный позволит никому вскидывать глаза на кого на него с высоты птичьего полета вниз. Геду безвыгодный давал покоя вопрос: с каких щей Джаспер ненавидит его? Он лишь знал, на нежели источник его ненависти для Джасперу. Другие студенты давно поняли, ась? им бедственно равняться вместе с Гедом. Они говорили относительно нем - кто такой с похвалой, а кто такой да со злобой: "Гонтиец - прирожденный волшебник, да не позволит никому перешибить себя". Вотан всего лишь Джаспер далеко не хвалил, хотя равно не избегал его. Он без труда смотрел получи и распишись Геда поверху вниз, хоть сколько-нибудь улыбаясь. И поэтому Джаспер оставался его единственным соперником, которого любой ценой делать нечего было внести получи место. Гед далеко не видел иначе говоря далеко не хотел видеть, в чем дело? во этом противоборстве, ставшем частью его жизни, таятся те самые опасности, насчёт которых предостерегал его Мастер Руки. Когда гнев безвыгодный затмевала мыслительные способности Геда, спирт понимал, сколько ему снова далеко до Джаспера alias предварительно других старших студентов, равно продолжал учиться. К концу лета острота во работе маленечко спало, беспричинно что-то оставалось миг равным образом для развлечений - лодочных гонок во бухте, состязаний во мастерстве владения иллюзиями вот двориках Большого Дома, игр во прятушки долгими вечерами, где водящий равно игроки были невидимы, да лишь только веселые юные голоса звенели среди деревьев, сопровождаемые юркими шариками-светлячками. Потом пришла осень, и однако не без; новыми силами взялись из-за учебу. Словом, первые месяцы на Школе пролетели для того Геда незаметно, наполненные новыми впечатлениями. Зима принесла перемены. Вместе из единаче взяв семь раз студентами его послали на другой следствие острова, в Северный мыс, идеже стояла Башня Уединения. Там в одиночестве жил Мастер Имен. Имя у него было странное - Курремкармеррук, ни на одном изо языков Архипелага малограмотный встречалось такого слова. На несколько миль через Башни безвыгодный было ни единого поселения. Уныло возвышалась симпатия над прибрежными утесами. Серы были облака надо суровым зимним морем, и бесконечны были списки Имен, которые следовало выучить. На высоком стуле в огромном зале Башни во окружении своих учеников сидел Курремкармеррук, записывая слова, которые следовало усвоить по темноты, в силу того что в чем дело? в полночь чернила исчезали, равно кожа еще раз становился чистым. Здесь царил полумрак, а в свой черед заморозки да тишина, которая нарушалась исключительно скрипом пера Мастера, истинно от времени до времени вздохом бедного студента, которому предстояло до полуночи выдолбить наименование каждого мыса, бухты, фарватера, канала, гавани, мели, рифа равно скалы получи берегах Лоссоу, крохотного островка на Море Пелн. На жалобы студентов Мастер как всегда отнюдь не отвечал, да удлинял список. Иногда возлюбленный говорил: - Тот, кто такой хочет поделаться Чародеем Моря, обязан понимать Настоящее Имя каждой лекарство воды. Гед по малой мере равно вздыхал порою, однако неграмотный жаловался. Он понимал, аюшки? на этой пыльной да беспросветной зубрежке Имен каждого места, предмета равным образом существа и заключена, как бы кохинор получи и распишись дне высохшего источника, та власть, ко которой он стремится. Ведь все нигромантия равно состоит во том, так чтобы окрестить каждое место, вещь alias вещество их Настоящими Именами. Так сказал Курремкармеррук на их первый сумерки во Башне. Он лишше неграмотный повторял сих слов, только Гед их запомнил. - Много великих волшебников потратили всю век бери то, с целью найти Имя одной-единственной вещи, одно-единственное забытое другими словами скрытое Имя. Но списки наши вдали безвыгодный полны. И они невыгодный будут завершены никогда. Послушайте меня, да ваш брат поймете, почему. В мире подо солнцем, да на другом мире, идеже нет солнца, кушать несть такого, сколько невыгодный имеет сносно общего из людьми равным образом людской речью, равно очищать силы, согласно сравнению от которыми силы людей - ничто. Но магия, истинная магия, подвластна просто-напросто тем, который говорит бери языке Хардик, тож на Древнем Наречии, изо которого спирт вырос. На Древнем Наречии по слухам драконы, нате нем говорил Сегой, сотворивший острова Архипелага, получи этом языке да мы из тобой поем баллады равно песни, произносим заклинания да заклятия. Слова его разбросаны равно скрыты середь привычных нам слов. Например, да мы вместе с тобой зовем пену получи и распишись волнах "сакиен". Это Слово составлено из двух слов Древнего Наречия: "сак" - перо, равно "иниен" - море. Перо моря - вот зачем такое пена. Но не позволяется пленить пену, назвав ее "сакиен"; вы должны пустить в ход ее Настоящее Имя - "эсса". Любая шептунья знает несколько Слов Древнего Наречия, чародей знает их много. Но пай Слов забыта, некоторые известны токмо драконам равным образом Древним Силам земли, а некоторых не знает никто... И ни единовластно персона неграмотный может смыслить их все, понеже им вышел конца. Вся трудность - на следующем. Например, Слово к моря - "иниен". Что ж, прекрасно. Но то, почто наша сестра называем Внутренним Морем, имеет свое название на Древнем Наречии. Так как бы ничто невыгодный имеет двух Настоящих Имен, Слово "иниен" может отмечать только лишь "все море, исключая Внутреннего". Но оно, конечно, далеко не означает ажно этого: тем далеко не менее существуют бесчисленные заливы, бухты равным образом проливы, у которых также кушать Имена... Если некоторый маг окажется будет глуп, дабы отведать отполосовать волшба возьми шторм, или успокоить круглый Океан, на его заклинаниях должны дребезжать названия каждого фута моря, малограмотный всего-навсего во Архипелаге, же равным образом вслед Внешними Пределами - везде, где волшебство имеет силу. Таким образом, наравне единожды то, что-то позволяет нам заниматься магией, разом ограничивает наши возможности. Маг может управлять всего-навсего тем, сколько находится недалеко со ним, равным образом зачем дьявол может назвать точно равно полно. И сие хорошо, или некоторый болезненный alias капризный маг давным-давно попытался бы трансформировать то, ась? никак не может взяться изменено, и Равновесие нарушилось бы. Разбушевавшееся рой затопило бы острова, идеже мы живем, равно похоронило бы во бездонной пучине всё-таки голоса равным образом Имена. Гед бездна думал надо этими словами да нечто начинал понимать. Однако даже великая замысел неграмотный могла свершить работу во Башне кризис миновал да интереснее. В конце лета Курремкармеррук сказал ему: - Ты здорово начал... Не больше того. Маги по слухам всего-навсего правду, а действительно заключалась в том, почто все, чему научился Гед ради единовластно год, было всего только началом, прелюдией ко тому, что такое? возлюбленный приходится пережить вслед всю жизнь. Он запоминал Имена быстрее остальных равно покинул Башню Уединения когда-то всех, только так была единственная награда, которой его удостоили. Поздней осенью, на одиночестве, за пустынным дорогам, отправился возлюбленный на юг. Ночью чтоб автор тебя не видел дождь. Гед невыгодный пытался остановить его, оттого ась? из-за погоду на острове отвечал Мастер Ветров, а оный безвыгодный одобрял вмешательства во свои дела. Гед сделал стан около огромным дубом, закутался на гиматий равно подумал о своем старом учителе Огионе. Наверное, что да каждую осень, возлюбленный странствует сейчас согласно Гонту, спит по-под крышей с голых ветвей, а за стен его окружают струи дождя. Гед машинально улыбнулся - мысли об учителе всегда приносили ему утешение и, вопреки держи промозглую тьму, окружающую его, он уснул вместе с легким сердцем почти шелест дождя. Когда мужчина проснулся, словно твердь прорвало уже кончился. Он поднял голову равно на складках своего плаща увидел какого-то маленького спящего зверька, забравшегося ко нему на поисках тепла. Гед удивился, при случае узнал на нем отака - редкое да странное существо. Они водятся всего лишь получи четырех южных островах Архипелага: Рокке, Энсмере, Поди да Ватхорте. Отаки - небольшие гладкошерстные зверьки, с широкой мордочкой, темно-коричневым тож полосатым мехом да огромными сверкающими глазами. Зубы их остры, норов вспыльчив - считанные разы кому удавалось приручить отака. Эти зверьки спокон века молчат. Гед погладил отака. Тот проснулся да свободно зевнул, показав малюсенький каштановый язычок равным образом острые зубы, только решительно отнюдь не испугался. - Отак, - сказал Гед, однако затем, вспомнив Имена всех зверьков, которые он выучил на Башне, назвал его Настоящим Именем: - Хог! Хочешь вступить в брак со мной? Отак уселся сверху раскрытую ладошка Геда да принялся расчесывать шерстку. Гед посадил зверька себя получи и распишись плечо на плиссировка капюшона равным образом отправился дальше. Днем отак сколько-нибудь однажды спрыгивал равным образом убегал во кусты, только всегда возвращался. Вотан однова дьявол аж принес всего что-нибудь пойманную лесную мышь. Гед засмеялся равным образом сказал отаку, с намерением возлюбленный съел ее сам. В оный будень отмечали Праздник Возвращения Солнца, да нет-нет да и Гед на сумерках добрался предварительно Холма Рокка, так увидел яркие огни, плавающие посреди струй дождя по-над крышей Большого Дома. Он вошел на пристройка равным образом был мажорно встречен Мастерами и своими приятелями. При виде такого множества знакомых лиц Геду показалось, сколько он вернулся домой, а рано или поздно возлюбленный увидел, равно как помощью толпу ко нему пробирается Ветч с широкой улыбкой держи смуглом лице, радости его далеко не было предела. Как Геду не хватало его во Башне! Ветч еще никак не был студентом, отрезок времени его обучения закончился, да некто стал волшебником, однако сие малограмотный отдалило их дружок ото друга. Они вмиг быстро заговорили, да Гед подумал, ась? следовать часочек сказал другу больше слов, нежели произнес на Башне Уединения из-за целешенький год. Скоро по сию пору уселись следовать длинные столы, накрытые к праздничного ужина в Зале Очага. Отак однако до этого времени сидел держи плече Геда, уютно устроившись на складках капюшона. Ветч удивился, увидев сие маленькое работа да попробовал погладить его, однако отак огрызнулся, щелкнув острыми зубами. Ветч засмеялся. - Говорят, который со человеком, тот или иной понравился дикому зверю, Древние Силы камня равным образом воды разговаривают человеческими голосами. - Говорят еще, который маги из Гонта много раз приручают диких зверей, - заметил сидевший вблизи вместе с Ветчем Джаспер. - У нашего Лорда Неммерле, например, глотать ворон, а на песнях поется, аюшки? Рыжий Маг не без; острова Арк водил за из себя бери сладкий цепочке дикого вепря. Но пишущий эти строки вовеки невыгодный слышал про волшебника, у которого во капюшоне сидела бы крыса! Все рассмеялись, равным образом Гед тоже. Вечер был праздничный, некто был счастлив, что находится здесь, во тепле, со своими друзьями. Хотя дурачество Джаспера, как водится, была далече неграмотный безобидной. В оный пир гостем Школы был Лорд острова О, самопроизвольно популярный маг. В свое минута спирт учился у Неммерле да сегодня по временам приезжал нате Рокк, чтобы повеселиться нате Встрече Зимы либо — либо получай летнем Долгом Танце. С ним была его жена, юная, стройная равно сияющая. Ее черные копна украшали огромные опалы. Женщины изредка появлялись на залах Большого Дома, да другие старые Мастера поглядывали нате нее неодобрительно... Молодежь но безвыгодный сводила вместе с нее глаз. - Для такой, вроде она, - сказал Ветч, - ваш покорнейший слуга соорудил бы иллюзию, которой не видывал свет... - Она просто-напросто всего лишь женщина, - ответил Гед. - Принцесса Эльфарран в свою очередь была токмо чуть женщиной, - заметил Ветч, - только за нее поголовно Энлад был обращен на руины, за нее умер Герой-Маг с Хавнора, да атолл Солеа погрузился во море. - Старые сказки, - заявил Гед, же по прошествии слов Ветча стал чаще поглядывать во сторону Леди О, стараясь понять, такова ли неувядающая красота, воспетая на древних балладах. Мастер Сказитель спел "Деяния Юного Короля", а впоследствии безвыездно купно они спели Гимн Зиме. Потом, вовремя нежели семя начали вздыматься вместе с мест, Джаспер подошел ко столу у очага, следовать которым сидел Верховный Маг, его менструация и другие Мастера, равным образом заговорил вместе с Леди О. За годик Джаспер изо мальчика превратился на высокого красивого юношу и, на правах да Ветч, был произведен в волшебники, получив монополия быть беременным серебряную застежку для плаще. Леди улыбнулась его словам, равным образом опалы живо вспыхнули на ее черных волосах. Затем Мастера кивнули головами на заметина благосклонного согласия, равным образом Джаспер принялся следовать работу. Из каменного пола выросло белое дерево. Ветви его коснулись высоких стропил залы, равным образом нате каждой веточке, чисто крохотное солнце, засияло золотое шафран - на правах получи Дереве Жизни. Белые, во вкусе только что исчезнувший снег, перо запорхали посредь ветвей, золотые яблоки начали тускнеть и, превратившись во хрустальные капли, упали вместе с мелодичным звоном на пол. По залу разнеслось благоухание, брус зацвело белоснежными цветами да покрылось алыми листьями... Иллюзия шаг за шаг растаяла. Леди вскрикнула через изумления равно склонила свою сверкающую голову под юным магом в отметка уважения ко его мастерству. - Поедем вместе с нами, будем сообща проживать во О-токне. Можно ему поскакать с нами, милорд? - нимало наивно спросила возлюбленная своего сурового мужа. Но Джаспер сказал только: - Только тогда, при случае мое мастерство способен достойным моих Учителей и Вашей благосклонности, Леди, моя особа приеду получи ваш огрудок равным образом вместе с радостью буду служить вас вечно. Так что такое? всё-таки остались довольны, за исключением Геда. Он присоединил ко похвалам свой голос, да далеко не сердце. "У меня получилось бы лучше", - пробормотал он про себя, обуреваемый завистью. После сего целое радости вечера померкли для него. 0. ТЕНЬ ВЫРЫВАЕТСЯ НА ВОЛЮ В ту весну Гед редко видел Ветча равно Джаспера. Будучи дипломированными волшебниками, они занимались сейчас вместе с Мастером Образов в уединении Вечной Рощи, куда-нибудь трасса студентам был закрыт. Гед но остался в Большом Доме, изучая те искусства, которыми может промышлять начинающий маг, безвыгодный имеющий ноне посоха: регулирование ветром равным образом погодой, обретание и связывание, живопись сказителей равным образом целителей. По ночам, на своей каморке, зажигая чем свечи либо — либо лампы огонек-обманку, возлюбленный штудировал Древние Руны и Руны Эа - основу Великих Заклинаний. Все давалось ему легко, равным образом соответственно Школе поползли слухи, мнимый какой-то Мастер сказал, что такое? мужчина вместе с Гонта - лучший студент изо тех, сколько придет час учились получай Рокке. Про отака говорили, что это замаскированный дух, сплетничающий Геду на уши мудрые мысли. Рассказывали даже, в чем дело? в центральный раз увидев Геда, портативный вран Неммерле приветствовал его словами: "Будущий Верховный Маг". И кроме зависимости от того, верили во сие оставшиеся студенты либо безграмотный верили, нравился им Гед или не очень, всегда без участия исключения восхищались им равным образом волею признавали его лидерство, когда-когда симпатия присоединялся для их играм во долгие весенние вечера. В остальное период возлюбленный на все сто погружался во работу равно держался обособленно. Ветч был далеко, а вяще друзей у него далеко не было. Гед отнюдь не ощущал потребности в дружбе. Ему исполнилось пятнадцать лет. Он был до этот поры ультра- юн, чтобы постигать Высокие Магические Искусства тех, кто именно носит посох, да и то он настолько бегом овладел Иллюзиями, сколько Мастер Изменения, самопроизвольно до нынешний поры молодой человек, начал трудиться со ним одиноко равно поведал ему относительно настоящих Заклинаниях Изменения. Он объяснил, что такое? даже если какую-нибудь предмет необходимо превратить на другую, ее нужно переименовать равно рассказал, наравне сие влияет на Имена да природу лишь того, в чем дело? окружает преобразованный предмет. Мастер говорил об опасностях превращений равно на особенности касательно той, что-нибудь поджидает волшебника, от случая к случаю оный превращается на другое особь - некто может беспричинно да не выбраться с нового образа, оставшись во нем навеки. Мало-помалу, уверенный в том, ась? Гед понимает его, молоденький Мастер начал уделывать больше, чем просто бубенить об сих тайнах. Сначала возлюбленный научил его одному, потом другому Великому Заклинанию Изменения, далее дал Геду про работы Книгу Образов. Сделав сие кроме ведома Верховного Мага, возлюбленный поступил весьма необдуманно, несмотря на то да малограмотный имел на мыслях ничто дурного. Гед работал равно из Мастером Вызова, строгим стариком, закаленным сложным и мрачным волшебством, которому симпатия учил. Он далеко не баловался от миражами, а занимался настоящей магией, имея обязанности со такими понятиями, по образу снег, тепло, магнетизм, тем, что-нибудь человеки ощущают вследствие вес, форму, цвет, звук: вместе с реальными силами, происходящими изо безграничной энергии Вселенной, равновесия которой никак не расстроить никакими заклинаниями. Его ученики еще владели искусством управления погодой да ветрами, а вот поэтому и есть возлюбленный объяснил им, что настоящие маги отроду отнюдь не применяют сии заклинания минус крайней необходимости, ибо сколько контора явлениями природы приводит к изменению мира, фрагментарно которого они самочки являются. Он говорил: - Если вас так например чуточку ошибетесь, так словно небосклон прорвало сверху Рокке вызовет наводнение получи и распишись Осскиле, а спокойное полчище на Восточном Пределе обернется ужасным штормом для Западе. Он отроду безграмотный говорил насчёт том, наравне приглашать реальные вещи, живых людей, души умерших равно воплощения Невидимого - об всех тех заклинаниях, что являлись вершиной искусства Вызова да могущества мага. Несколько единовременно Гед пытался уставить Мастера получи и распишись объяснение об сих вещах, только оный на опровержение лишь долго да твердо молчал, чинно смотря нате него. Иногда Гед, работая инда не без; теми простыми заклинаниями Вызова, которым его обучал Мастер, ощущал непонятную трудность равно неуверенность. Кое-какие руны получи и распишись некоторых страницах казались ему знакомыми, да симпатия ни за что далеко не мог вспомнить, во каковой книге возлюбленный их видел раньше. Иногда ему неизвестно почему беда не хотелось отчеканивать отдельные треп заклинаний Вызова - они вызывали у него смутные мемуары насчёт неясных тенях во темной комнате, закрытой двери, около от которой... Гед гнал с себя сии мысли да продолжал трудиться. Эти мгновения страха равным образом тьмы, убеждал возлюбленный себя, не мудрствуя лукаво от невежества. Чем значительнее некто короче знать, тем дешевле у него короче возникать поводов интересах страха, а когда-никогда симпатия довольно волшебником, ему безграмотный желательно будет бояться пустынно да сносно возьми свете. Во второстепенный месячишко смерть безвыездно - да ученики, равно учителя, собрались на Большом Доме, воеже сказать праздники Лунной Ночи равно Долгого Танца. В сие сезон их праздновали одновременно, двум ночи кряду, что-то иногда всего разок в пятьдесят пара года. В первую ночь, самую короткую найт полнолуния на году, в полях заиграли флейты, узкие улицы Твилла затопил вращающийся дело да свет факелов, по-над залитыми лунным светом водами бухты Рокк звенели песни. Утром, за восхода солнца, Сказители Рокка запели длинную балладу "Деяния Эррет-Акбе", повествующую насчёт том, на правах были построены белые башни Хавнора, насчёт странствиях Эррет-Акбе с Древнего Острова Эа по части всему Архипелагу да Пределам, все еще держи самом краю Открытого Моря некто далеко не встретил дракона Орма... И посейчас бренные останки мага во разбитых доспехах лежат промежду костей дракона получи берегу одинокого Селидора, да меч-кладенец его совершенно снова футляр кровавым пламенем на лучах заката получи и распишись самой высокой башне Хавнора. Закончилась баллада, равно начался Долгий Танец. В теплых сумерках горожане, Мастера, студенты, фермеры, мужской элемент равно слабый пол подо журчание флейт да барабанов, не прекращая танца, двинулись в соответствии с дорогам со общем Рокка для морскому берегу. Они вошли на море, залитое светом полной луны, равно стеб потерялась на шуме прибоя. Когда бери востоке забрезжил рассвет, совершенно вышли бери пляж и отправились назад на-гора сообразно улицам. Барабаны уж молчали, равным образом токмо флейты пели тихонько равным образом пронзительно. То а самое происходило получай каждом острове Архипелага: единолично равно оный а галопад равным образом одинаковая стеб объединяли разделенные морем страны. Долгий Танец закончился. Большинство людей проспали целый следующий день равным образом собрались неразлучно всего-навсего вечером, к ужина. Несколько молодых магов и студентов, промеж которых были Ветч, Джаспер равно Гед, взяли со внешне еду и расположились нате свежем воздухе во одном изо внутренних двориков Большого Дома. К ним присоединились мало-мальски ребят, отпущенных с Башни Уединения - празднование заставил даже если Курремкармеррука бросить ее. Они ели, смеялись и проделывали с озорства трюки, сделавшие бы почтительность королевскому двору. Один придумал выхватить из темноты дворишко сотней маленьких разноцветных огоньков-обманок, сверкавших что драгоценные камни. Они медленной процессией плыли между небом да землей. Двое ребят играли на боулинг - лупетки были сделаны с зеленого пламени, а самочки боулинг подпрыгивали да разбегались, от случая к случаю зенки приближались к ним. Ветч, скрестив обрезки да вкушая жареного цыпленка, сидел на воздухе. Один изо младших студентов попробовал спионерить его оттуда, хотя Ветч лишь поднялся повыше да продолжал грозить на пустоте, бесконфликтно улыбаясь. Время от времени возлюбленный подбрасывал в высоту цыплячью косточку, которая превращалась в сову да летала, ухая, промежду огоньков. Гед выпускал совам следом стрелы из хлебных крошек, сбивая их, равно рано или поздно перо да стрелы касались земли, то превращались опять-таки на останки равно крошки. Иллюзия кончалась. Гед захотел присоединиться для Ветчу наверху, а плохо знал моление и, чтобы удержаться бери плаву, ему приходилось раздвигать руками. Все смеялись, и Гед, дай тебе взять шефство всеобщее веселье, продолжал базировать изо себя дурачка. После двух ночей танцев, лунного света, музыки равным образом магии дьявол был во прекрасном настроении равным образом навеселе ко чему угодно. Наконец, Гед мелочёвка опустился в землю недалеко со Джаспером, который никогда безграмотный смеялся вслух. Тот отодвинулся во сторону да пробормотал: - Сокол, отнюдь не способный летать... - А или Джаспер [Jasper (англ.) - черная яшма] - драгоценный камень? - ухмыляясь, сказал Гед. - О, перл посредь чародеев, о, Бриллиант Хавнора, посверкай интересах нас! Парень, шоферящий танцующими огоньками, приказал одному изо них опуститься бери голову Джаспера. Тот нахмурился да одним жестом погасил его. - Как ваш покорный слуга устал ото мальчишек, шума да глупостей! - сказал он. - Да, твоя милость стареешь, - заметил Ветч сверху. - Если тебе руки чешутся тишины равным образом уныния, - вставил одинокий изо ребят, - поживи одну каплю во Башне вообще от нами! Гед спросил: - Так почему а твоя милость хочешь, Джаспер? - Общества равных себе, - ответил Джаспер. - Пошли, Ветч. Пусть приготовишки веселятся. Гед повернулся для Джасперу. - Что а такое в наличии у волшебников, что-что не имеется у приготовишек? - спросил некто архи тихо, так присутствующие мгновенно замолчали. И на тоне Джаспера, да на вопросе Геда нелюбовь прозвучала эдак а отчетливо, как свист клинка, вылетающего с ножен. - Сила! - ответил Джаспер. - Моя промысл неграмотный уступит твоей! - Это вызов? - Да, моя особа вызываю тебя! В данный секунда Ветч спрыгнул нате землю равно не без; решительным видом встал между ними. - Довольно! Дуэли в ряду магами запрещены, равно ваша милость пленительно знаете это! Гед да Джаспер молчали. Они знали принцип Школы да понимали, что-нибудь неравно их собственные плетение словес продиктованы злобой, ведь Ветч движим только лишь любовью. Но злоба равно ксенофобия невыгодный исчезают на одно мгновение. Не обращая внимания на остальных, Джаспер сказал Ветчу, кривя цедилка во холодной улыбке: - Мне кажется, твоя милость согласно правилам сделал, напомнив своему дружку-пастушонку о законе, оберегающем его. Он как бы как бы обиделся. Интересно, ужели симпатия в самом деле подумал, в чем дело? ваш покорнейший слуга приму повестка ото него, уже далеко не отмывшегося от козлиной вони да путающегося на простейших заклинаниях? - Джаспер, зачем твоя милость можешь смыслить о мне? Внезапно Гед исчез да по-над тем местом, идеже симпатия стоял, повис на воздухе огромный чеглок со раскрытым на крике крючковатым клювом. Через минутка Гед вновь появился во мерцающем свете факелов, неотрывно глядючи во глаза Джасперу. Пораженный Джаспер отступил сверху шаг, же ахнуть малограмотный успеешь пришел во себя, пожал плечами равно пробормотал: - Иллюзия... Остальные одновременно заговорили, а Ветч произнес: - Нет, сие Истинное Перевоплощение. И вообще, достаточно. Джаспер, подумай... - Этим возлюбленный доказал лишь, зачем тайком через Мастера успел залететь во Книгу Превращений. Ну равным образом что? Давай, давай, Пастушок! Мне нравится смотреть, как ты роешь себя яму, да нежели лишше твоя милость усердствуешь, тем яснее становится, кто ты убирать держи самом деле. Услышав это, Ветч повернулся для Геду да куда палатально сказал: - Сокол, не поминай лихом мужчиной! Оставь его равным образом пойдем со мной... Гед посмотрел возьми друга, улыбнулся равно сказал: - Не подержишь капельку мою зверушку? - С этими словами симпатия снял со своего плеча отака да передал его Ветчу. Обычно отак никому, опричь Геда, не позволял трогать для себе, хотя без дальних слов возлюбленный волею взобрался получай плечо Ветча и сжался на комочек, невыгодный сводя своих больших сверкающих глаза со хозяина. - Итак, Джаспер, - до сей времени эдак а шепотом сказал Гед, - нежели твоя милость можешь доказать, зачем пуще меня? - А ваш покорнейший слуга да неграмотный приходится сносно доказывать, Пастушок. Но тем отнюдь не менее, я попробую. Зависть ест тебя, в качестве кого червяк яблоко, давай-ка выгоним этого червяка. Как-то у Холма твоя милость хвастался, что-то гонтийские маги отнюдь не играют в бирюльки. Идем, равно твоя милость покажешь нам, нежели а они все ж таки занимаются. А уж потом, где-то равно быть, ваш покорный слуга покажу тебе порядочно фокусов. - С удовольствием посмотрю нате них, - ответил Гед. Их спутники, привыкшие, что-то Гед взрывается около малейшем намеке бери оскорбление, с удивлением взирали возьми сие ледяное спокойствие. Ветч еще малограмотный удивлялся - его охватил беспричинный страх. Он попробовал возразить, да Джаспер остановил его: - Не вмешивайся, Ветч! Сокол, вроде твоя милость собираешься использовать предоставленный тебе шанс? Что твоя милость нам продемонстрируешь? Мираж, огненный шар alias заклинание, вылечивающее коз ото глистов? - А аюшки? бы твоя милость предпочел, Джаспер? - Вызови химера умершего! - Я сделаю это! - Ты никак не сделаешь этого! - Джаспер смотрел неуклонно на зенки Геду. Злоба его превзошла, наконец, презрение. - Ты безвыгодный сможешь! Ты всего только хвастаешь и хвастаешь... - Клянусь своим Именем, моя особа сделаю это! Все застыли на молчании. Вырвавшись изо рук бесцельно пытавшегося удержать его Ветча, Гед, безвыгодный оглядываясь, вышел изо дворика. Танцующие огоньки наплаву погасли. Джаспер выждал мгновение, а дальше сделай так после ним. Остальные со страхом равно любопытством массой побрели вслед. ...Холм Рокка темной валом вздымался на черноте летней ночи. Луна еще не взошла. Сам облик сего необычного Холма, нате склонах которого произошло много чудесного, нормально усмирял самых дерзких студентов - держи видеопамять сразу приходили мысли по отношению том, аюшки? истоки его уходят глубже морского дна, к древнему слепому равным образом таинственному огню на машина мира. Они остановились на восточном склоне. Звезды мерцали по-над поросшей травой вершиной Холма. Не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Гед поднялся соответственно склону получай сколько-нибудь шагов ранее остальных и, обернувшись, сказал ясным да чистым голосом: - Джаспер, от чьим призраком желательно бы тебе встретиться? - Зови, кого хочешь! Никто малограмотный послушается тебя! - глас Джаспера немного дрожал - вероятно, с ярости. Гед сатирически спросил: - Побаиваешься? Но возлюбленный безвыгодный расслышал, который ответил Джаспер, равным образом ответил ли оный вообще. Ему больше отнюдь не было положение по Джаспера. Гед стоял получай вершине Холма. На смену ослепляющей ярости да ненависти пришла непоколебимая доверие на себе. Никогда сначала далеко не чувствовал спирт себя таким сильным. лесной переполняла Геда, и некто со трудом сдерживал ее. Ему представилось, что-то Джаспер - невыгодный враг, а просто смиренный прислуга судьбы, приведший его семо во оный час. Он ощущал, как истоки Холма почти ним идут совершенно глубже равно глубже вот тьму, а по-над головой сияют холодным светом далекие звезды. Все, что-то существует в ряду небом и недрами, требуется поддаваться ему, приехать не без; поклоном его приказам. Гед стоял в сердце мира. - Не бойтесь, - сказал возлюбленный со улыбкой, - автор этих строк вызову химера женщины, а вам неграмотный пригоже волноваться женщин. Я вызову Эльфарран, прекрасную Леди из "Героев Энлада". - Но возлюбленная умерла тысячу планирование назад, равным образом прах ее покоятся сверху дне Моря Эа. А, может, симпатия суммарно только лишь миф. - Годы равно расстояния синь порох неграмотный значат чтобы мертвых... равным образом неужели баллады лгут? - ответил Гед от пирушка но самой тихой насмешкой равно добавил: - Следите за воздухом в ряду моими руками. Он отвернулся, шаг за шаг вытянул цыпки во приветственном жесте, который открывал кто хочешь обручение Вызова, равно начал говорить. С тех пор, во вкусе пара не без; лишним лета отдавать Гед прочитал руны Заклинания Вызова на книге Огиона, некто их более неграмотный видел. Этой под покровом ночи та самая страница будто который раз открылась хуй ним. Но в тот же миг некто понял, аюшки? затем написано, и как не грех испрясти нужное заклятие голосом да движением рук равно тела. Все молчаливо следили следовать ним - великое петушиное слово начин действовать. Гед говорил тихо, произнося нежданно-негаданно изменившимся голосом незнакомые им певучие слова. Наконец дьявол замолк. Внезапно поднялся метель да зашелестела трава. Гед опустился возьми колени, звучно вещь выкрикнул да упал вперед, словно пытаясь понять всю землю своими распростертыми руками. Вот возлюбленный с трудом заново поднялся получи и распишись ноги, держа во своих напрягшихся руках что-то черное равно очень, ахти тяжелое. Горячий ветер, застонав, всколыхнул темную траву Холма. Если звезды равным образом светили, ни одна собака неграмотный видел их. Последние плетение словес заклинания сорвались со губ Геда, равно возлюбленный конечно равным образом громко произнес: - Эльфарран! Потом до сей времени раз: - Эльфарран! Бесформенный сцепление тьмы, что-то возлюбленный поднял со земли, раскололся. Арка тусклого света встала изо Холма возьми высоту его воздетых ко небу рук, да во ней на морг мелькнула призрак человека - высокой женщины, оглядывающейся через плечо. Лицо ее было прекрасно, только короче горечи да страха. Все сие длилось только что мгновение. Бледная арочка меж рук Геда вдруг начала светлеть. Она становилась по сию пору вне равным образом пошире и, наконец, превратилась в некоторый руптура пространства. Оттуда полился глазам больно свет, да сквозь этот неправильный перевал выбралось что-нибудь ужасное, напоминающее тромб черной тени. Внезапно сие Нечто вцепилось Геду во лицо. Подавшись отступать лещадь тяжестью твари, Гед неистово вскрикнул. Маленький отак, трудящийся получай плече Ветча, немая зверюшка, пронзительно заверещал и бросился в обидчика. Корчась с боли, Гед упал, а яркая майна на темноте продолжала расширяться. Зрителей можно подумать ветром сдуло, а Джаспер согнулся во три погибели, защищая тараньки ото ослепительного света. Водан чуть Ветч кинулся на помощь другу, да всего-навсего некто одинокий сумел заметить тромб тьмы, который вцепился во Геда, терзая его плоть. Эта дрянцо напоминала небольшого черного зверя, размером эскизно не без; побежка и, казалось, зачем возлюбленная распухает равным образом растет на глазах... У нее малограмотный было ни головы, ни лица, всего лишь фошка когтистых лапы, впившихся на жертву. Всхлипывая ото страха, Ветч протянул руку, чтобы оторвать хищника ото Геда. Но, безграмотный успев поцеловаться твари, Ветч застыл, словно потеряв призвание двигаться. Внезапно невыносимое переливы померкло, равно разверстые врата мира медленно закрылись. Рядом послышался чей-то голос, тихий, как шепот листвы другими словами шум фонтана. Звезды сызнова засияли получай небе, да траву получи и распишись склоне Холма залил свет только который взошедшей луны. Ночь что выздоровела позже тяжелой болезни. Равновесие света равным образом тьмы восстановилось вновь. Тень-хищник исчезла. Гед лежал в спине, всеобъемлюще раскинув руки. Лицо юноши потемнело через крови, ее черные сгустки испещрили рубашку. Маленький отак, дрожа, жался ко его плечу. Над ними стоял старик, наряженный на нехорошо мерцательный во лунном свете плащ - Верховный Маг Неммерле. Коснувшись серебристым наконечником посоха сперва прыщики Геда, потом его губ, Неммерле несколько прошептал. Гед вздрогнул да солидно вздохнул. Старый чародей поднял частный посох, впоследствии поставил его для землю, сложил на рукояти пакши да опустил получи и распишись них голову. У него отнюдь не осталось сил торчать прямо. Ветч обнаружил, в чем дело? ко нему вернулась ловкость двигаться. Оглянувшись, возлюбленный увидел Мастеров Вызова равно Изменения. Несомненно, почувствовав выходка могучих заклинаний, они души оказались там, идеже их присутствие было необходимо. Но все же Верховный Маг опередил всех... Кто-то устремился после помощью, кое-кто ушли, сопровождая Верховного Мага, а оставшиеся - да Ветч во их числе - перенесли Геда во комнату Мастера Целителя. Всю Никта Мастер Вызова нес стражу держи Холме, же нисколько никак не произошло там, идеже была разорвана кружево Вселенной. Никакая отражение безвыгодный кралась во лунном свете, пытаясь вернуться во свое царство. Она смогла вырваться равно как от Неммерле, приближенно да через могущественных чар, защищавших Рокк, да вырвалась на простор Архипелага. Где-то после этого симпатия равно притаилась. Если бы Гед умер этой ночью, Тень могла бы попробовать выискать открытую им дверца равно поехать следом за ним во страну мертвых иначе скрыться туда, отколь появилась. Поэтому да остался на Холме Мастер Вызова. Но Гед выжил. Юношу уложили в шконцы во лечебнице, равным образом Мастер Целитель промыл раны на его лице, шее равным образом плечах. Раны были рваными, глубокими да весть нехорошими на вид. Черная кровопролитие отнюдь не свертывалась, симпатия продолжала сочиться, невзирая на заклинания да завернутые на паутину листья перриота, положенные возьми раны. Гед, ослепший да потерявший вклад речи, лежал, сжигаемый лихорадкой, и никакая чернокнижие малограмотный во силах была подавить пожиравший его огонь. Невдалеке ото лечебницы, посредь открытого внутреннего дворика, где журчал фонтан, лежал этак но незыблемо Верховный Маг. В отличии с Геда тело его было холодно, во вкусе лед, исключительно лупилки снова жили, наблюдая за посеребренными лунным светом струями воды равно листьями деревьев. Сидевшие рядом из ним невыгодный произносили заклинаний равным образом никак не пытались целить его. Иногда они негромко переговаривались среди собой, впоследствии что вдругорядь смотрели получи и распишись своего господина. Он лежал неподвижно. Его видючий нос, высоченный молодчик да седые волосы, залитые лунным светом, были цвета китовой кости. Неммерле истратил всю свою силу в то, дабы остановить манипуляция заклинания равным образом прогнать Тень от Геда, а неразлучно вместе с силком с его тела ушла равным образом жизнь. Он умирал. Но смерть Верховного Мага, вновь быть жизни безграмотный раз в год по обещанию ступавшего объединение крутым иссушенным тропам царства мертвых, безвыгодный похожа для последний вздох обычного человека - дьявол уходит уверенно, славно предвидя дорогу. Никто с присутствующих безвыгодный знал, куда устремил особый взор Неммерле чрез листву склонившихся надо ним деревьев: то ли получай меркнущие под рассветом летние звезды, ведь ли сверху те, другие звезды, бесконечно сверкавшие по-над холмами царства мертвых. Ворон от Осскила, живший у Неммерле тридцатка лет, бог весть куда исчез. - Он улетел капельку раньше, - сказал Мастер Образов, да маги продолжали бдение. Пришло ясное, солнечное утро. Большой Дом равным образом улицы Твилла хранили молчание, равным образом длилось оно перед полудня, когда-никогда со Башни Мастера Сказителя хрипло зазвонили колокола... На ближайший с утра до ночи девять Мастеров Рокка собрались перед сенью таинственных деревьев во Вечной Роще. Но ажно после этого они возвели уже девять непроницаемых стен, дай тебе сам черт - ни человек, ни зловоние - отнюдь не смогли повлиять на коллекция нового Верховного Мага с величайших волшебников Архипелага. Избран был Ганчер от острова Уэй. Туда моментально а снарядили корабль. Мастер Ветров взошел в борт, чернокнижный вьюга наполнил паруса судна равно унес его в море. Гед шиш малограмотный знал об этом. Четыре долгих недели некто пролежал без сознания, равно лишь только часом рыча равно стеная, во вкусе зверь. Но понемногу упорство и хлеб-соль Мастера Целителя сделали свое деятельность - раны начали затягиваться, и горячка спала. Гед стал одну каплю слышать, так как прежде неграмотный говорил ни слова. Наконец, во определённый осенний день, Мастер впервой открыл глаза в комнате Геда. До этого, не без; праздник самой ночи возьми Холме, спирт до сей времени срок лежал в полутьме. Увидев свет, Гед закрыл израненное рыло руками да заплакал. Пришла зима, равно Гед заговорил, усильно спотыкаясь подле этом. Мастер Целитель безвыгодный выпускал его с палат лечебницы, надеясь понемножку вернуть силу его телу равно разуму. Только ранней весною позволил спирт Геду покинуть комнату, ради оный принес клятву верности Верховному Магу Ганчеру. Когда Ганчер появился сверху Рокке, Гед неграмотный дым выполнить таковой обязанность дружно с остальными студентами. Во минута болезни никому изо прежних приятелей безвыгодный позволяли навещать Геда да в настоящий момент многие во недоумении спрашивали, когда-когда спирт проходил мимо: - Кто сие такой? Раньше Гед был легким, гибким равным образом сильным юношей. Теперь а симпатия шел, хромая равно невыгодный поднимая головы, с намерением шишка на ровном месте безграмотный видел жутких шрамов держи левой стороне лица. Избегая встреч, из теми, который его знал, Гед приёмом направился во Дворик Фонтана. Там же, идеже некто впервой встретил Неммерле, его ждал Ганчер. Как равным образом прошлый Верховный Маг некто был закутан на пребелый плащ, хотя вроде равным образом у большинства уроженцев Восточного Предела, оропон Ганчера была темна. И черен был его созерцание из-под косматых бровей. Гед преклонил источник да поклялся Верховному Магу на верности и покорности. Ганчер ответил никак не сразу. - Мне известно, что-нибудь твоя милость сделал, так моя персона отнюдь не знаю, кто именно твоя милость такой. Я безвыгодный могу принять твою клятву. Гед выпрямился и, в надежде далеко не упасть, вынужден был придираться вслед за ствол молодого деревца. - Мой господин, вынужден ли автор этих строк отколоться Рокк? - Ты хочешь этого? - Нет. - А аюшки? но твоя милость хочешь? - Остаться. Учиться. Чтобы исправить... зло... - Сам Неммерле никак не пелена совершить этого... Правда, автор до сей времени эквивалентно не разрешил бы тебе уйти. Здесь тебя защищает твердость Мастеров да непосредственно остров. Если твоя милость покинешь его сейчас, создание, выпущенное тобой на подсолнечная солнца, найдет тебя да подчинит своей воле. Ты перестанешь фигурировать человеком и превратишься на _г_е_б_б_е_т_а_, марионетку, исполняющую волю злобной Тени. Ты останешься тогда до самого тех пор, нонче далеко не накопишь стоит мудрости и силы, в надежде охранить себя, коли когда-нибудь сие момент наступит. Тень ждет тебя, пишущий эти строки убежден на этом. Видел ли твоя милость ее со тех пор? - Только на снах, господин. - Помолчав, Гед от болью да стыдом на голосе продолжил: - Лорд Ганчер, пишущий эти строки невыгодный знаю, сколько сие такое бросилось для меня... - Я также невыгодный знаю. У него кто в отсутствии Имени. В тебе дремлет великая сила, но как твоя милость распорядился ею?! Стал крутить заклинание, которое неграмотный мог контролировать, далеко не предвидя подле этом, в духе оно повлияет для сальдо света да тьмы, жизни да смерти, добра равно зла. Ты поступил так, двигаемый высокомерием и ненавистью. Стоит ли хлопать глазами тому, в чем дело? произошло? Ты вызвал призрак умершей, да дружно не без; ним пришла одна с Сил, враждебных всему живому. Незванная, возлюбленная пришла оттуда, идеже отнюдь не существует Имен. Являясь средоточием зла, возлюбленная короче учинять худо твоими руками. Та сила, около помощи которой ты вызвал Тень, дает ей владычество надо тобой. Вы связаны навеки. Она - тень твоего невежества, твоего высокомерия - тень, которую отбрасываешь твоя милость сам. Есть ли Имя у тени? Гед был потрясен. Он пробормотал: - Лучше бы моя персона умер... - Кто твоя милость такой, с намерением обсуждать об этом? Неммерле отдал свою бытие за тебя. На острове твоя милость во безопасности, живи после этого равным образом учись. Говорят, твоя милость очень умен. Делай свою работу равным образом делай ее хорошо. Это все, сколько тебе осталось. Так закончил Верховный Маг свою тост равным образом нахраписто исчез, в качестве кого это принято середь магов. В солнечном свете потешно журчал фонтан. Прислушиваясь к его голосу, Гед вспомнил Неммерле. Когда-то, давным-давно, во этом самом дворике Гед почувствовал себя Словом, произнесенным солнцем. Теперь настал черед тьмы... Покинув Дворик Фонтана, Гед направился во Южную Башню, идеже находилась его старушка комната, которую оставили следовать ним. Там спирт посидел крошку в одиночестве. Когда прозвучал кандея в ужин, дьявол спустился во Зал Очага, так во время еды ни разу невыгодный поднял головы с тарелки равным образом ни не без; кем малограмотный заговорил, даже со старыми знакомыми. Так продолжалось порядком дней, равно его оставили в покое. Этого Гед равно добивался. Он боялся, самостоятельно того далеко не желая, заявить или сделать что-нибудь дурное, злое. Ветча равным образом Джаспера нигде отнюдь не было видно, равно Гед неграмотный стал спрашивать про них. Ребята, вместе с которыми спирт купно учился равно у которых был вожаком, обогнали его, в такой мере зачем весну да сезон Гед провел со студентами в дочери годится себя. Он ничем не выделялся посредь них - болтовня равным образом жесты любого заклинания, аж простейшей иллюзии, получались у него приблизительно а неторопливо равным образом неуклюже. Осенью ему ещё пришлось повалить валом на Башню Уединения, для Мастеру Имен. Гед воспринял эту похоронка со удовольствием - в такой мере раздражающая юношу когда-то лад равным образом кропотливая действие сейчас манили его. Там неграмотный нужны будут заклинания, равным образом ноль без палочки малограмотный потребует с него представить свою силу. В последнюю воробьиная ночь во Большом Доме для нему явился посетитель. Он был одет в путешествователь пончо равно на руке держал окованный железом дубовый посох, быть виде которого Гед благоговейно встал. - Сокол... Услышав обычный голос, Гед поднял штифты - прежде ним стоял Ветч, все такой а здоровый да широкоплечий. Темное рожа его получается жестче, только улыбка осталась прежней. На плече у него сидел микроскопический зверенок из большими горящими глазами равно коротким мехом. - Пока твоя милость болел, симпатия жил со мной, равно в настоящее время ми какая жалость разлучаться с ним. А до этих пор в большинстве случаев ми никак не позывает откалываться из тобой, Сокол... Но я возвращаюсь домой. Эй, Хог, марш для своему хозяину! Ветч погладил отака равно опустил его получи и распишись пол. Тот уселся получи и распишись соломенный матрац Геда равным образом принялся очищать шерстку коричневым, похожим нате засохший листик, язычком. Ветч рассмеялся, а Гед хоть невыгодный улыбнулся. Пряча лицо, он нагнулся ко отаку да стал проглаживать его. - Я думал, твоя милость сейчас безвыгодный придешь, - сказал Гед. Он ни на нежели отнюдь не хотел винить Ветча, да оный ответил: - Я безвыгодный был в силах подойти раньше. Мастер Целитель безвыгодный пускал меня. Зимой же меня заперли на Роще, автор этих строк зарабатывал с годами родной посох. Слушай, в некоторых случаях твоя милость тоже будешь свободен, плыви во Восточный Предел. Я буду до второго пришествия тебя. Там полно маленьких симпатичных городков, нуждающихся на волшебнике. - Свободен... - прошептал Гед равно поморщился, пытаясь улыбнуться. Ветч, безвыгодный отрываясь, смотрел для Геда, равно вот взгляде его любви было не меньше, нежели раньше, но, возможно, пуще мудрости. Он приятно сказал: - Ты невыгодный останешься в этом месте для всю жизнь. - Я подумывал по-над тем, воеже остаться во Башне насовсем, став одним из тех, кто именно ищет середь книг равно звезд потерянные Имена и... невыгодный делать больше никому зла, даже если предпринимать благодеяние - далеко не во моих силах... - Может, моя персона безвыгодный ясновидец, - сказал Ветч, - да автор этих строк вижу на твоем будущем не темные комнаты равно пыльные фолианты, а дальние моря, огнедышащих драконов, башни прекрасных городов... То, зачем видит пустельга от высоты своего полета! - А на прошлом, что-то твоя милость знаешь во моем прошлом? - спросил Гед да встал. Освещавший комнату огонек-обманка оказался в лоне ними да отбрасывал тени на стены да пол. Затем Гед отвернулся и, запинаясь, спросил: - Расскажи мне, куда ни на есть твоя милость собираешься повалить валом равно нежели будешь заниматься? - Я еду домой, узнать братьев да сестру, в рассуждении которой мы тебе рассказывал. Когда пишущий эти строки уезжал, возлюбленная была капли покамест крошкой, а в настоящий момент ей пора давать Имя - ни за что малограмотный могу поверить на слово на это! Потом аз многогрешный найду себя работу на каком-нибудь маленьком островке... Мне адски неймется потрепаться из тобой еще немного, так мои корвет быстро отплывает. Сокол, разве твоя милость когда-нибудь окажешься нате Востоке, приходи ко мне. Окажешься на беде - позови меня. Мое Имя - Эстарриол. При сих словах Гед поднял свое израненное ряшка равным образом посмотрел стоймя в глаза Ветчу. - Эстарриол, - сказал он, - меня зовут Гед. Затем они бесшумно простились кореш вместе с другом. Ветч повернулся равным образом спустился вниз объединение каменной лестнице. Вскоре спирт покинул остров. Гед остался не двигаться от видом человека, тот или иной исключительно что-нибудь получил важную новость да пытается дать себя отчет ее значение. Ветч преподнес ему величайший пешкеш - свое Настоящее Имя. Никто малограмотный знает Настоящего Имени человека, опричь него самого да того, кто дал ему сие Имя. Конечно, временем спирт может разинуть его брату, жене или другу, только да они ни в жизнь никак не должны злоупотреблять им, разве их могут подслушать посторонние. В присутствии других они обязаны кликать человека его обычным именем сиречь прозвищем. Таким, например, во вкусе Сокол, Ветч [Vetch (англ.) - дрок] либо — либо Огион, который итак "еловая шишка". Если пусть даже простые люди скрывают свое Имя с всех, сверх того тех, кого любят равным образом кому полностью доверяют, ведь зачем но тут-то барабанить по отношению магах, которые подвергаются несравненно большей опасности! Знающий Имя человека держит его век в своих руках. Ветч доказал Геду, тот или иной было решительно сейчас потерял веру в себя, зачем равным образом у него вкушать друг. Гед уселся возьми кровать да погасил огонек-обманку, оставивший позднее себя слабый дух болотного газа. Он погладил отака, который-нибудь растянулся у него на коленях равно уснул вместе с таким видом, ровно ни в жизнь на жизни малограмотный спал на других местах. Большой Дом затих. Геду одновременно вспомнилось, аюшки? будущее - годовщина его собственного Посвящения - дня, когда-никогда Огион дал ему Имя. С тех пор прошло фошка года. В памяти возник мороз горного источника, что он пересек во всей своей красе равным образом безымянный; Гед вспомнил сверкающие заводи реки Ар, где дьявол что-то около любил купаться, деревушку Тэн Алдерс получи и распишись склоне великой Горы; утренние тени получи и распишись пыльной деревенской улице; темную, полную таинственных ароматов хижину колдуньи; огонь, шумящий на горне отцовой кузни холодным зимним днем. Казалось, возлюбленный издревле забыл детство, а во Морана семнадцатилетия оно вернулось ко нему. Все годы равно перипетии его короткой изломанной жизни снова сошлись неразлучно равно образовали единое целое. И некто заново осознал после долгих дней, наполненных отчаянием равным образом горечью, который симпатия таковский равно для чего живет. Гед невыгодный был в силах замечать своего будущего, да боялся его. На следующее утро, наравне во всякое время посадив получи и распишись плечо отака, Гед отправился в траектория после вполне остров. Только от три дня (вместо двух, по образу раньше), продрогнув накануне костей равным образом кошмарно устав, увидел возлюбленный Башню, печально торчащую над ревущими волнами получи и распишись Северном Мысе. Внутри по сию пору осталось так же - темнота, озноб равно Курремкармеррук, восседающий сверху высоком табурете над длиннющим списком Имен. Он обернулся получи интонация шагов Геда и, никак не здороваясь, словно оный равно никак не уходил, произнес: - Ложись равным образом спи. Усталый особа глуп. Завтра откроешь Книгу Дел Создателей да начнешь брать на буксир Имена. В конце зимы Гед вернулся на Большой Дом. На текущий крата Верховный Маг принял его клятву. После сего Гед перешел ото изучения иллюзий для более сложным вещам, настоящей магии, готовясь ко получению желанного посоха. Запинки на его речи равным образом движениях исчезли, да новые заклинания давались ему без труда, хотя бы прежняя уловка что-то около равным образом далеко не вернулась ко нему. Это была плата за оный бессердечный урок. Теперь хоть производство не без; самый опасными Великими Заклинаниями Созидания равно Изменения никак не вызывала у него неприятных ощущений. Тень перестала будто ему вот снах, да Гед зачастую задумывался, что такое? же случилось от ней. То ли симпатия ослабела, так ли покинула отечественный мир... Но в глубине души спирт понимал, что такое? сии надежды тщетны. Разговаривая от Мастерами равным образом изучая древние книги, Гед пытался хоть что-нибудь сведать об этом кошмарном создании, так только сколько не синь порох не выяснил. Никто равным образом нигде далеко не говорил непосредственно что касается подобных существах, ограничиваясь во лучшем случае намеками. Они безвыгодный были ни душами умерших людей, ни творениями Древних Сил земли, да имели черт знает что точка соприкосновения да от теми, равно с другими. В "Существе драконов", книге, прочитанной Гедом особенно внимательно, был книга об одном изо Повелителей Драконов, попавшем под власть Древних Сил, принявших представление некоего Говорящего Камня. Дело происходило для одном с далеких северных островов. "По приказу Камня, - говорилось на книге, - некто вызывал фантасмагория с царства мертвых, однако желание Камня извратила заклинание, равно вкупе не без; призраком явилось незванное существо, которое подчинила Мага своей воле равным образом отправилось на его облике странствовать по свету, уничтожая людей". Книга никак не объясняла, в чем дело? сие была из-за тварь, и чем целое закончилось. Мастера как и безграмотный знали, откуда родом могла тут как тут Тень: "из Антижизни", - сказал Ганчер, "из прочий Вселенной", - ответил Мастер Изменения. Мастер а Вызова сказал: "Я никак не знаю". Он сплошь и рядом навещал Геда во время болезни. Он спокон века был строг да серьезен, только Гед чувствовал его участие равно отвечал ему тем же. - ...Я знаю всего-навсего одно - едва огромная гибель могла породить с небытия подобное существо, к тому идет одна-единственная мощь - один-единственный голос - твой голос. Но что такое? весь сие значит, моя особа далеко не знаю. Ты узнаешь об этом сам... другими словами узнаешь, alias погибнешь. И хорошо, буде твоя милость без затей умрешь, - задумчиво говорил Мастер Вызова, минорно глядючи нате Геда. - Тебе казалось, что магнитофон всемогущ. В свое сезон автор в свою очередь этак думал, равно никак не автор этих строк один... Но истина такова, зачем от случая к случаю потенция человека растет, а ученость его увеличиваются, одновременно сужается всенародный в целях него путь. В конце концов дьявол еще не выбирает, а поступает так, по образу _д_о_л_ж_е_н _п_о_с_т_у_п_и_т_ь_... Когда Геду исполнилось восемнадцать, Верховный Маг послал его к Мастеру Образов, на Вечную Рощу, что до которой недостаточно аюшки? известно. Рассказывают, будто во ней малограмотный действует ни одно заклинание, народ симпатия самоё - начало всех заклинаний. Роща каста невыгодный ввек находится сверху одном месте, а деревья ее не всегда видимы. Говорят еще, в чем дело? деревья сии обладают разумом, равным образом что-нибудь если они погибнут, в таком случае волны поднимутся да затопят всегда населенные людьми и драконами острова Земноморья, которые Сегой поднял изо пучины вод в незапамятные времена. Но всегда сие - домыслы. Маги безграмотный прошел слух об этом. Месяцы пролетели незаметно, равным образом раз как-то весенним денно Гед вернулся в Большой Дом, неграмотный зная, в чем дело? ему предстоит. У дверей, во которые упиралась тропинка, ведущая сквозь полина для Холму Рокка, его встретил какой-то старик. Поначалу Гед неграмотный узнал его, да всего только покопавшись порядком на памяти, вспомнил, аюшки? сие собственно спирт в главный раз впустил его на Школу пятеро парение назад. Улыбнувшись, старикан спросил: - Ты знаешь, кто именно я? Гед задумался. Люди вечно говорили: "Девять Мастеров Рокка", а Гед знал только лишь восьмерых - Целитель, Руки, Сказитель, Мастера Ветров, Изменения, Вызова, Имен равным образом Образов. Ему чего-то всякий раз казалось, что девятый - Верховный Маг. Но Ганчера избрали во всяком случае девять Мастеров... - Я думаю, твоя милость - Мастер Привратник! - Верно. Когда твоя милость назвал свое Имя, ваш покорнейший слуга впустил тебя. Получи теперь свободу, отгадав мое Имя. - Так сказал старец и, улыбаясь, ждал ответа. Гед застыл равно как истукан. Конечно, возлюбленный знал тысячи способов доискаться Имя человека либо — либо имущество - это было отчасти его мастерства, без участия сего малограмотный было бы настоящей магии. Но совсем другое профессия - разузнать Имя Мага другими словами Мастера. Оно скрыто, по образу мелкая рыбешка на лавина равным образом охраняется выгодно отличается драконьего логова. На моление маг ответит заклинанием, держи уловку - пока что паче хитрой уловкой, держи силу - сокрушительным ударом. - У твоей двери бог недостаточный проем, Мастер, - сказал, наконец, Гед. - Мне придется насидеться рядышком равно поголодать, нонче автор этих строк малограмотный стану толщиной с травинку равным образом неграмотный смогу влезть во нее. - Я никак не тороплюсь, - улыбаясь, ответил Привратник. Гед отошел равно уселся около ивой для берегу Твиллберна. Отак спрыгнул с его плеча равно принялся травить после крохотными крабами получай песчаных отмелях. Зашло яркое весеннее солнце, на окнах Большого Дома зажглись свечи и огоньки-обманки. Улицы Твилла у подножия Холма погрузились умереть и неграмотный встать тьму. Заухали надо крышами филины, нет слов влажном воздухе по-над потоком замелькали летучие мыши, а Гед постоянно думал, со через ась? - силы, обмана или волшебства - позволяется пронюхать Имя Привратника. Чем длительнее симпатия думал, тем яснее становилось следующее: ничто изо того, чему некто научился после сии пяточек парение на Рокке, далеко не во силах помочь ему повырвать сходящийся сложность у до такой степени могучего мага. Он уснул во луг лещадь звездами, неразлучно не без; забравшимся ко нему на карман отаком. Проснувшись, дьявол заново подошел для двери равным образом постучал. - Мастер, - сказал Гед, - мы слабо силен, дабы подчистить твое Имя да немного мудр, воеже вызнать его. Я смирился от мыслью, почто мне придется остаться на этом месте равным образом реализовать однако твои просьбы, когда твоя милость всего-навсего не ответишь бери безраздельно вопрос. - Спрашивай. - Как тебя зовут? Привратник улыбнулся равным образом сказал свое Имя. Гед повторил его равным образом вошел в Большой Дом на новый раз. Когда дьявол покинул его, получи и распишись плечах у него был веский темно-синий гиматий - дар города Лоу Торнинг, несравнимо некто направлялся. Городу нужен был маг. Гед нес посох, высотой со него самого, прорезанный изо тиса равно окованный медью. Мастер Привратник открыл ему янус да попрощался. И Гед чтоб моя особа тебя не видел долу за улицам Твилла ко кораблю, какой-никакой ждал его, с перевальцем нате прозрачных волнах. 0. ДРАКОН ПЕНДОРА К западу ото Рокка, среди большими островами Хок равно Энсмер, сгрудились так называемые Девяносто Островов. Из них ближе лишь для Рокку Серд, а самый дальний, что-нибудь лежит почитай у Моря Пелн - Сеппиш. Действительно ли их девяносто - неизвестно. Если вычислять острова из пресной вплавь - около семидесяти, а когда каждую скалу - хлеще ста. Во промежуток времени прилива цифра их меняется. Каналы посередь островами беда узки, а приливы в этом месте самые высокие во по всем статьям Внутреннем Море, того там, идеже во подъем было три острова, в отлив может остаться один. Так вроде приливы одинаково опасны пользу кого всех, то если эндемический под стол пешком ходит умеет брести равно может грести, итак у него есть маленькая лодка. Домохозяйки переправляются от проливы, дабы выпить чашку чая от соседкой, а бродячие торговцы расхваливает близкий предмет торговли во дисциплина с ударами весел. Вместо дорог после этого - каналы не без; соленой водой. В некоторых местах они перегорожены нате куцый глубине сетями, на которые попадается маленькая рыбешка тарбис, фарш ее - состояние островов. Больших городов здесь нет, мостов ужас мало. На каждом островке - масса ферм да рыбацких домиков, равно группы изо десяти-двадцати таких островов называют городами. Лоу Торнинг - самый западный изо них. Он глядит на Открытое Море, получай пустынный уголок Архипелага, идеже лежит всего только Пендор - обнищавший драконами остров. За ним - окончательно безлюдные воды Западного Предела. Дом интересах нового волшебника города был поуже готов. Он стоял сверху холме среди зеленых ячменных полей, равным образом с западного ветра его защищала рощица цветущих деревьев пендик. Из открытой двери на дому видны были далеко не только соломенные крыши, рощи равно сады, а да остальные крошечные островки вместе с их полями и холмами, а средь ними - яркие извилистые проливы. Дом был совсем плох - без окон, от земляным полом, же безвыездно но вернее того, во котором Гед родился. Островитяне от Лоу Торнинга из благоговением взирали получи и распишись волшебника от острова Рокк равным образом сгорали со стыда вслед за кротость приема. - У нас вышел строительного камня, - сказал один. - Мы никак не богаты, же шишка на ровном месте далеко не голодает, - сказал другой, а третий добавил: - Крыша, соответственно крайней мере, малограмотный хорошенького понемножку протекать. Я настелил ее сам, сэр. Геда хижина радикально устраивал. Он неложно поблагодарил островитян, так что всё-таки восемнадцать встречавших его засранец разъехались для лодках по своим островкам равным образом рассказали согражданам, что такое? недавний волшебник оказался странным угрюмым юношей, говорящим мало, да дружелюбно равным образом безо гордыни. По правде говоря, зазнаваться Геду было особенно нечем. Обычно выпускники Школы уходили во старшие города иначе говоря замки отбывать службу их правителям, и пользовались огромным уважением. При обычном стечении обстоятельств рыбаки Лоу Торнинга удовольствовались бы бездействие колдуньей или доморощенным заклинателем, что заговаривал бы рыбацкие сети, накладывал обаяние для новые лодки да лечил людей да скотину с всяких пустяковых болячек. Но во последние годы у старого Дракона, в чем дело? обитал на острове Пендор, появилось правнуки и, по мнению слухам, сделано аж девять драконов таскали домашние чешуйчатые животы по части мраморным лестницам в развалинах дворца Повелителей Моря. Пендор - малолюдный остров, равным образом было ясно, почто научившись летать, они далеко не удовлетворятся скудным пропитанием. Четыре дракона сейчас были замечены для юго-западу с Хока. Они нигде не опускались, так кружили надо островами, высматривая овчарни, амбары и деревни. Голод драконов тяжко пробуждается да бесконечно утоляется. Островитяне обратились от просьбой ко Верховному Магу, упрашивая направить им волшебника, способного спасти их, да Ганчер решил, что такое? те беспокоятся невыгодный зря. В оный день, в некоторых случаях Верховный Маг возвел Геда во степень волшебника, он сказал ему: - Там тебя отнюдь не ждут бессмертие равно богатство. Жизнь твоя хорошенького понемножку унылой и однообразной. Поедешь? - Поеду, - ответил Гед, двигаемый далеко не токмо послушанием. Памятная ночь на Холме Рокка начисто изгнала изо него тяга ко славе да богатству. Он начал затрудняться на своей силе равным образом страшиться серьезных испытаний, но разговор в рассуждении драконах пробудил на нем любопытство. На Гонте драконов никак не было уже бессчетно сотен лет, равным образом ни единственный с них никак не осмеливался зародиться вблизи Рокка, беспричинно ась? интересах него они были существами, что до которых поют на песнях, и только. Гед изрядно счета знал относительно драконах, хотя одно работа знать, а другое - воочию увидеть друг друга не без; ними. Возможность каста показалась ему заманчивой, да он ответил: - Поеду. Ганчер кивнул, а иллюминаторы его были тревожны. - Скажи мне, - произнес некто наконец, - твоя милость безграмотный боишься распрощаться Рокк, или тебе никак не терпится учинить это? - И то, да другое, милорд. Ганчер по новой кивнул. - Не знаю, как следует ли мы поступаю - опять-таки для нашем острове ты находишься на безопасности, - сказал дьявол задумчиво. - Я безграмотный вижу твоего пути, он скрыт закачаешься тьме. Далеко возьми севере дремлет какая-то сила, которая может уничтожить тебя, а что-нибудь сие такое равным образом идеже прячется - во твоем прошлом или будущем - ми неведомо. Получив настояние изо Лоу Торнинга, аз многогрешный махом вспомнил о тебе. Городок настоящий показался ми достанет тихим местом, немного погодя твоя милость сможешь отдохнуть да сконцентрироваться из силами. Но ваш покорный слуга отнюдь не знаю, существует ли получи свете место, идеже твоя милость почувствуешь себя во безопасности. Мне малограмотный позывает посылать тебя умереть и никак не встать тьму... Геду понравился крохотный шале во тени цветущих деревьев. Обосновавшись здесь, симпатия частехонько поглядывал получи западыня равным образом стараясь далеко не изречь ни слова следил за тем, далеко не как мы погляжу ли после взмахов чешуйчатых крыльев. Но драконы не появлялись. Гед проводил время, ухаживая из-за огородом равным образом рыбача получай крохотной лодке. Иногда возлюбленный целыми в самом непродолжительном времени размышлял по-над только страницей, словом или буквой во Книгах Легенд, которые привез от на лицо из Рокка. Он сидел в тени деревьев, а отак спал либо — либо охотился во непроницаемый траве. Гед безотказно служил жителям Лоу Торнинга, выполняя всегда их немудреные просьбы - заживить рану либо откомандировать ситничёк в полина фермеров. Ему в жизнь не невыгодный приходила во голову мысль, ась? всегда сие скверно настоящего волшебника - во всяком случае во детстве он жил середь таких же, буде далеко не беднее, людей. Они же, благоговея под ним, не ультра- докучали ему - малограмотный токмо потому, почто возлюбленный был волшебником с легендарного Острова Мудрости, же да потому, почто его ни звука да покрытое ужасными шрамами харя отнюдь не располагали ко излишней назойливости. С одним человеком дьявол все ж таки подружился - из плотником сообразно имени Печварри, кой жил в соседнем островке. Познакомились они, когда Печварри устанавливал мачту в приблизительно готовой лодочке, а Гед остановился посмотреть бери его работу. Плотник из улыбкой взглянул для Геда равным образом сказал: - Я трудился по-над ней только зачем не месяц, а вы, сэр, наверное, смогли бы создать ее одним как только словом, а? - Да, а стоило бы ми дестабилизировать не заговаривать зубы на худой конец получай секунду, лодка мгновенно пошла бы ко дну. Если хочешь... - Гед замолчал. - Что, сэр? - Ты построил чудесную маленькую лодку. Она хороша хозяйка сообразно себе, однако я могу опутать чарами ее так, сколько буква лодочка в жизни не далеко не разобьется относительно скалы и всегда найдет поди домой. Ему невыгодный желательно язвить плотника, сомневаясь во его мастерстве, но лицо Печварри просияло. - Я хочу почитать ее моему маленькому сынишке, равным образом было бы здорово, если бы возлюбленная вовеки отнюдь не разбилась. После сего случая они постоянно стали корпеть вместе, переплетая чары Геда от искусством плотника равным образом на новых, всего зачем построенных лодках, равно в тех, в чем дело? им приходилось чинить. Гед научился устраивать лодки, а также управлять ими безо помощи магии - этому бери Рокке по какой-то причине малограмотный учили. Часто Гед совместно со Печварри равным образом его маленьким сынишкой Иоэтом плавал по бесчисленным лагунам равно проливам получи веслах равно перед парусами, равным образом для глазах превратился на опытного моряка. Дружба их крепла. Поздней по осени Иоэт заболел. Его матерь послала вслед колдуньей от острова Теск, сведущей умереть и далеко не встать врачевании, равным образом сам согласно себе сиречь двушник дня казалось, ась? мальчик выздоровеет... Но одной шквальный ночной порой Печварри постучал на портун Геда, умоляя защитить его сына. Сквозь тьму да бурю они возьми веслах со трудом добрались по на хазе плотника. Там Гед увидел больного ребенка, склонившуюся над ним мамка равно колдунью, сидящую со курящимся корнем корли на руках во углу комнаты равным образом распевающую Отвращающее магические слова - возьми большее старушонка была неспособна. Но возлюбленная прошептала Геду: - Лорд Волшебник, ми кажется, что-нибудь у ребенка лиса патрикеевна лихорадка, да дьявол не доживет по завтрашнего утра. Когда Гед встал в колени да взял Иоэта ради руку, спирт пришел ко тому же выводу да получай минута упал духом. В последние месяцы его собственной болезни Мастер Целитель научил его многим премудростям искусства врачевания, во книжка числе равным образом основному правилу: лечи рану равно болезнь, хотя если душе убористо на телесной оболочке, малограмотный мешай ей уйти. Мать заметила его сомнение и, догадавшись, нежели возлюбленная вызвана, заплакала навзрыд. Печварри стал умиротворять ее, приговаривая: - Лорд Сокол спасет его, отнюдь не нужно плакать, как-никак дьявол здесь, некто все может... Видя упадок духа матери равным образом безграничную веру на него Печварри, Гед был не в силах разочаровать их. Споря сам по себе не без; собой, некто подумал, в чем дело? малышка может быть спасен, коли удастся ссадить жар, да сказал: - Я сделаю все, зачем на моих силах, Печварри. Обмывая мальчонку холодной гиетный водой, которую ему набирали прямо за порогом, Гед забормотал одно изо подходящих для случаю заклинаний. Оно почему-то безграмотный действовало, равно вдруг Гед понял, что такое? отпрыск умирает у него на руках. Призвав в подмога однако свое мастерство, забыв об по всем статьям получи и распишись свете, Гед в почти безнадежной попытке послал родной стиль вдогонку после с налета мальчика. Он позвал: - Иоэт! - да услышав, равно как ему показалось, беспомощный голосок, продолжил погоню. Через некоторое миг Гед увидел издали впереди мальчика, быстро сбегающего ниц до склону высокого черного холма. Стояла полная тишина. Звезды, горевшие по-над холмом, дьявол видел впервые, пускай бы да знал названия созвездий: Ножны, Дерево, Дверь... Звезды сии в жизнь не отнюдь не садились, ибо солнце в этом месте отроду безграмотный всходило, равно Гед понял, который зашел вослед за умирающим когда пешком под стол ходил через силу далеко. Внезапно симпатия почувствовал, ась? остался единолично держи темном склоне. Повернуть отступать было невообразимо тяжело. Медленно, нарезка вслед шагом, возлюбленный начал подниматься назад объединение склону, и каждый вытекающий ход был тяжелее предыдущего. Звезды были неподвижны. Ветер безвыгодный дул надо этой иссушенной землей. Во всем нескончаемом царстве тьмы двигался всего лишь некто один, медленно карабкаясь вверх. Добравшись, наконец, прежде вершины, Гед увидел невысокую каменную стену. За стеной стояла Тень. Тень невыгодный имела образа, симпатия была бесформенна, через силу видима, же она шептала вещь да тянулась ко нему. Она стояла для стороне живых, а дьявол - на стороне мертвых. Он полагается был alias отлучиться вниз, на пустоши равно погруженные кайфовый тьму города мертвых, либо встать помощью стену во жизнь, идеже его ждало само Зло, принявшее обличье бесформенной Тени. В руках Геда был посох, равным образом некто поднял его. Это тенденция вернуло ему силы. Он приготовился махнуть от стену непосредственно для Тень, равно палочка внезапно вспыхнул ослепительным белым пламенем. Гед прыгнул, почувствовал, что падает, равным образом провалился на темноту. А во сие промежуток времени Печварри, его благоверная равно волховка видели следующее: юный волшебник против всякого чаяния остановился в середине заклинания равным образом некоторое эпоха в полном молчании и не двигаясь держал ребенка во руках. Потом дьявол рассудительно положил маленького Иоэта на кроватку, выпрямился, взял тросточка да снова-здорово застыл кроме движения. Затем спирт там поднял посох, равно оный ясно вспыхнул, кажется Гед держал в руках молнию. Когда чувство вернулось ко ним, они увидели, в чем дело? Гед лежит ничком получай земляном полу. Рядом на кроватке лежал усопший ребенок. Печварри показалось, что-нибудь магнитофон также умер. Жена его плакала, а он выглядел как собака озадаченным. Но целительница слышала малость насчёт том, как умирают настоящие маги да проследила после тем, воеже не без; Гедом обращались не как вместе с мертвым, хотя бы некто да был холоден равно малограмотный подавал признаков жизни, а во вкусе с больным человеком. Геда перенесли домой, да хрычовка осталась отбывать заключение около его постели, ожидая, ноне оный проснется тож заснет, наконец, вечным сном. Маленький отак, по образу спокон века около появлении посторонних, спрятался на чердаке. Здесь симпатия равным образом притаился, слушая гам дождя, а если пыл на очаге начал глохнуть да старушечка задремала, тихо спустился долу ко кровати, на которой деревянно лежал Гед. Своим крошечным язычком-листиком зверек терпеливо, далеко не останавливаясь ни получи и распишись секунду, принялся вылизывать щипанцы Геда, его виски, израненную щеку, закрытые глаза. И медленно, весть медленно, Гед начал пробуждаться. Он пришел на себя, отнюдь не понимая, идеже симпатия был равным образом идеже сейчас находится, равным образом отонудуже взялся окружающий его блеклый свет. Это забрезжил рассвет наступающего дня. Сделав свое дело, отак, на правах обычно, свернулся клубочком у его плеча равно уснул. Позднее, вспоминая эту ночь, Гед догадался, аюшки? ежели бы ни одна собака не прикоснулся для нему тогда, рано или поздно спирт лежал бездыханный, никак не позвал бы из страны теней, некто остался бы затем навсегда. Спас его всего светлый ум инстинкт зверя, что лижет своего больного не ведь — не то раненого товарища. Гед почувствовал во этой мудрости нечто схоже своей собственной силе, сродни истинной магии. И от тех пор возлюбленный верил, в чем дело? точный хаким тот, кто такой не отделяет себя ото других существ - неважно, могут они апострофировать кого alias нет. И всю свою последующую житьё-бытьё Гед старался протереться во мысли своих неразговорчивых собратьев - просматривать во глазах животных, знать толк во полете птицы равным образом размашистых жестах деревьев. Вот приближенно Гед впервинку осмысленно пересек границу, которую только величайшие маги могут пролечь поперек со открытыми глазами, равно даже если ради них этот шаг связан из огромным риском. Вернулся спирт ненарушимый сожаления равным образом страха. Сожаления для своему другу Печварри равным образом страха после себя. Теперь дьявол понимал, почему Верховный Маг боялся освобождать его не без; Рокка, равным образом вследствие чего предстоящее Геда оказалось скрытым ажно через него. Сама Тьма ждала его, Нечто, безвыгодный имеющее Имени, существо, далеко не принадлежащее нашему миру, освобожденное, а может быть и созданное самим Гедом. Долго ждало оно его у стены, разделяющей миры живых равно мертвых и, наконец, дождалось. Теперь Тень пойдет по мнению его следам, будет кончаться постоянно ближе да ближе, в надежде вытянуть изо него проживание и облачить себя во его плоть. Вскоре Геду стала являться во сне Тень во облике медведя безо головы. Ему казалось, аюшки? возлюбленная кружит кругом под своей смоковницей во поисках двери. Ничего подобного ему не снилось из тех пор, что зажили раны, которые нанесла буква тварь. Он проснулся замерзшим равно нисколько разбитым - шрамы бери лице равным образом теле нестерпимо ныли. Настали тяжелые времена. Когда ему снилась Тень, иначе в отдельных случаях спирт просто думал в рассуждении ней, его охватывал холодящий трагичность - казалось, что-нибудь силы вытекают из него, да дьявол бездарно бродит во потемках. Гед досадовал получи и распишись собственную трусость, ругал себя, однако всегда было напрасно. Не через кого было поджидать помощи - у Тени отнюдь не было ни плоти, ни жизни, ни души. Безымянная, возлюбленная обладала силой, которую дьявол самовольно дал ей - ужасной силой, далеко не подчиняющейся законам мира около солнцем. Но симпатия никак не знал, на который-нибудь форме придет Тень ко нему, а также когда сие случится. Он решил, сколько был способным бы насыпать чародейственный трудность около своего на хазе и островка, бери котором жил. Но подобного рода охрана требовала постоянного обновления равным образом незадолго Гед понял, ась? коли симпатия бросит всё-таки близкие силы на оборону, ведь ото него никак не короче паршивый пользы жителям островов. А что произойдет, разве Дракон против всякого чаяния нападет со Пендора, да Гед окажется меж двух огней? И опять ему приснился сон: Тень пробралась на дом, возлюбленная тянулась для нему и шептала слова, которых возлюбленный безграмотный понимал. Гед проснулся на холодном поту и несколькими огоньками-обманками ясно осветил весь темные углы так, дай тебе ни один объект далеко не отбрасывал тени. Он подбросил дров во источник равным образом сидел, слушая как осенний метель шелестит соломой возьми крыше равно свистит посредь голых веток деревьев. В душа его заклокотала первобытная пылкость - дьявол безграмотный будет покорно поджидать смерти, сидя бери маленьком островке да защищаясь бесполезными заклинаниями. Но несложно отколоться островок Гед отнюдь не был в состоянии - сие означало предать доверие островитян да откинуть их беззащитными пред Драконом. Ему оставался только лишь одиночный путь. На следующее утро Гед пришел купно от рыбаками бери главную пристань Лоу Торнинга и, разыскав Старейшину острова, сказал ему: - Мне ничего не поделаешь уйти остров. Мне угрожает опасность, следственно равным образом вы в опасности. Я в долгу уйти, только заблаговременно нужно разделаться со драконами на Пендоре равно тем самым воплотить в жизнь собственный доимочка прежде вами. Если меня постигнет неудача сейчас, знать автор этих строк безвыгодный справлюсь со ними никогда. Чем вначале встречусь я от драконами, тем лучше. У Старейшины отвисла мясорубка через изумления. - Лорд Сокол, - пробормотал он, - же вслед за тем но девять драконов! - Говорят, в чем дело? восемь изо них совершенно молоды. - Да, так сам старый... - Повторяю, ми воспрещается сохраняться здесь! Но аз многогрешный прошу разрешения перед отъездом попробовать освободить вы с драконов, разве ми предназначено это сделать. - Как пожелаете, сэр, - понуро ответил Старейшина. Всем присутствующим быть этом разговоре показалось, в чем дело? юным волшебником овладел либо каприз, либо безумная храбрость, равным образом они от тоской провожали Геда глазами, безграмотный надеясь паче вкусить его. Мнения их разделились: одни считали, что-то некто хочет улизнуть равно запустить их бери произвол судьбы, остальные - да Печварри на книжка числе - были уверены, почто чернокнижник сошел с ума равным образом ищет смерти. Вот поуже четверик поколения корабли старались удерживаться подальше от берегов Пендора. Поскольку участок лежал во стороне через проторенных морских дорог, единаче ни одиночный чаровник никак не пытался сразиться вместе с Драконом. Древние правители Пендора были пиратами равно работорговцами, которых ненавидели постоянно на юго-западе Земноморья. Поэтому последняя ганшпуг в колеснице невыгодный жаждал расквитаться вслед за Лорда Пендора после того, равно как со Запада в город нахраписто налетел Дракон равным образом спалил Лорда, пировавшего из приближенными во башне, а вопящих с страха горожан загнал в море равным образом стал властелином острова со всеми его костями, башнями равно кучами награбленных вслед за долгое времена драгоценностей. Все сие было хоть куда не секрет Геду, кой не без; тех пор, как бы приехал на Лоу Торнинг, малограмотный переставал за крупицам подбирать по сию пору известные знания о драконах. Он вел свое утлое суденышко для запад, используя магический ветер, а безвыгодный весла не так — не то знания моряка, полученные им через Печварри; закрепленный чарами баранка держал неизменный стоимость - равно наблюдал, в духе возьми горизонте встает разграбленный остров. Гед торопился равным образом того использовал магический ветер. Впереди его ждало тяжкое испытание, да оно малограмотный шло ни во какое сравнение вместе с тем, в чем дело? осталось после кормой. Но прошел праздник равным образом трепет сменился холодной яростью. По крайней мере, эту серьёзность возлюбленный выбрал себя лично равным образом эти последние часы, как будто пизда скорой смертью, симпатия свободен. Тень не осмелилась произойти вслед за ним во унижаться Дракона. Среди увенчанных белыми барашками волн, подина низкими серыми облаками, гонимыми северным ветром, приблизился Гед, притягиваемый магическим ветром, ко скалам Пендора да увидел перед из себя пустынные городские улицы равным образом полуразрушенные башни. У входа во спокойные воды гавани дьявол остановил чудотворный ветер, и лодка закачалась сверху волнах. Поднявшись кайфовый цельный рост, возлюбленный бросил вызов Дракону: - Узурпатор Пендора! Выходи равно защищай награбленное! Голос его растворился на грохоте волн, разбивающихся касательно темно-серые скалы, так у драконов животрепещущий слух. Мгновение через сам до себе с них, темнокрылый да посыпанный чешуей, сходный сверху исполинскую черную летучую мышь, вылетел изо развалин какого-то на дому и, кружась на порывах северного ветра, приблизился для Геду. При виде знакомого всего только в области легендам отморозки сердце Геда учащенно забилось. Он неистово рассмеялся да крикнул: - Эй, ты, червяк небесный, скажи Старику, почто аз многогрешный его жду! Это был единственный с молодых драконов, поднятый небольшую толику полет назад, когда получай Пендор из дальнего Запада прилетала дракониха и, отложив среди руин восемь гигантских кожистых яиц, улетела обратно. Вылупившихся малышей взял подина свое непотизм Старый Дракон Пендора. Молодой змей безграмотный ответил Геду. По размерам дьявол покамест никак не превосходил сорокавесельной галеры, равно весь, ото головы давно кончика хвоста, был совершенно черен. Он неграмотный обладал все еще ни напрасно речи, ни драконьей хитростью. Раскрыв зубастую пасть, бросился спирт сродни стреле торчмя на маленькую лодку. Так зачем Геду отнюдь не составило труда одним быстрым равным образом резким заклинанием связать ему лапы да крылья... Камнем врезался ящерица во море, и серые волны бессрочно сомкнулись надо ним. От подножия самой высокой башни во пятый океан взмыли вновь двушник дракона. Подобно первому, ринулись они в мага равно также нашли свою умирание во морских глубинах. А во всяком случае Гед сей поры что такое? ажно невыгодный пускал во рукоделие кровный посох. Через некоторое срок из острова поднялись до сего поры три дракона. Вотан из них был куда крупнее остальных, изо его наблюдать вырывалось пламя. Двое устремились возьми Геда спереди, а здоровяк, сделав проворный круг, бросился в атаку сзади, в надежде спалить мага неразлучно не без; лодкой своим огненным дыханием. Никакие обаяние никак не смогли бы остановить их всех приёмом - через силу велико было расстояние в обществе ними. Как только лишь Гед понял это, симпатия шелковица но соткал заклинание Изменения да во образе дракона взвился во небо. Распростерши близкие широкие крыла да выставив поначалу когти, он встретился со первыми двумя драконами собой для лицу, испепелил их одним сгустком пламени да приёмом но развернулся, ради встретиться третьего, который был крупнее его равным образом в свою очередь вооружен огнем. В порывах ветра, по-над бурлящим морем, единовременно ради сразу бросались они наперсник в друга, сталкивались, рвали когтями, сей поры всё-таки вкруг отнюдь не заволокло дымом, через какой сверкали кроваво-красные отблески их дыхания. Внезапно Гед рванулся вверх, и противник устремился в него снизу. Подняв крылья, Гед прямо остановился, как сие делают соколы и, выставив заранее когти, обрушился нате врага. Он вцепился ему во голову равным образом шею. Черные плоскости затрепетали, равным образом перлы черной драконьей менструация со шипением упали на море. Последним усилием законодатель с Пендора вырвался и, стелясь по-над водой, как черепаха равно боязливо полетел к берегу, мечтая обнаружиться во тот или другой пещере alias разрушенном доме. Увидев это, Гед постарался вроде позволено быстрее во хмелю особенный обычный облик равным образом еще раз найтись на лодке - небезвредно оказываться драконом дольше, чем необходимо. Руки его были ошпарены черной кровью, копна получи голове обгорели, хотя некто неграмотный замечал этого. Гед перевел дыхание; равным образом в который раз разнесся над островом его голос: - Я видел шестерых, пятерых лишил жизни! Говорят, вам девять! Выползайте, черви! Но нисколько отнюдь не двигалось нате острове равно ответом ему был только лишь гул прибоя. Но вишь Геду показалось, что-то самая высокая вышка нате берегу начала менять домашние очертания, вспучиваясь со одной стороны, будто на этом месте у нее росла рука... Гед боялся драконьей магии, понеже старые драконы коварны и очень сильны во этом искусстве, всё непохожем для человеческое волшебство. Но сие малограмотный было магией - Геда подвели собственные глаза. То, что дьявол принял вслед ледорез башни, оказалось плечом Дракона Пендора, который медленно приподнимал свое чешуйчатое тело. Его один от раздвоенным языком, украшенная остроконечным выступом, поднялась надо разрушенной башней, когтистые лапы попирали развалины города. Чешуя дракона напоминала отшлифованный гранит. Он был строен, как гончая, равным образом огромен, в духе гора. Гед смотрел получай него не без; благоговейным ужасом - никакие песни да легенды далеко не на силах послать подобного великолепия. Он смотрел, безвыгодный отрываясь, да едва-едва невыгодный совершил фатальный ошибки - чуток было не заглянул на иллюминаторы Дракону. Усилием воли отвел Гед близкий выражение глаз от маслянисто-зеленых зрачков да там поднял посох, казавшийся теперь не более, нежели лучиной. - Восемь сыновей было у меня, чуточный волшебник, - раздался хриплый голос исполина. - Пятеро погибло, покамест сам задолго умрет, - этого достаточно. Убивая их, твоя милость неграмотный получишь моих богатств! - Твои сокровища меня неграмотный интересуют! Из ноздрей Дракона вместе с шипением вырвался яичный дым - исполин рассмеялся. - А твоя милость неграмотный хочешь сойти возьми пляж равно налюбоваться моими сокровищами, маленький волшебник? Там глотать сверху аюшки? посмотреть! - Нет, Дракон. Драконы рождены в целях ветра равным образом огня, равным образом отнюдь не любят морских просторов. Пока Гед отнюдь не ступал бери сушу, привилегия оставалось в его стороне. И некто не собирался проигрывать его, каким бы хрупким оно малограмотный казалось. Трудно, ахти хоть головой об стену бейся было безграмотный вкруг себя взирать очами во сии внимательные зеленые глаза... - Ты адски молод, - молвил Дракон. - Я равным образом невыгодный подозревал, что такое? столь юные волшебники могут располагать таким могуществом. Как равным образом Гед, Дракон Пендора говорил для Древнем Наречии, для котором до сих пор объясняются драконы. Человек, пользуясь им, может балакать только правду, однако ко драконам сие малограмотный относится - сие их единокровный язык. Они могут лгать, смешивая правду от ложью, запутывая неосторожного слушателя в лабиринте слов-зеркал, во каждом изо которых отражается истина, на конце концов искажаясь поперед неузнаваемости. Зная об этом, Гед был ушки на макушке и слушал Дракона недоверчиво. Но его трепотня казались простыми равным образом ясными: - Ты пришел ко ми заклинать помощи, крошечный волшебник? - Нет, Дракон! - А опять-таки пишущий эти строки могу помочь тебе. И на помощи твоя милость будешь бедствовать очень скоро - противу того, в чем дело? преследует тебя закачаешься тьме. От изумления Гед потерял вклад речи. - Так что такое? но охотится вслед за тобой? Назови ми его Имя. - Если бы аз многогрешный мог... - Гед умолк. Желтый химера заклубился по-над головой Дракона, извергаясь с похожих на кратеры вулканов ноздрей. - Справиться от Тенью твоя милость сможешь, только лишь предвидя ее Имя. Возможно, я смогу прознать его, в отдельных случаях увижу ее поближе. Давай подождем маленечко - она обязательно явится семо вслед тобой. Но разве твоя милость малограмотный стремишься ко встрече, ты должен бежать, малограмотный останавливаясь. А каста создание полноте прижимать тебя. Так ты хочешь определить ее Имя? Гед молчал. Он безвыгодный был способным понять, как бы Дракон проведал по отношению Тени, выпущенной им бери свободу, равным образом каким образом возлюбленный сможет разузнать ее Имя. Верховный Маг сказал, что такое? у Тени пропал Имени. Но дианойя драконов велика, жанр их значительно древнее человеческого. Очень скудно людей могут угадать, что знает ящерица равным образом наравне дьявол сие узнал - таких людей называют Повелителями Драконов. Геду а было отчетливо только лишь одно: инда буде Дракон говорит правду, и спирт точно станет наречь Геду Имя Тени да тем самым передать ему власть по-над ней, в таком случае сделает дьявол сие лишь во своих собственных интересах. - Крайне редко, - сказал напоследок Гед, - драконы предлагают кому-либо свою помощь. - Но кошка, - ответил Дракон, - частехонько играет от мышкой пред тем, как ссосать ее. - Я приплыл семо безграмотный про игр, а так чтобы закончить вместе с тобой договор. Словно меч, взвился по-над башней, надо закованной во броню спиной Дракона, альвеола его скорпионьего хвоста, некоторый был сам-пят длиннее любого меча. Исполин прохрипел: - Я безвыгодный заключаю договоров. Я нетрудно беру. Что твоя милость можешь предложить мне такого, ась? автор лично малограмотный могу взять? - Безопасность. Твою безопасность. Поклянись, что-то твоя милость невыгодный будешь летать к востоку ото Пендора, да моя особа обещаю, почто малограмотный причиню тебе вреда. Похожий бери гам далекого горного обвала скрежещущий интонация вырвался из горла Дракона, искра выплеснулся с его пасти. Он приподнял свое чешуйчатое тело, возвышаясь надо руинами. - Ты _м_н_е_ предлагаешь безопасность! Ты угрожаешь мне! Чем? - Твоим Именем, Еавуд! Голос Геда дрожал, так Имя Дракона симпатия произнес прямо равным образом громко. Услышав его, Дракон замер. Прошла минута, следом другая, равным образом Гед, законный во крохотной качающейся лодчонке, улыбнулся. Его доля равным образом самоё житьё зависела через того, правильно ли спирт угадал Имя. Еще суще во Школе, возлюбленный выискивал на древних книгах всегда упоминания что до драконах, да отдельный странные совпадения навели его держи мысль, зачем Дракон Пендора - сие оный самый дракон, некоторый во времена Эльфарран равно Морреда натворил несть бед для западном берегу Осскила, пока никак не был изгнан оттеда магом Эльтом, большим знатоком всяческих Имен. Догадка оказалась верной. - Мы равны, Еавуд. У тебя - сила, у меня - твое Настоящее Имя. Как насчет договора? Дракон как и прежде молчал. Много планирование прожил возлюбленный в этом острове, где слитки золота равно изумруды раскиданы посреди битых кирпичей равно истлевших костей. Ящер наблюдал из-за тем, как бы его черное семя резвится во развалинах и планирует не без; высоких утесов. Он целый век нежился для солнышке, равно его не беспокоили чужие голоса. Он постарел. И в настоящий момент ему было тяжело идти и разговаривать вместе с хрупким мальчишкой-волшебником. Еавуд, Старый Дракон, взглянул для костыль во его руках равным образом вздрогнул, кажется через боли. Шипящим от ненависти голосом спирт произнес: - Разрешаю тебе побеждать девять камней изо моей сокровищницы. Выбирай самые элита да уходи. - Мне неграмотный нужны твои камни, Еавуд. - Куда девалась здание жадность? В добрые старые время гоминидэ любили яркие камешки... Мне известны однако твои желания, волшебник. Я также могу предложить тебе безопасность, так-таки ми бойко станется кого хошь спроси то единственное Имя, что такое? может уберечь тебя! Ужас преследует тебя. Я назову тебе его Имя. Внезапно вспыхнувшая перспектива ошеломила Геда. Он сильно сжал клюка и замер недвижимо, в духе всего только который стоял Дракон. Но со драконом дозволительно решить одно равным образом всего-навсего одно соглашение... Не о своей жизни беспокоился Гед, направляясь для Пендору. Гоня с памяти последние сотрясение воздуха Дракона, некто сказал то, почто повинен был сказать. - Я попрошу тебя неграмотный об этом, Еавуд. Когда Гед произнес Имя Дракона, у него было такое чувство, личиной он держит Дракона получи и распишись тоненьком поводке, затянутом бери шее исполина. Немигающий изумрудный зрение Дракона источал злобу, стальные когти величиной с человеческую руку впивались на израненную землю, свет клокотало во пасти. Но поводок затягивался совершенно туже... Гед в который раз заговорил: - Еавуд! Поклянись своим Именем, что такое? тебя да твоих сыновей ввек не увидят надо Архипелагом! Ослепительное пылкость выплеснулось с не схуякивать не без; глаз Дракона, равно спирт проревел: - Я видит бог во этом своим Именем! В наступившей тишине Еавуд опустил свою исполинскую голову. Когда спирт опять-таки поднял ее, волшебник исчез, а белешенький спинакер превратился в маленькую точку у самого горизонта, направляясь для тучным, полным богатств островам получи востоке. В бессильной ярости повалив башню, распростер Дракон близкие гигантские крыла по-над разрушенным городом, но клятва связывала его, равным образом свыше ни разу безвыгодный появился дьявол во небе Архипелага. 0. БЕГСТВО Едва Пендор скрылся с виду, Гед почувствовал, глядючи получай восток, что страх преддверие Тенью который раз сжимает на тисках его сердце. Невыносимо тяжело было делать обороты на лицо для бесформенному кошмару. Гед убрал магический ветер равным образом двигался всего около помощи обычного. Сейчас симпатия никуда не торопился. Гед малограмотный имел ни малейшего представления касательно том, ась? ему теперь делать. Дракон сказал, что такое? избавление - во бегстве. Но несравнимо бежать?.. Рокк! Там он, до крайней мере, окажется во безопасности равно сможет унаследовать мудрый совет. Однако, на первых порах следовало зайти на огонек Лоу Торнинг равным образом отчитаться перед островитянами. Прошло ранее число дней не без; его отплытия. При водить что касается том, что Гед вернулся, ослушать равно поглядеть сверху него собралось полгорода. Когда он закончил принадлежащий рассказ, некоторый сказал: - Но кто именно изо нас своими глазами видел всегда сии подумать только - мертвых драконов, одураченных драконов? А что, даже если он... - Заткнись! - приближённо оборвал его Старейшина. Он здорово знал, что волшебники в большинстве случаев молчаливы, однако неравно они в отношении чем-то говорят, круглым счетом оно равно есть. Волшебство далеко не уживается от ложью... Так что-то островитяне мало-помалу успокоились, равным образом шипение сменилось радостью. Началось веселье. Они еще теснее обступили своего молодого волшебника равно попросили его растрепать обо всем пока что раз. Потом подошли новые слушатели... К вечеру Геду уж синь порох не нужно было рассказывать. У островитян сие получалось стократ лучше. Деревенские сказители ранее приспособили его описание ко какой-то старой мелодии, равно возьми каждом углу толпы народа распевали "Песню Сокола". Огромные костры запылали малограмотный лишь во Лоу Торнинге, да да бери ближайших островах. От лодки для лодке, ото острова ко острову рыбаки передавали товарищ другу весть: - Зло повержено! Отныне наша сестра можем безграмотный боязно Дракона Пендора! В эту ночь, одну-единственную ночь, Гед радовался вкупе со всеми. Никакая Тень невыгодный смогла бы выслужиться ко нему чрез яркие огни, горевшие в знак благодарности да признательности в каждом утесе равным образом пляже, через толпы танцующих равно смеющихся людей, зычно славивших его. Снопы искр взлетали от факелов да амором гасли нате осеннем ветру... На ближайший дата Гед встретил Печварри, какой сказал: - Я никак не знал, сколько твоя милость до такой степени могуществен, мои повелитель, - на голосе плотника слышался страх, поелику дьявол осмеливался титуловать Геда своим другом, да слышалось равно осуждение. Гед победил драконов, однако невыгодный пелена спасти жизнь маленького мальчика. После этой встречи Гед заново почувствовал так же нетерпение, которое попервоначалу гнало его ко Пендору, а не долго думая - изо Лоу Торнинга. И ежели и островитяне готовы были содержать мага у себя всю жизнь, чтобы одобрительно отзываться его да хвастаться им прежде соседями, возьми последующий дата Гед покинул хижина получай холме. С на лицо симпатия взял всего только книги, палочка да верного отака. Он отплыл на шлюпке не без; двумя молодыми рыбаками, удостоенными чести стать его лодочниками. Они плыли внутри судов, заполнявших восточные проливы Девяноста Островов, по-под окнами равно балконами стоящих у самой воды домов; мимо гаваней Неша, лугов Дромгана, зловонных маслобоен Гета, и везде кривотолки обгоняла их. При его появлении островитяне начинали насвистывать "Песню Сокола" да замаливать его утвердить ноченька то есть во их гостеприимном городе равным образом разгласить в отношении победе надо Драконом. В конце концов они прибыли нате Серд равным образом шкипер корабля, которого Гед попросил развести его на Рокк, ответил: - Это короче огромной по согласию для того меня равно мои корабля, Лорд Волшебник! Но во вкусе лишь вертолетоносец вышел изо гавани Серда равно поднял паруса, навстречу подул влиятельный ориентальный ветер. Всем сие показалось странным, ибо небо было чистым равно со утра ничто безвыгодный предвещало бури. От Серда прежде Рокка всего число миль и, посчитав сие размах пустячным, -два смело отправился на путь. Ветер постоянно усиливался, однако двухмачтовик безвыгодный сдавался. Как равно на большинстве торговых судов, бери нем нашелся большой перекошенный парус, быть помощи которого не грех штукарить наперерез кому/чему ветра, а -два судна был старым морским волком, некоторый гордился своим искусством. Так, отклоняясь в таком случае для северу, то к югу, они всегда а продвигались во восточном направлении. Но для ветру скоро прибавился дождь, заряды которого были столько мощны, что-то грозили перевернуть судно. Гед стоял бери корме вблизи вместе с капитаном. Это место считалось почетным, ежели и шибко несладко следовать не без; достоинством, в отдельных случаях ты, промокнув вплоть до нитки, как в лихорадке цепляешься следовать поручни, с намерением тебя никак не смыло за борт. - Лорд Сокол, - сказал капитан. - Не сможешь ли твоя милость прочесть мораль этот ветер? - Как издали наш брат ото Рокка? - Примерно сверху полпути, а из-за завершающий миг я малограмотный продвинулись вперед ни для дюйм, сэр. Гед поговорил со ветром, оный капелька утих, да авианосец езжай легче. Внезапно невероятной силы запал ударил от юга равным образом авианосец отбросило назад. Облака вскипели, равным образом небосвод разверзлись страшным ливнем, а шкипер хрипло выругался: - Этот чертов буря ветрено со всех сторон сразу! Господин, нам может помочь лишь только чудодейственный ветер! Эта пожалуйста неграмотный понравилась Геду, а сии народище рисковали в угоду него своими жизнями, да симпатия решился... Судно зараз рванулось вперед, получи и распишись восток, и морщины получай лице капитана стали разглаживаться. Но мало-помалу, хоть бы Гед и старался из всех сил, волшебный вихрь слабел равным образом слабел, временно вертолетоносец не остановился отнюдь и, казалось, завис нате бушующих волнах не без; обвисшим парусом промежду бешеной круговерти дождя да ветра. Продержавшись так несколько минут, возлюбленный внезапно самопроизвольно по части себя нашел излучина поворот и, словно испуганный кот, прыгнул для север. Гед ухватился вслед поручни равным образом крикнул: - Поворачивай обратно, капитан! Тот прокричал на ответ: - Как? Волшебник сверху борту, аз многогрешный - первый шкипер Архипелага в лучшем из всех кораблей, которые у меня были рано или поздно - равным образом поворачивай назад?! Вдруг шлюп едва легло возьми борт, примерно досталось на орехи на коловорот и, чтобы удержаться в ногах, ротмистр самопроизвольно вцепился во ахтерштевень. Гед сказал ему: - Высади меня в Серде равно плыви куда как хочешь. Этот ураган противодействует мне, а безвыгодный твоему судну. - Противодействует волшебнику Рокка? - Ты слышал что-нибудь насчёт Ветрах Рокка? - Конечно, они отгоняют ото Острова Мудрости злые силы, так какое отношение имеют сии газы для тебе, Повелителю Драконов? - Это касается только лишь меня да моей Тени, - коротко, равно как равным образом подобает магу, ответил Гед. Судно легло возьми противоположный тариф равно подо проясняющимися небесами понеслось навыворот ко Серду. ...Когда Гед выходил изо гавани Серда, на машина его царили очень и уныние. Наступила зима, да вечер безвыгодный заставили себя ждать. С наступлением вечера волнение Геда удваивалась, вслед за каждым поворотом мерещился враг. Только усилием воли спирт заставлял себя отнюдь не становиться от плечо... Гед направился для Дому Моря, идеже путешественники равно купцы вслед за цифирь городских властей могли компактно повечерять да перекочумарить во большом, хотя теплом зале - таково было гостеприимность процветающих островов Внутреннего Моря. Гед оставил ото ужина каплю мяса равно пизда сном, сидя у очага, выманил своего верного отака изо складок капюшона плаща, идеже оный прятался весь день. Он пытался покормить зверюшку, ласково приговаривая: - Хог, чуточный твоя милость выше- молчун... - да отак через угощения отказался и снова забрался на свое убежище. Поведение зверька, унылая неуверенность самого Геда, тьма, собравшаяся во углах огромной залы, очевидно указывали на то, ась? Тень черт-те где поблизости. Здесь собрались гоминидэ вместе с разных островов. Никто изо них неграмотный слышал "Песни Сокола", последняя чулочная игла в колеснице безграмотный узнал Геда равно безграмотный заговорил не без; ним. В конце концов он выбрал себя янтарный тюфяк, улегся бери него, однако всю Никс пролежал, не сомкнув глаз. Он старался угадать, какую переизбрать дорогу, который следует делать, а что-что неграмотный следует. Каждый абрис казался рано обреченным на неудачу, нате всех дорогах его могла дожидаться Тень. Только держи Рокке дьявол смог бы жительствовать на безопасности, да тама ему неграмотный позволяли где раки зимуют древние могучие заклинания, охраняющие остров. Ветры Рокка восстали сравнительно от чем него. Значит тварь, охотящаяся из-за ним, достоит быть, рядом. Это бестелесное, слепое во свете солнца суть было порождением царства, идеже далеко не существовало таких понятий, наравне пространство, минута и свет. Днем Тень была слепа равно ей приходилось гнаться за чем его, полагаясь лишь возьми осязание. Она принимала различимый наружность только лишь на темноте равно закачаешься снах, ибо была невидима присутствие солнечном свете. Настигнув Геда, Тень высосет изо его тела жизнь, силу, сердечность равно саму волю, управляющую сим телом. Вот какая его ждала участь. Гед знал, ась? развязка, верней всего, уже близка, бо Тень, находясь около не без; ним, становилась весь хлеще и, возможно, уж могла пустить в ход на своих целях силы зла иначе говоря злых людей, скрывая кровный обличье равным образом говоря чужим голосом. Он предполагал, сколько Тень спряталась во одном изо тех людей, в чем дело? спали этой ночным делом во зале Дома Моря. Она притаилась во темных закоулках черной души равным образом стиснув зубы выжидала, следя за Гедом да наслаждаясь его слабостью, неуверенностью да страхом. Это было сверх его сил. Он был в состоянии рассчитывать всего получи родиться в сорочке дело и бежать перед тех пор, непостоянно бывать кому пути невыгодный улыбнется ему. Лишь лишь только забрезжил холодный рассвет, Гед поднялся равно поспешил на пуэрто Серда, решив провалиться на первый попавшийся корабль. Какая-то галера, принимавшая в бок масло тарбис, должна была оглянуться безвыгодный успеешь сняться не без; якоря да закатиться во Великий Порт Хавнора. На большинстве кораблей костыль волшебника служит равным образом пропуском и платой из-за проезд, приближенно в чем дело? Геда по собственной воле взяли сверху борт. Через часочек корабль вышел во море, равно интонация маленького барабана, отбивающего хук гребцам, немного приободрил вовсе упавшего единовременно Геда. Юноша никак не представлял себе, ась? симпатия склифосовский свершать бери Хавноре да куда отправится потом. Можно было выйти бери север, потому возлюбленный самолично был северянином. Может быть, вместе с Хавнора ему удастся перебраться получи Гонт, да он снова увидит Огиона... Или теснить для корабль, выступающий во далекие Пределы, так далеко, зачем Тень потеряет его отзвук равно прекратит охоту... Эти смутные идеи малограмотный подкреплялись никаким планом. Только бежать, токмо спасаться... К исходу второго дня сороковник крепких весел унесли его брандер бери сто пятьдесят миль с Серда. Судно встало получи и распишись надежда на Оррими - порту на восточном берегу большого острова Хок. Торговые галеры умереть и безграмотный встать Внутреннем Море всегда стараются храниться рядышком ко берегам и, разве возможно, обязательно заходят получай Нокс во порт. Было вновь светло. Гед сошел получи и распишись лбище равным образом принялся бесцельно вертеться согласно крутым улочкам портового города. Оррими - бэу город. Дома на нем сложены изо огромных камней, а высокая стена защищает его через разбойных Лордов внутреннего Хока. Купеческие в родных местах более походили получай крепости, а складское хозяйство равно магазины - на форты. Но чтобы Геда сии исполинские здания были только вуалью, вслед которой пряталась зловещая тьма, а люди, спешащие мимо него в соответствии с своим делам, казались бестелесными тенями. Стало темнить равным образом Гед отправился навыворот к гавани, которая на кровавом свете угасающего солнца показалась ему угрюмой и притихшей - во вкусе равным образом симпатия сам. - Куда держишь путь, Господин Волшебник? - как бес с коробочки раздался голос позади него. Гед обернулся да увидел человека во сером плаще равно из увесистой палкой во руке, непохожей для клюка волшебника. Лицо незнакомца было скрыто капюшоном, же Гед почувствовал, в духе бережливо изучают его невидимые глаза. Непроизвольно симпатия поднял особенный тиссовый посох. Человек флегматически спросил: - Чего твоя милость боишься? - Того, что-то пусть будет так следовать мной объединение пятам. - Вот как? Но ваш покорнейший слуга а безграмотный твоя Тень! Гед промолчал. Он знал, почто кем бы ни был оный человек, никак не пристало его волноваться - он не был Тенью, призраком сиречь геббетом. В этом призрачном мире, идеже царила гробовая тишина, возлюбленный казался единственной реальностью, обладающей для тому же голосом. Вот возлюбленный откинул башлык да пизда Гедом предстало изборожденное морщинами лицо. Хотя бас незнакомца звучал твердо, выглядел спирт глубоким стариком. - Я невыгодный знаю тебя, - сказал индивидуальность во сером, - но, кажется, встретились я неграмотный случайно. Недавно ваш покорнейший слуга услышал история об молодом, да уже покрытом страшными шрамами волшебнике, завоевавшем всеобщее уважение. Про тебя нынешний сказка другими словами нет, запомни мои слова: меч-кладенец пользу кого схватки со тенями ты найдешь возле Дворе Терренона. Тисовый клюка тогда тебе безграмотный поможет. Гед слушал, равным образом во грудь его боролись мечта равным образом недоверие. Любой маг вскоре начинает понимать, что-то в самом деле случайных встреч во жизни почти не бывает. - На каком острове находится Двор Терренона? - На Осскиле. При звуке сего имени накануне мысленным взором Геда получи миг встал черный черный ворон для зеленой траве, какой недоброжелательно смотрел получи него глазами-пуговками равным образом отчего-то говорил. Слов Гед отнюдь не помнил... - В имени сего острова больно бессчетно мрака, - сказал он, пытаясь понять, который после личность его собеседник. Что-то подсказывало Геду, что-нибудь тот не чужд волшебства, да выглядел чух каким-то поникшим, чисто раб или здорово нездоровый человек. - Ты от Рокка. Волшебники Рокка дают черные имена тайнам, которых не могут разгадать. - Что твоя милость ради человек? - Странник. Торговец из Осскила, после этого согласно делам, - ответил засранец в сером. Видя, что-нибудь Гед чище далеко не задает вопросов, некто тихомолком пожелал ему спокойной ночи, повернулся равно ушел. Гед стоял во нерешительности, неграмотный зная, достаточно ли направлять не заговаривать зубы на слова незнакомца. Красноватый сверкание заката ахнуть никак не успеешь угасал по-над высокими холмами да неспокойным морем. Опустились серые сумерки, а следовать ними пришла ночь. Внезапно решившись, Гед бегло подошел ко рыбаку, возившемуся на своей лодке, да окликнул его: - Не знаешь ли ты, подходит какой-то вертолетоносец сверху север, для Семелу или на Энлад? - Вот оный важный судно - вместе с Осскила. Он может учинить остановку на Энладе. Так но скоропалительно Гед подбежал для указанному судну, нате которое ему указал тунцелов - шестидесятивесельной, длинной на правах змея, галере вместе с носом, напоминающим нос ворона. Ее высокая резная гакборт была инкрустирована раковинами, порточки выкрашены на румяный фон равным образом получи и распишись каждом черной краской выведена руна Сифл. Это был надежный, быстроходный корабль, поуже заготовленный к выходу во море, из полным экипажем получай борту. Гед подошел ко капитану и попросил одолжить его для Осскил. - А твоя милость сможешь внести плату вслед за себя? - Я умею управляться вместе с ветрами. - Я равно самолично умею. Деньги у тебя есть? Жители Лоу Торнинга хотели выложить Геду следовать работу множеством перламутровых дисков, которыми пользуются торговцы Архипелага при расчетах. Он взял всего только десять, ежели и они давали ему куда как больше. Их он и предложил осскилианцу, только оный негативно покачал головой. - У нас они отнюдь не на ходу. Если у тебя нечем заплатить, в таком случае у меня нет места. - А работники шуршалки тебе нужны? Когда-то автор этих строк греб получи и распишись галере. - Договорились, у нас неграмотный сколько угодно двух гребцов. Ищи свою скамью. - С этими словами флаг-капитан отвернулся равным образом пуще малограмотный обращал бери Геда внимания. Итак, положив по-под скамью личный посошок да калита не без; книгами, Гед сверху десять промозглых зимних дней превратился на гребца нате этом корабле не без; севера. Судно покинуло Оррими бери рассвете равным образом во оный число Геду пришлось туго. От старых ран его изнаночная лапка плохо сгибалась, а путешествия на проливах Девяноста Островов неграмотный могли вроде нелишне подготовить его для изнурительной работе не без; длинным веслом около брахикардия барабана. Вахта у весла длилась двойка или три часа равным образом отдыха хватало токмо бери то, воеже мускулы Геда успели немного отойти. А затем - вновь вслед весло. Второй воскресенье оказался покамест тяжелее, но скоро Гед пообвык равно справлялся со своими обязанностями вдоволь сносно. В предпочтение через "Тени", корабля, бери котором Гед приплыл держи Рокк, для этом судне абсолютно отсутствовало впечатление товарищества. Матросы андрадских и гонтийских кораблей - партнеры, работающие в целях общей выгоды. Торговцы же Осскила или — или пользуются трудом рабов да крепостных, сиречь а нанимают гребцов, платя им маленькими золотыми кружочками. Золото может существовать нежели угодно, но только отнюдь не источником дружбы среди людьми. Это относится равным образом для драконам, которые тоже ценят его смертельно высоко. Половина гребцов получай корабле была крепостными крестьянами, равно отчего корабельные офицеры являлись скорее надсмотрщиками, вдобавок шибко жестокими. Они отнюдь не трогали только что гребцов, работающих ради плату другими словами вслед за проезд. Вряд ли не запрещается было дожидаться добрых отношений во экипаже, половину которого дозволено бить, а половину - нет. Соседи Геда в кои веки говорили дружок не без; другом, да уже реже - не без; ним. В большинстве своем они были уроженцами Осскила равно объяснялись далеко не держи языке Архипелага, а для своем собственном наречии. Они были угрюмыми людьми, с бледной кожей, обвислыми усами равно длинными волосами. Между собою они называли Геда "Келуб", аюшки? означает "красный". Гребцы несмотря на то да знали, почто он волшебник, относились ко нему без всякого почтения, а даже если из каким-то осторожным злорадством. Да да сам по себе Гед был малограмотный во томишко настроении, чтобы набиваться на приятели. Даже возьми своей скамье, взятый могучим ритмом гребли, во окружении шестидесяти крепких мужчин, получи и распишись огромном корабле, летящем по части серому морю, спирт чувствовал себя беззащитным. Когда с наступлением ночи они заходили во первоочередной незнаемый пристань равно Гед пытался заснуть, завернувшись во частный плащ, его начинали морить кошмары. Он просыпался равным образом по новой проваливался на дремота токмо ради того, дабы проснуться через до некоторой степени минут. От ужаса Гед никак не помнил своих снов, только они, казалось, были связаны не без; кораблем да матросами. Юноша малограмотный доверял уже никому. Все свободные осскилианцы носили получи и распишись поясе длинные ножи да как-то, когда калейдоскоп Геда обедала, нераздельно с них спросил: - Келуб, твоя милость кто такой - невольник не в таком случае — не то клятвопреступник? - Ни то, ни другое. - Тогда отчего у тебя отсутствует ножа? Боишься драться? - спросил, ухмыляясь, человек, которого звали Скиорх. - Нет. - Так получается вслед за тебя дерется твоя напитки собачка? - Отак, - поправил его одинокий изо гребцов. - Это малограмотный собака, а отак, - и прошептал осскилианцу вещь такое, что такое? заставило того нахмурить брови и отвернуться. Гед заметил, в чем дело? сверху какое-то морг рожа Скиорха изменилось - внешний облик его расплылись равным образом сдвинулись, словно бы как бы посмотрело на Геда его глазами. Но сделано во следующую не уходите харя стало быть обычным равно Гед постарался утвердить себя, который сие его собственное печаль да страх отразились во чужих глазах. Но на следующую Морана получай стоянке на порту Эсена ему приснился настоящий человек. Впоследствии Гед и эдак избегал его, ну да и осскилианец старался удерживаться ото волшебника подальше, более никак не пытаясь с ним заговорить. Вскоре покрытые снегом вершины Хавнора растворились во промозглом тумане. Корабль прошел мимо входа на Море Эа, в дне которого вместе с давних пор покоятся бренные останки прекрасной Эльфарран, равно вошел во Энлады. Здесь дьявол пара дня простоял во порту Берила, некоторый прозвали Городом Китовой Кости вслед белизну его башен, вздымающихся по-над водами легендарных Энлад. Во всех портах, в которые они заходили, извозчик издревле оставался сверху борту судна. На третий день со первыми лучами красноватого зимнего солнца они вошли на Осскильское Море. Навстречу вместе с необъятных морских равнин Северного Предела дул сильный ветер. Еще после двушничек дня выпоротый жгучим морем брандер вошел на Несхум - купеческий речные ворота получай восточном поморье Осскила, доставив родной багаж в целости равно сохранности. Гед увидел предварительно на лицо пологий, продуваемый всеми ветрами берег, серый, притаившийся подина защитой образовывающих залив длинных волноломов город, а вслед за ним - голые холмы да свинцовое небо. Этот город лежал далече от обласканных солнцем вод Внутреннего Моря. На бортик поднялись грузчики Морской Гильдии Несхума равным образом принялись таскать держи суша ноша - золото, серебро, драгоценные камни, тонехонький шелк и южные ковры, короче, безвыездно то, почто приблизительно любят Лорды Осскила. Экипаж был распущен. Гед остановил одного изо матросов, ради потребовать в сторону - до этого симпатия держал во секрете мишень своего путешествия, а в тот же миг просто вынужден был растворить ее, оказавшись целиком и полностью сам бери незнакомом острове. Матрос стоически ответил, ась? первоначальный крата слышит что касается подобном месте, но стоявший под рукой Скиорх сказал: - Двор Терренона? Это получай болотах Кексемт. Я в свою очередь иду во ту сторону. Такая шатия была Геду далеко не согласно душе, а выбора невыгодный было - парень не знал ни языка, ни дороги. Гед сказал себе, почто днесь ему постоянно непропорционально - привела но его семо чужая воля, возлюбленная равным образом ведет его дальше. Он натянул на голову капюшон, взял на грабли посох, пира не без; книгами равным образом последовал вслед за своим провожатым поднимай сообразно улицам города для заснеженным холмам. Маленький отак не пожелал задерживаться у него в плече - прячась ото холода, спирт забрался под плащ, во сборник куртки. Они шли молча. Тишина зимы сковала холмы, которые постепенно перешли во поросшую вереском пустынную равнину. - Далеко ли нам идти? - спросил Гед позднее нескольких миль пути, на котором им безвыгодный встретилось ни единой деревни или — или фермы. Еды у них вместе с собой не было ни крошки. Скиорх обернулся, поплотнее закутался во гиматий да ответил: - Нет... У него было отвратительное лик - мучительно бледное, грубое и жестокое. Гед отнюдь не боялся Скиорха, да юношу беспокоила мысль, несравнимо оный может его завести. Дорога казалась тонким шрамом получи и распишись пустоши, покрытой толстым слоем снега равно поросшей низкорослым кустарником. В нескольких местах ее пересекали какие-то тропинки. Дымки Несхума скрылись после холмами, равно в опускающихся сумерках Гед потерял всякое мысль об том, каким ветром занесло и куда они идут. Единственным ориентиром был буря - возлюбленный дул спокон века с востока. Прошло снова порядочно часов. Геду показалось, что-нибудь впереди, на склоне далекого холма, ко которому вела тропа, спирт видит какую-то крохотную царапинку. Но денной планета угасал, равно Гед ни подо каким видом далеко не был в силах разобрать, сколько это такое - башня, бревно или — или пока что что-нибудь. - Мы пойдем туда? - спросил он, указав рукой вперед. Скиорх малограмотный ответил, однако непреклонно продолжал шагать, закутавшись на свой грубый накидка не без; подбитым мехом капюшоном. Гед догнал его. Шли они еще долго и через размеренного ритма равным образом усталости, наложившейся для долгие корабельные дни да ночи, Гед стал лодырничать получи ходу. Ему начинало казаться, что такое? возлюбленный идет испокон веков да хорошенького понемножку круглым счетом а трепаться через темное ни звука рядышком с молчаливым спутником накануне конца времен. Осторожность покинула юношу. Он шагал ровно во полусне, безвыгодный чувствуя по-под с лица ног. Отак заворочался во кармане да подслеповатый испуг Геда начал расти. Он заставил себя проговорить: - Скоро пойдет снежура равным образом горазд отнюдь темно. Далеко еще, Скиорх? Не оборачиваясь, оный ответил, крошку помедлив: - Нет... Но гик его уж безвыгодный был похож для человечный - хриплый да невнятный, он хлеще напоминал рык дикого зверя, пытающегося говорить. Гед остановился. - Скиорх! - позвал спирт его, да оный обернулся, остановившись. Под капюшоном была пустота. Прежде нежели Гед пелена что-либо сообщить тож замыслить от силами, геббет, в которого превратился Скиорх, прохрипел: - Гед! Услыхав свое Настоящее Имя, Гед понял, в чем дело? все его магическая сила потеряна равно он, невольный сохраниться на человеческом облике, беззащитен. В этой чужестранный стране негде до второго пришествия помощи, пустое место никак не откликнется сверху его зов. Между Гедом да врагом отнюдь не было ничего, за исключением тисового посоха, зажатого в правой руке юноши. Существо, сожравшее рассудок Скиорха равно завладевшее его плотью, заставило тело осскилианца проделать деяние на первых порах равным образом дополнить руки, нащупывая Геда. Смешанная со ужасом умоисступление наполнила юношу да подняв родной посох, некто со свистом обрушил его возьми капюшон, скрывающий Тень. Под страшным ударом плащ сжался с перед земли, так разом же, извиваясь равным образом размахивая пустыми рукавами, поднялся опять. Геббет высосал изо тела плоть, да сейчас оно напоминало скорлупу на форме человека, прикрывающую Тень, которая совершенно реальна. Дергаясь да колыхаясь равно как с ветра, Тень распростерла руки равно попыталась подцепить Геда, по образу на свое пора сверху Холме Рокка. Если бы ей сие удалось, возлюбленная отбросила бы шелуху, оставшуюся через Скиорха да вошла в Геда, уничтожив его мыслительные способности равно овладев его телом. Это было ее единственным желанием. Гед вновь ударил ее тяжелым, сделано дымящимся посохом равно на мгновение Тень отступила, так тогда а атаковала вновь. Еще единственный удар, и раскаленный посох, опалив ему руку, упал получай землю. Гед отступил на несколько шагов, повернулся да побежал. Юноша бежал, а геббет несся из-за ним, отнюдь не отставая. Гед малограмотный оборачивался, он бежал, бежал путем огромную сумеречную страну да неоткуда было спрятаться. Хриплым тихонько геббет до этих пор раз в год по обещанию позвал Геда за Имени, отнимая тем самым у него силу магическую, так по-над против воли телесной возлюбленный был неграмотный властен равным образом далеко не мог заставить Геда остановиться. А оный бежал со всех ног... Над охотником равным образом его жертвой сомкнулись плоскости ночи. Началась метель, и Гед уж безграмотный различал тропинки. Сердце сливай воду было повыпрыгивать изо его груди, климат раскаленным ножом резал горло. Он уж никак не бежал, а спотыкаясь, брел неизвестно куда. Но не знающий отдыха преследователь, казалось, никак неграмотный был в силах отполировать его, оставаясь всегда срок на нескольких шагах позади. Тень заново основы шипеть его Имя, равно Гед понял, который текущий шум всю жизнь звучал у него на ушах, немножечко подалее уровня слышимости. Теперь дьявол расслышал его и приходится был остановиться, сдаться... Но балбес продолжал взмащиваться по какому-то бесконечному склону. Ему зачин казаться, в чем дело? впереди забрезжил слабый аристократия равно какой-то напев зовет: - Ко мне! Ко мне! Гед хотел ответить, однако неграмотный смог. Бледный знать был сейчас очевидно различим - дьявол горел до ним во каком-то проеме. Юноша далеко не видел стен, но догадывался, ась? сие - ворота. При виде их Гед остановился. Геббет после этого же ухватился ради плащ, пытаясь сдержать его. Собрав последние силы, Гед ворвался на светящуюся дверца равным образом хотел захлопнуть ее предварительно геббетом, хотя тут отказали ноги. Гед пошатнулся, на глазах его безвыездно поплыло, возлюбленный почувствовал, что падает. Кто-то подхватил его обессилившее тело, равным образом Гед провалился во тьму. 0. ПОЛЕТ СОКОЛА Гед проснулся равным образом целую вечность лежал, думая относительно том, вроде любо-дорого пробуждаться (ведь симпатия никак не ожидал, в чем дело? суммарно проснется), что подкупающе понимать свет, купаться во океане окружавшего его дневного света. Он вроде бы плыл на этом свете, аналогично лодке, скользящей соответственно зеркальной глади. Гед догадался, что лежит во постели, же на такой, во который-нибудь ему покамест отнюдь не приходилось спать. Она покоилась бери резных изогнутых ножках, червонный завеса ограждал спящего от сквозняков. Мягчайшие пуховые перины создавали иллюзию легкой морской качки. С двух сторон вуаль был отдернут равно Гед увидел, аюшки? находится в комнате из каменным полом равным образом стенами. За высокими окнами видна была освещенная тусклыми лучами зимнего солнца знакомая пустошь, прикрытая кое-где снежными заплатами. Судя соответственно открывавшемуся с окон виду, комната была расположена баста высоко. Гед сел на постели, да набитое пухом бархатное покрывальце мягко соскользнуло не без; него. На нем была шелковая ночная рубашка, достойная любого лорда. На кресле плечо в плечо кровати лежали приготовленные откровенно интересах него ботинки из тончайшей кожи равным образом плащ, обшитый мехом пеллави. Он одну каплю посидел, стараясь в корне наступить во себя, поэтому встал да протянул руку за посохом. Но посоха малограмотный было. Его правую руку, добро бы да забинтованную, саднило - обжог через посоха давал о себя знать. Все мышцы непереносно ныли. Он постоял немного, приходя во себя, после втихую равно неизлечимо позвал: - Хог! Хог! Но микроскопический точный зверек, бессловесное создание, вызволившее его когда-то изо царства мертвых, неизвестно куда пропал. Был ли отак вместе с ним прошлой ночью, эпизодически дьявол бежал? Или сие стряслось беда сколько ночей назад? Он неграмотный знал... Геббет, теплящийся посох, бегство, шепот, калитка - постоянно сие вспоминалось смутно, ядро Геда кажется заволокло туманом. Он единаче крат позвал отака, но без всякой надежды нате ответ, да нате глазах его выступили слезы. Где-то вдалеке прозвенел колокольчик. Ему ответил второй, где-то совсем возле со комнатой Геда. Тут но открылась дверь, равно на комнату вошла молодая женщина. Улыбнувшись, симпатия произнесла: - Добро пожаловать, Сокол. Женщина была высока ростом, одета на белые вместе с серебром одежды, да волосы ее, черным водопадом ниспадавшие возьми плечи, прикрывала тончайшая серебряная сетка. Гед не от руки поклонился. - Значит, твоя милость безграмотный помнишь меня? - Вас, Леди? Геду один-единственный разок во жизни довелось заметить женщину, красота лица которой невыгодный уступала красоте одежды - Леди острова О, которая посетила Школу во хлебный спас Возвращения Солнца. Но кабы Леди О была похожа для хрупкое и яркое пламень свечи, ведь сия отроковица напоминала белую полную луну. - Я что-то около да думала, - сказала возлюбленная вместе с легкой улыбкой, - так даже если твоя милость и забывчив, автор сих строк рады тебе, вроде старому другу. - Что сие следовать место? - спросил Гед. Язык однако единаче плохо слушался его, и он никак не был в силах отвлечь бельма через женщины. Ее королевские одежды смущали его, камни, по части которым возлюбленная ступала, казались незнакомыми, пятый океан на комнате был чужим, несомненно да самопроизвольно Гед был уж невыгодный тот, ась? раньше. - Эта сила зовется Двор Терренона. Мой Лорд, Бендереск - властелин страны, простирающейся через Моховых Болот Кексемт перед крыша мира Ос на севере. К тому же, спирт - страж драгоценного Камня, именуемого Терренон. Что касается меня, ведь здесь, нате Осскиле, автор этих строк ношу термин Серрет, ась? означает "серебряная". А тебя, моя особа знаю, зовут Сокол, равно твоя милость стал волшебником на Острове Мудрости. Гед посмотрел возьми свою обожженную руку да ответил: - Я безвыгодный знаю, кто именно я. Когда-то пишущий эти строки обладал силой, хотя сейчас, ми кажется, я потерял ее. - Нет! Ты потерял ее временно, только что для того того, дабы начинать во десятки раз сильнее! Друг мой, в этом месте твоя милость во безопасности. Нашу башню окружают крепкие стены, сложенные с непростых камней. Здесь твоя милость сможешь перекурить и вновь приобреть силу, новую силу. Другим довольно равно костыль - возлюбленный более не сгорит абсолютно во твоих руках. В конце концов дурная шоссе может родить к хорошему концу. Пойдем, моя персона покажу тебе наши владения. Гед плохо различал слова, заколдованный звуками ее голоса. Не раздумывая, некто последовал ради ней. Как оказалось, его камера находилась почти что получай самом верху башни, выраставшей, будто резкий зуб, изо вершины холма. Они спускались по мраморным винтовым лестницам, шли от паном убранные комнаты да залы, мимо высоких окон, выходивших получи север, запад, зюйд да восток. Из них были видны лишь безжизненные унылые холмы, простирающиеся перед самого горизонта и сливавшиеся вместе с омытым зимним солнцем небом. Только вдалеке возьми севере на голубом фоне с выражением выделялись снежные пики, а держи юге угадывалось сверкание морской глади. Слуги открывали на них двери равно отступали во сторону - безвыездно на правах один бледные, мрачные осскилианцы. Сама Леди равным образом была ужас белокожей, же в отличие ото них сказочно говорила возьми языке Архипелага - Геду даже показалось, почто вместе с гонтийским акцентом. Она привела юношу ко своему мужу - Бендереску, Лорду Терренона. Втрое старее ее, бескровный наравне кость, равно как кость но худой, со затуманенными глазами, Бендереск приветствовал Геда с угрюмой холодной вежливостью, пригласив его фигурировать гостем замка, как он пожелает. Казалось, ему нечему чище выговорить - симпатия никак не спросил Геда ни о его странствиях, ни насчёт враге, загнавшем его сюда. Впрочем, Леди Серрет тоже не касалась сих вопросов. Все сие было в некоторой мере одной немалый тайны, окружавшей чертог равным образом его пребывание во нем. Разум Геда единаче далеко не прояснился окончательно, равным образом некто никак не мог трезво понять ситуацию. Он оказался во этой башне случайно, так отнюдь не была ли эта случайность предопределена заранее? По совету незнакомца изо Оррими Гед решил отдать концы подыскивать помощи возьми полуночь - да на порту его ждал двухмачтовик с Осскила. Скиорх сыграл место его проводника. Неужели постоянно сие подстроено Тенью? Однако безграмотный исключено, что такое? равно самопроизвольно Гед да его враг были игрушками какой-то другой, намного паче могущественной силы, а Скиорх просто подвернулся почти руку во сподручный момент. Скорее всего, рукоделие обстояло именно так, затем что Тень безвыездно но отнюдь не смогла пробраться на крепость. С момента своего пробуждения на башне Гед далеко не чувствовал ее присутствия. Но что-то привело его сюда? Двор Терренона никак не был местом, несравненно приходят наудачу - аж своим затуманенным разумом возлюбленный понимал это. Ни безраздельно иностранец никак не явился сквозь эти ворота. Одиноко стояла башня, отвернувшись через Несхума, ближайшего ко ней города. Никто безвыгодный приближался ко ней, равным образом шишка на ровном месте далеко не выходил с нее. Окна башни глядели на пустыню. ...Один дымчатый дата сменял другой, а Гед, отчаявшийся равным образом продрогший, сидел во своей комнате равным образом безотрывно смотрел во сии окна. Несмотря в богатые ковры, меховые одежды да мраморные камины, на башне царствовал холод. Он пробирал поперед самых костей, с него малограмотный было спасения. Не было спасения равным образом от стыда, поселившегося во ретивое Геда. Стыд обжигал его с головы раз в год по обещанию при воспоминании по отношению своем позорном бегстве. Ему представлялось, ась? собрались вместе совершенно Мастера Рокка нет слов главе от хмурым Ганчером, равно середи них - Неммерле, равным образом Огион, равным образом аж та колдунья, аюшки? научила его первому заклинанию - по сию пору они осуждающе смотрели нате Геда, равно спирт понимал, что-нибудь обманул их доверие. Он уверял их: "Если б аз многогрешный никак не убежал, Тень завладела бы мной... Она обладала всей принудительным путем Скиорха равно долею моей, пишущий эти строки неграмотный был в силах враждовать из ней - она знала мое Имя... Геббет служил страшным силам зла да разрушения. Я вынужден был бежать!" Но ни одна душа малограмотный отвечал ему... И возлюбленный продолжал смотреть, как падает нескончаемый снежище держи безжизненную равнину, сей поры равным образом во нем отнюдь не умерли все чувства, исключая усталости. Много дней провел Гед на одиночестве, опять двадцать пять переживая приманка беды. Когда дьявол вышел с своей комнаты, в таком случае был молчалив равным образом неловок. Красота Леди смущала его, да на этом богатом равным образом кончено странном замке мальчик вновь почувствовал себя козьим пастухом. Когда Геду желательно побыть одному - его оставляли на покое, а если он больше неграмотный был в состоянии взглядывать возьми ниспадающий снежура равно сохраниться с глазу на глаз со своими мыслями - Серрет встречала его во каком-нибудь изо залов, равно они разговаривали. Мало веселья было на хозяйке Замка - возлюбленная ввек не смеялась, ежели и улыбалась часто. При виде ее улыбки Гед забывал относительно свой стыд равно неловкость. Скоро они начали случаться весь круг день, равным образом разговоры их стали длиннее. Они держались одну каплю на некотором расстоянии ото фрейлин, всегда сопровождавших Серрет, не присаживаясь у камина либо у высоких окон огромных залов башни. Старый Лорд пребывал на основном во своих покоях, выходя с того места только по утрам, воеже потаскаться соответственно заснеженным внутренним дворикам. Он походил на старого колдуна, кой всю Никта бормотал заклинания. Встречаясь с Гедом да со Серрет ради ужином, некто молчал, инде бросая в свою жену тяжелый алчный взгляд. Геду было экая досада ее. Она казалась ему белой газелью на клетке, лебедем не без; подрезанными крыльями, серебряным кольцом возьми скрюченном старческом пальце, в какой-то степени казны. Когда Бендереск удалялся ко себе, Гед оставался из ней, пытаясь скрасить ее одиночество, по образу возлюбленная скрашивала его собственное. - Что сие вслед Камень, на достоинство которого назван ваш замок? - спросил он в единолично изо таких вечеров, в отдельных случаях они сидели на освещенном свечами огромном зале у стола, заставленного пустыми золотыми тарелками равно кубками. - Разве твоя милость неграмотный слышал по отношению нем? Мне казалось, об этом несомненно всем. - Нет... Но ваш покорнейший слуга слыхал, что такое? Лорды Осскила обладают несметными богатствами. - Ах, оный Камень превосходит все. Хочешь посмотреть? Пойдем. На данный в один из дней на ее улыбке проскользнула насмешливая отвага, же было видно, что-нибудь симпатия отчего-то зверски боится. Она повела Геда по части узким коридорам вниз, для основанию башни, а позднее покамест ниже, для запертой двери, которой Гед раньше отнюдь не замечал. Серрет открыла ее серебряным ключом, поглядывая на молодого волшебника со своей обычной улыбкой получай устах, во вкусе бы поддразнивая его. Открылся краткий проход, а во конце его покамест одна дверь. Серрет отперла ее золотым ключом. Опять краткосрочный проход равно третья дверь, подчинявшаяся только лишь Великому Заклинанию Открытия. За этой последней дверью суппозиторий осветила маленькую, напоминавшую тюремную камеру комнатку - ее пол, стены да верхушка были выложены грубыми, необработанными камнями. - Видишь? - спросила Серрет. Гед любовно оглядел комнату равным образом выметанный отверстие волшебника сразу выделил одиночный валун изо тех, что такое? покрывали пол. Он был таким но шершавым и сырым, равно как равно остальные, да походил получай единственный с тех булыжников, которыми мостят улицы, только сила, таившаяся на нем, кричала в огулом голос. Гед почувствовал, что-то у него перехватывает дух равно подкашиваются ноги. Эта комната являлась сердцем токмо замка равным образом на этом месте было холодно, мурашки по коже ползают холодно - ничто далеко не могло согреть эту комнату. Камень был древний, наравне хозяйка Земля, и так но давний равно смертный фантасмагория был погребен на этом куске скалы. Он не ответил Серрет, неграмотный произнес ни слова, да после минуту, бросив бери него любопытный взгляд, симпатия сказала, указав получи Камень: - Это равно принимать оный самый Терренон. Как твоя милость думаешь, вследствие этого наш брат храним такую "драгоценность" после взяв семь раз замками? Из осторожности Гед продолжал молчать. Возможно, Серрет испытывала его, и так дьявол был почти не уверен, ась? симпатия плохо представляла себя сущность этого Камня, равным образом вследствие чего говорила касательно нем столько небрежно. Серрет знала слишком мало, с целью волноваться его. - В нежели его сила? - спросил спирт наконец. - Этот Камень был создан поперед того, в качестве кого Сегой поднял острова из Открытого Моря. Он был создан враз от нашим миром, да будет существовать, сей поры существует Вселенная. Время к него - незанятый звук. Если возложить для него руку да разделаться вопрос, возлюбленный ответит, хотя в надежде услышать его голос, должно умудряться слушать. Он говорит об том, аюшки? было, глотать равным образом будет. Камень века предсказал твое прибытие здесь. Спроси его по отношению чем-нибудь! - Нет. - Он ответит тебе. - Мне неграмотный по части нежели пытать его. - Он может натолкнуть тебе, - тихомолком произнесла она, - как бы одолеть твоего врага. Гед молчал. - Неужели твоя милость боишься сего Камня? - спросила она, можно подумать никак не веря своим ушам. И Гед ответил: - Да. В смертельном холоде да безмолвии комнаты, окруженной магическими и каменными стенами, близ слабом свете свечи, которую симпатия держала на руках, Серрет смотрела в него пылающим взором. - Сокол, - сказала она, - твоя милость отнюдь не боишься! - Но моя персона невыгодный буду объясняться не без; призраком, - пробормотал симпатия и, повернувшись для Серрет, добавил от неожиданной решимостью: - Леди! В Камне заключен, на правах во темнице, призрак, а сам по себе Камень запечатан могущественнейшими заклинаниями равным образом окружен неприступными стенами невыгодный потому, что симпатия драгоценный, а потому, ась? дозела опасен. Я никак не знаю, что говорили тебе по отношению нем, рано или поздно твоя милость впервинку появилась здесь, так ты, такая молодая равно нежная, безвыгодный должна трогать ко нему, да пусть даже присматриваться нате него. Может прийтись непоправимое. - Но ваш покорный слуга сделано прикасалась для нему. Я спрашивала, равно спирт отвечал. Со мной не случилось ни аза плохого. Она повернулась равным образом вышла с комнаты. Гед последовал следовать ней. Они прошли сквозь те а двери да коридоры, да Серрет задула свечу. Попрощавшись доброжелатель с другом, они расстались. В эту нокаут Гед спал мало. Он думал отнюдь не насчёт Тени - накануне его глазами неотрывно стоял Камень, нате котором покоилась башня, равно красота лицо Серрет. Снова да опять чувствовал некто нате себя ее зырк да безмерно пытался вспомнить, почто но промелькнуло во сих глазах, от случая к случаю спирт отказался прикоснуться для Камню: игнорирование сиречь разочарование? Много присест просыпался он во тьме около холодным, во вкусе лед, покрывалом, равным образом совершенно времена стояли на пороге ним Камень равным образом зенки Серрет. На нижеприведённый сутки некто разыскал ее на сводчатом мраморном зале, идеже Леди часто проводила огульно день, играя не ведь — не то занимаясь рукоделием со своими фрейлинами. - Леди Серрет, - сказал он. - Я оскорбил вам равно прошу прощения. - Нет, - сказала симпатия задумчиво, равно снова, - нет. - Отослав фрейлин, женщина продолжила: - Мой гость, выше- друг! Взор твой ясен, но, возможно, ты безвыгодный вишь самого главного. На Рокке преподают высокое мимика магии, но дальше отнюдь не учат всей магии. Осскил - Страна Ворона. Это необычный остров, маги безграмотный знают относительно нем около околесица равным образом никак не властны здесь. Тут происходят странные перипетии равно обитают существа, Имен которых не имеется на Списках. Неизвестности страшатся, только тебе не из чего чёрт ладана возле Дворе Терренона. Пусть трепещут слабые духом! В тебе принимать сила, способная согнуть в дугу то, почто живет в запертой комнате. Я знаю это, равно в силу того что твоя милость здесь. - Не понимаю. - Мой Лорд Бендереск был никак не отнюдь откровенен не без; тобой. Я скажу больше. Садись около со мной. Гед уселся нате подоконнике. Последние лучи заходящего солнца заливали зал сиянием, во котором никак не было тепла; появившийся прошлой под покровом ночи пороша белым саваном покрывал вересковую пустошь. Серрет заговорила ахти тихо: - Бендереск - Лорд да Наследник Терренона, да спирт никак не может воспользоваться им, безвыгодный может приневолить его в камердинерах себе. Я равным образом отнюдь не могу. Даже у нас двоих безвыгодный конца нет с целью сего ни силы, ни искусства. У тебя поглощать и то, равно другое. - Откуда тебе сие известно? - Сам Камень сказал ми об этом! Как мы ранее говорила, спирт предсказал твое появление. Камень знает, который его хозяин. Он ждал тебя, эпизодически твоя милость еще не родился: ждал того, который придет да склифосовский обладать им. Тот, который повелевает Терреноном, всемогущ: у него достаточно сил, дай тебе одержать победу любого врага, будь оный инда изо царства теней. Он короче быть отмеченным знаниями, богатством, и такой властью, аюшки? никак не снилась самому Верховному Магу! Сделай правильный выбор, равно круглый подсолнечная довольно у твоих ног! Странные светящиеся ставни Серрет опять-таки пронзили Геда, равно оный задрожал, словно во лихорадке. Однако во ее взгляде сквозил боязнь - возлюбленная искала его помощи, так была усердствовать горда, с намерением просить. Гед был потрясен. Когда она начала говорить, в таком случае положила свою руку для его. Прикосновение ее ладони было едва-едва ощутимо. Она выглядела маленькой да беззащитной вблизи не без; его смуглой равным образом сильной рукой. С мольбой на голосе симпатия произнес: - Серрет! Силка моя малограмотный в такой мере велика, в качестве кого твоя милость думаешь. Я вничью отнюдь не могу помочь тебе. Но моя особа стоически знаю одно - людям воспрещено радовать себя мыслью, что можно приручить Древние Силы земли. В наших руках они могут только разрушать, а малограмотный созидать. Дурные фонды ведут для плохому концу. Я пришел сюда отнюдь не в соответствии с своей воле равным образом та сила, что такое? вела меня, раным-ранешенько не ведь — не то время идти на покой меня а и погубит. Я вничью отнюдь не могу помочь тебе. - Отрекающийся ото своей силы то и дело получает вместо до текущий поры сильнее великую силу, - сказала Серрет равным образом улыбнулась, ровно до сей времени ее страхи были сущим пустяком. - Мне известно, в чем дело? привело тебя сюда. Знаешь, из кем ты разговаривал получай улицах Оррими? Этот персона был посланцем, слугой Терренона. Когда-то да спирт был волшебником, же променял частный трость на служение сильнее могущественной Силе. Ты приплыл сверху Осскил равно сверху пустоши попытался взять верх Тень деревянным посохом... Мы от трудом спасли тебя, ибо это произведение оказалось несравненно сильнее коварным, нежели не запрещается было предполагать, для тому но оно успело положить глаз у тебя большую пай твоей силы... Только воз может преодолеть тьму! Сокол, хочешь ли ты, наконец, уничтожить притаившуюся ради нашими стенами Тень? - Для сего ми нужно то, что такое? мы ни в жизнь безграмотный смогу проведать - ее Имя. - Всемогущий Терренон, что знает Имена всех - живущих равно уже мертвых, а да уже безвыгодный родившихся, скажет его тебе! - А какова цена? - Даром! Повторяю, Камень довольно приехать на поклон тебе, на посылках тебе, как верный раб! Потрясенный равно страдающий, Гед молчал. Солнце скрыла туманная дымка, в зале потемнело, хотя бельма Серрет невыгодный потеряли своего блеска. Она взяла его руки на домашние и, глядючи ему стойком на глаза, прошептала, чувствуя, аюшки? он колеблется: - Ты станешь величайшим середи людей, их властелином... И автор этих строк буду царствовать совместно не без; тобой... Гед неожиданно встал да есть ступень вперед. С того места, идеже симпатия оказался, прекрасно было видно, аюшки? вслед изгибом мраморной стены, у двери, нужно Лорд Бендереск равным образом несильно улыбается... Мозг Геда очистился с тумана. Он взглянул возьми Серрет. - Только вселенная может постигнуть тьму, - запинаясь, пробормотал он, - только свет... Слова его самочки по мнению себя подобны были лучу света - произнеся их, он отчетливо увидел да понял, вроде его заманили сюда, как, пользуясь страхом, навязывали ему непоправимое решение, по образу использовали его во корыстных целях. Да, Геда спасли с Тени, однако всего только потому, зачем они хотели прежде сделать его рабом Камня. Как всего Гед оказался бы в власть Древних Сил, они здесь но впустили бы на башню Тень, народ геббет - подчиненный сильнее послушный, чем человек. Скажи возлюбленный Камню по малой мере одно слово, тож прикоснись ко нему - целое было бы кончено. Ведь Камень, в духе равно Тень впредь до этого, `иначе никак не дым бы полностью овладеть им. А так-таки Гед еще почти не сдался, почти... Но отнюдь не совсем. Злу трудно овладеть непокорной душой. Бендереск подошел ко ним, равно Гед оказался среди двух людей, которые сдались. - Я предупреждал тебя, Серрет, - сдержанно сказал Лорд Терренона своей Леди, - аюшки? спирт выскользнет с твоих рук! Они малограмотный такие полоз дурни, твои гонтийские колдуны. Ты - барышня Гонта да равным образом глупа, разве думала провести нас обеих и, завоевав нас своей красотой, прибегнуть Терреноном в собственных интересах. Но ваш покорный слуга - Лорд Камня, равно вона что такое? автор сделаю со моей неверной женой: "Екавроэ аи оелвантар..." - Это были первые слова заклинания Превращения, длинные цыпки Бендереска уж поднялись, чтобы вылепить для того сжавшейся ото страха женское сословие ее мрачный последний символ - свиньи, собаки не так — не то безумной старухи... Гед шагнул прежде всего равно ударил до рукам Бендереска, произнеся одно всего лишь короткое слово. Без посоха, нате чужой враждебной территории, во окружении темных сил, его независимость однако но взяла верх. Бендереск замер, по образу истукан, его затуманившиеся лупилки не без; ненавистью смотрели получай Серрет, никак не видя ее. - Бежим, - крикнула Серрет, - быстро, доколь некто далеко не кликнул Слуг Камня... И так сказать на протест получи и распишись ее плетение словес аспермичный звенящий шепоточек пробежал по стенам башни, как заговорила самочки земля... Взявшись вслед за руки, Гед равно Серрет понеслись за коридорам да залам, по длинным извивающимся лестницам. Скоро они выскочили в двор, идеже последние серебристые лучи солнца уже освещали мокрый, портить снег. Трое слуг с выражением недоумения получай лицах преградили им путь, можно подумать подозревая заговор напересечку своего хозяина. - Темнеет, Леди, - исподлобья сказал одинокий изо них, - поуже время упущено выезжать. - Прочь от дороги, мерзавец! - крикнула Серрет равным образом добавила самую малость на шипящем осскилианском наречии. Слуги отпрянули и, извиваясь, попадали на землю. Вотан с них пронзительно закричал. - Нужно раскопать ворота, другого выхода отсель нет. Ты сможешь отрыть их, Сокол? Она тянула его вслед за руку, хотя симпатия медлил. - Что твоя милость сделала со слугами? - Я влила во их останки растопленный свинец. Они быстро умрут. Быстрее, говорю пишущий эти строки тебе, бойко после этого будут прислуга Камня, а ваш покорный слуга малограмотный могу выкопать ворота, они заколдованы... Скорее! Гед малограмотный понимал, что-то возлюбленная имеет на виду - самовластно дьявол видел каменную арку зачарованных ворот совсем отчетливо. Он подвел Серрет для нужному месту, произнес наговор Открытия да провел ее чрез заколдованную стену. В оный миг, в отдельных случаях они очутились снаружи, помимо серебристого полумрака Двора Терренона, Серрет изменилась. Она отнюдь не стала больше прекрасной в тусклых сумерках вересковой пустоши, однако во красоте ее появились резкие, яростные черты, ровно у лесной ведьмы. И Гед, наконец, узнал ее - дочь Лорда Ре Альби равно колдуньи из Осскила. Это возлюбленная бессчетно полет отступать насмехалась над ним нате зеленых лугах близ под своей смоковницей Огиона, сие симпатия первая заставила его прочитать заклинание, выпускающее Тень в свободу. Но отнюдь не сие было сейчас главным на Геда. Он настороженно озирался вокруг, ища признаки близости врага, тот или другой кровь из зубов поджидал его у заколдованных стен башни. Тень могла остаться геббетом, одетым во кожу Скиорха, а могла притихнуть в сгущающихся сумерках, дожидаясь удобного случая, в отдельных случаях симпатия сможет соединить свою аморфизм из его деятельный плотью. Гед чувствовал, ась? она где-то рядом, да безграмотный видел ее. Вдруг Гед заметил подина ногами во нескольких шагах через ворот какой-то маленький, темный, полузасыпанный снегом предмет. Он остановился, нагнулся да как черепаха выпрямился, держа на ладонях труп крошки отака. Его пушистая шерсть была залита кровью, равно пластид казалось легким, холодным да безжизненным. - Изменяйся, изменяйся, они идут! - пронзительно закричала Серрет, хватая его вслед руку да указывая для башню, возвышавшуюся по-над ними, словно клык. Из низких окон недалеко ее альфа и омега выбирались какие-то существа, расправляя длинные перепончатые крылья, приближаясь для стоящим нате склоне холма Серрет равно Геду. Дребезжащий шепот, какой они слышали снова во башне, стал громче, равным образом мир застонала у них подина ногами. Ярость горячим пламенем вспыхнула на внутренность Геда, его ослепила ненависть ко во всех отношениях смертоносным жестоким силам, почто обманули его, заманили в ловушку равным образом загнали, что охотники раненного зверя. - Изменяйся! - продолжала надсаживаться Серрет, равным образом сама, пробормотав на едином вздохе быстрое заклинание, превратилась на серебристую чайку и взмыла на воздух. Но Гед малограмотный торопился. Он сорвал со того места, идеже лежал отак, сухую травинку, торчавшую из-под снега, поднял ее равным образом начал громко произносить болтовня в Древнем Наречии. Мало-помалу травина удлинялась, становилась толще, да нет-нет да и Гед произнес последнюю фразу, на его руке оказался немаленький посох, патерица волшебника. Черные порождения Двора Терренона стали пикировать держи Геда, однако патерица загорелся невыгодный багровым огнем, как прежде, - изо него бил ослепительно мертвец колдовской свет, некоторый не обжигает, же рассеивает тьму. Черные создания - древние твари, жившие вновь накануне появления драконов и людей, давнёхонько забытые, же вызванные для жизни злобной, древней властью Камня - неграмотный испугались. Нацелив возьми Геда острые, в качестве кого бритва, когти, они окружили его. От испускаемого ими зловония Гед кое-как далеко не потерял сознание. Однако он неистово продолжал защищать их удары равно нападал сам, потрясая пылающим посохом, сотворенным с ярости равным образом крохотной травинки. Внезапно черные твари, кажется спугнутые вместе с трупа вороны, одна из-за прочий взмыли в высоту и молча полетели во томик направлении, несравнимо унеслась во образе серебристой чайки Серрет. Казалось, их перепончатые плоскости движутся медленно, так летели они быстро - и оный и другой знак уносил их возьми огромное расстояние. Никакая моевка не смогла бы судиться со ними во скорости. Не мешкая больше безграмотный секунды, Гед принял символ гигантского сокола - не крошечной пустельги, а сокола-странника, который летает быстрее стрелы, быстрее ветра, да в мощных сильных крыльях устремился во погоню следовать врагами. Уже вовсе стемнело, да на разрывах облаков появились первые звезды. Скоро Гед увидел, равно как впереди бери небе сгустилась черная туча. Дальше, вслед за этим зловещим пятном, лежало море, бледно-розовое ото последних лучей угасающего солнца. Не сворачивая, Гед-сокол бросился на самую гущу Слуг Камня, да они разлетелись во стороны, якобы перлы воды, упавшие получи и распишись обжигающий камень. Враги успели хапнуть добычей - ихор капала не без; клюва одного, белые перья прилипли для когтям другого. И нигде далеко не было различимо серебристой чайки... Быстро развернувшись, черные существа устремились получай Геда, широко раскрыв стальные клювы. Но он, увернувшись с них равно издав пренебрежительный клич разъяренного сокола, молнией полетел удалять через низких берегов Осскила в свободное твердь надо морем. Его враги, сипло крича, покружились сызнова немножко да одиночный после другим полетели по-над пустошами в глубину острова. Древние Силы безвыгодный пересекают моря. Они спокон века привязаны ко какому-либо острову, определенному месту - пещере, камню, источнику. Итак, они вернулись во башню, равным образом неизвестно, смеялся или плакал Лорд Бендереск около их возвращении. А Гед получай крыльях сокола, подобно неутомимой стреле, похоже мысли, аюшки? гложет человека, мчался надо морем сквозь зимнюю ночь. Он летел для восток. Огион Молчаливый после драки кулаками не машут возвратился домой, на Ре Альби, изо своих осенних странствий. С годами спирт говорил весь дешевле да всегда хлеще любил одиночество. Даже новоиспеченный Лорд Гонта безграмотный услышал ото него ни единого слова, когда, потратив бессчётно сил, взобрался ко самому Гнезду Сокола, чтобы посоветоваться из магом касательно пиратского рейда сверху Андрады. Огион, который беседовал из пауками равно уважительно приветствовал деревья, невыгодный удостоил Лорда Острова своим вниманием да пришлось тому удалиться несолоно хлебавши. Проведя всегда сезон равным образом бабье лето во странствиях по части острову, Огион только лишь к Празднику Возвращения Солнца вернулся для своему очагу. На следующее утро Огион поднялся поезд ушел да отправился для роднику, который кучеряво журчал, стекая в соответствии с склону холма вслед за его домом, из-за свежей водой ради чая. Родник соответственно краям замерз, да мох окрест покрылся островками инея. Солнце надо было истечь по причине Горы всего лишь при помощи пора - огульно западный Гонт ото пляжей прежде вершины Горы дремал во огромной тени. Этим ясным зимним утром ведун стоял рядом родника, всматриваясь во раскинувшуюся преддверие ним панораму острова, гавани равным образом необъятных серых просторов моря, да вдруг услышал надо головой аплодисменты крыльев. Он поднял шары вверх. Исполинский сокол спустился от неба равно сел лично бери его вытянутую руку. Он сидел твердо, словно ладно выдрессированная ловчая птица, однако сверху нем безграмотный было ни ошейника, ни колокольчика. Когти его ужасно впились во запястье Огиона, крылья дрожали, круглые золотистые глазищи были подернуты дымкой. - Кто ты, делегат или — или послание? - неслышно спросил Огион. - Пойдем со мной. - Сокол посмотрел в мага, равным образом оный в побудь здесь задумался. - Кажется, бог знает когда как моя особа дал тебе Имя, - сказал в конечном счете Огион и направился ко дому. Он вошел, как и прежде неся птицу получи и распишись запястье, затем посадил ее недалеко очага равным образом предложил воды. Сокол отказался. Тогда Огион очень втихомолку начал заглядывать заклинания, плетя волшебную паутину более руками, чем голосом. Закончив, возлюбленный сладко произнес всего-навсего одно слово: - Гед... - и отвернулся. Подождав немного, дьявол вновь повернулся для очагу равным образом подошел к юноше, который, дрожа, стоял получи и распишись фолиант месте, идеже всего что-то сидел сокол, и глядел пустыми глазами на страсть очага. Одет Гед был по-королевски - на меха, шелка равно бархат, же все одежда была изорвана равно затвердела через мореплавательный соли. Сам возлюбленный был сгорблен и изможден, нечесаные волосья слабовольно свисали сверху покрытое ужасными шрамами лицо. Огион снял со плеч Геда гнетущий плащ, подвел его для низкий нише в стене, идеже оный спал, эпизодически был его учеником, заставил улечься на соломенный недотепа и, пробормотав насылающее отключка заклинание, отошел. Он не сказал ему паче ни слова, зная, в чем дело? Гед непостоянно безграмотный помнит человеческой речи. Когда-то давно, суще единаче мальчишкой, Огион (как да до этого времени мальчишки) думал, аюшки? пить кто хочешь образ, экой захочется - человека alias зверя, дерева или — или тучи - аспидски приятное времяпровождение. Став магом, дьявол узнал, что у этой зрелище очищать своя страшная ценник - усушка собственного "Я", распад личности. Чем длительнее пребывает смертный во чужом облике, тем превыше эта опасность. Каждый маг-ученик получи и распишись первых а уроках узнает историю некоего Борджера не без; острова Уэй, которому бог нравилось перерастать во медведя. Он делал сие до этого времени чаще равным образом чаще, нонче едва рассудок человека совершенно никак не умер в нем, да симпатия далеко не стал настоящим медведем. Забыв прошлую жизнь, Борджер задрал в лесу своего маленького сына равным образом был следовать сие бесчеловечно убит... Никто не знает, в какой мере дельфинов, резвящихся изумительный Внутреннем Море, были прежде людьми, чья дианойя равным образом Имя растворились во неугомонном веселье. Гед принял вид сокола во приступе неукротимой ярости равным образом когда устремился уйди с Осскила, возлюбленный думал едва по части том, по образу бы, опередив Камень и Тень, унестись подальше ото предательского ледяного острова да поскорее оказаться дома. Воля обратилась на волю сокола равным образом мысли начали постепенно принимать чужую окраску. Так спирт пролетел надо Энладами, низойдя только раз, дай тебе отпить изо затерянного лесного озера, да продолжил близкий полет, подгоняемый страхом накануне Тенью, которая преследовала его соответственно пятам. Он пересек просторный залив, именуемый Челюсти Энлада, равным образом продолжал мчаться вперед, нате юго-восток, оставляя холмы Оранэа по правую сторону равно Андрады далеко слева, в эту пору получай горизонте изо бушующих волн малограмотный поднялась та волна, сколько не двигалась - белоснежный победа Гонта. К тому времени изо всех чувств во Геде остались только что чувства сокола: голод, ветер, указание полета. Он летел для токмо возможному убежищу. Всего как только несколько человек для Рокке равным образом один-единственный держи Гонте способны были отыграть ему прежний облик. ...Когда Гед проснулся, некто малограмотный произнес ни слова, равным образом зырк его был дик. Огион, равным образом молча, усадил его у очага да дал воды да мяса. Целый день Гед просидел малограмотный двигаясь, что огромная нахохлившаяся птица. Пришла ночь и некто уснул... На третье блюдо утро Гед подошел ко магу, некоторый сидел, пристально глядя в языки пламени равно сказал: - Учитель... - Здравствуй, парень, - ответил Огион. - Я вернулся для тебе таким же, каким ушел - самонадеянным глупцом, - хрипло произнес юноша. Маг хоть сколько-нибудь улыбнулся, жестом показал Геду нате место рядом от внешне у огня равным образом принялся заваривать чай. Падал снег, начальный снежище на эту зиму для Гонте. Ставни сверху окнах на доме Огиона были закрыты, только было слышно, в духе мокрые клочья тихонько ложатся на крышу. Долго сидели они у огня, равным образом Гед рассказывал старому учителю обо всем, что-то содеялось не без; ним из того момента, по образу некто покинул Гонт в корабле под названием "Тень". Огион малограмотный задавал вопросов и, в отдельных случаях история подошел к концу, долго задумался. Потом возлюбленный встал, поставил сверху кормежка хлеб, сыр и вино. Они не проронив звука поели. И токмо за того, по образу со стола было убрано, Огион заговорил: - Твои шрамы ужасны, парень. - Я был бессилен визави Тени, - ответил Гед. Огион покачал головой и, помолчав немного, сказал: - Странно... У тебя хватило сил, с намерением перещеголять искусного мага во его собственных владениях, в Осскиле. У тебя хватило сил, воеже рассеять чары и заглушить наскок Слуг Камня. А получи Пендоре твоя милость справился не без; Драконом... - На Осскиле ми прямо-таки повезло, - сказал Гед. При воспоминании о промозглом да дремотном Дворе Терренона по части его телу пробежала дрожь. - Что касается Дракона, в таком случае так-таки автор этих строк знал его Имя. У черной Тени, почто охотится за мной, перевелся Имени. - Все держи свете имеет свое Имя, - сказал Огион от экой уверенностью, что Гед малограмотный осмелился создать вновь фразы Верховного Мага Ганчера об том, что выпущенное Гедом получи и распишись волю сущность безымянно. Хотя Дракон Пендора и предложил обозвать Имя Тени, Гед безвыгодный доверял драконам. Не поверил дьявол и словам Серрет, когда-когда та предложила справиться Имя у Камня. - Если у Тени равным образом принимать Имя, возлюбленная вероятно не ли откроет его мне. - Конечно, - сказал Огион, - же чай да твоя милость малограмотный говорил ей своего... Однако в пустошах Осскила возлюбленная окликнула тебя в области Имени, по мнению Имени, данному тебе мною. Странно... Огион ещё задумался. Наконец Гед сказал: - Я после этого неграмотный к того, с тем прятаться. Я пришел из-за советом. Учитель, я невыгодный хочу вогнать семо вслед за внешне Тень, а возлюбленная положительно явится, неравно я задержусь здесь. Однажды твоя милость изгнал ее изо этой самой комнаты... - Это был просто-напросто только что ее предвестник, отражение Тени. Сейчас аз многогрешный невыгодный справился бы из ней. Только тебе сие согласно силам! - Но автор этих строк безвыгодный могу! Если бы нашлось такое место... - спирт оборвал себя на полуслове. - Безопасного места безграмотный существует, - добродушно ответил Огион сверху его невысказанный вопрос. - Не перевоплощайся больше, Гед. Тень уж почти добилась своего, заставив тебя хватить образ-складень сокола. Как ни бедственно мне говорить об этом, мы неграмотный знаю, зачем тебе годится сделать. Взгляд Геда требовал только лишь правды, равно позже долгого молчания Огион произнес: - Ты в долгу повернуться. - Повернуться? - Если твоя милость будешь продлевать спасаться бегством, положение будет поджидать тебя повсюду. Тень гонит тебя, выбирая твой путь. Повернись лицом ко Тени равно начни охоту из-за охотником. Гед молчал. - Я дал тебе Имя у истока реки Ар, зачем сбегает из Горы во море, - сказал маг. - Человек в долгу знать, ко чему симпатия идет, равным образом что-то его ожидает. Но это навеки останется пользу кого него тайной, разве возлюбленный отнюдь не сможет вернуться к началу своей жизни, ко своим первым поступкам, равно смирить на себя это начало. Если спирт безвыгодный хочет поделаться щепкой, увлекаемой потоком, симпатия самовольно должен стать потоком, во всем ручьем - ото истоков предварительно устья. Ты вернулся в Гонт, ты вернулся ко мне, Гед. Вернись а об эту пору ко самому началу равно для тому, что такое? было до него. В этом твоя надежда! - В этом, учитель? - со ужасом воскликнул Гед. - В чем? Огион никак не ответил. - Если мы повернусь, - продолжал Гед, - если, наравне твоя милость говоришь, аз многогрешный начну охоту после охотником, лов короче недолгой. Тень ищет встречи со мной! Дважды сие случилось, равно вдвое автор этих строк был побежден. - Посмотрим, что-то короче на незаинтересованный раз, - сказал Огион. Гед исступленно ходил в области комнате - с очага ко двери, с двери к очагу. - Если Тень победит меня окончательно, - говорил он, споря в таком случае ли с Огионом, так ли из самим собой, - ведь симпатия завладеет моими знаниями, моей силой, и, конечно, воспользуется ими. Пока Тень угрожает только лишь мне, но одолев меня, возлюбленная сможет учудить беда сколько зла! - Верно. Если токмо возлюбленная одолеет тебя. - Но разве моя персона побегу опять, симпатия будет найдет меня. Бегство отнимает счета сил. - Гед походил сообразно комнате до этого времени немного, внезапно остановился равно опустился хуй магом держи колени. С любовью равным образом радостью в голосе дьявол сказал: - Я беседовал от великими волшебниками равным образом жил для Острове Мудрости, только ты, Огион - мои натуральный равным образом однозначный учитель! - Хорошо, - сказал Огион. - Теперь твоя милость понял это. Лучше поздно, чем никогда. В конце концов _т_ы_ станешь моим учителем. - Маг встал, подбросил дров во очаг, подвесил надо ним пустоголов и, накинув теплый непромокаемый плащ, сказал: - Пойду посмотрю, вроде дальше мои козы. Последи за чайником, парень. ...Когда Огион вернулся, стряхивая от себя снег, на руках его была длинная тисовая палка. Весь сутки быть свете лампы работал возлюбленный надо ней ножом и магией, постоянно проводя в соответствии с ней рукой, словно бы выискивал малейшие изъяны. Иногда Огион несколько втихомолку напевал себя подо нос. Гед, постоянно до этих пор слабый, задремал, равно этой снежной ночной порой во полумраке комнаты ему представилось, будто возлюбленный находится на хижине колдуньи во деревушке Тэн Алдерс. Воздух пропитан ароматом трав, равно на полусне некто слушает длинные песни относительно героях, сражавшихся со злом во давние время держи далеких островах, равным образом побеждавших. Или погибавших на схватке... - Вот, - сказал Огион, протягивая Геду в готовности посох. - Верховный Маг выбрал на тебя тис, равно сие безупречный выбор, аз многогрешный разделяю его. Сначала мне хотелось произвести с этой ветки лук, но, по-моему, таково лучше. Спокойной ночи, сынок. Когда Гед, неграмотный найдя слов, с намерением дать его, отвернулся и направился для своей постели, Огион посмотрел ему следом равным образом понизив голос прошептал: - О, мои ранний сокол, летай высоко! Когда ранним промозглым на ране Огион проснулся, Геда поуже неграмотный было в доме. О его присутствии напоминали всего руны, выцарапанные бери камнях очага, которые пропали, во вкусе всего лишь Огион прочел их: "Учитель, охота началась!" 0. ОХОТА Гед ступил получи дорогу, ведущую с Ре Альби на Порт-Гонт, снова до рассвета равным образом вскоре вплоть до полудня пришел на город. Взамен роскошных осскилианских одежд Огион снабдил его приличной гонтийской обувью, бельем, рубашкой равным образом кожаной курткой. Но щедрый плащ, подстрекнутый мехом пеллави, Гед сохранил на защиты с холода. Одетый таким образом, вне багажа, да с посохом, подъём которого верно равнялась его росту, подошел спирт для городским воротам. Скучавшие стражники, что такое? стояли, облокотясь в резных драконов, сразу признав во нем волшебника, раздвинули копья равным образом впустили его, не задавая вопросов, а в дальнейшем бесконечно провожали глазами. В гавани равным образом на Доме Морской Гильдии возлюбленный задавал во всех отношениях единственный да оный же вопрос: невыгодный отправляется ли некоторый двухмачтовик получай полуночь сиречь западыня - на Энлады, Андрады, Оранэа? Везде ему отвечали, что-нибудь зимою корабли стоят на приколе да аж рыболовные шхуны безвыгодный выходят следовать Боевые Утесы на столь неблагоприятную погоду. Ему предложили поесть во Доме - волшебникам считанные разы надо самим просить об этом. Он посидел каплю вместе с грузчиками, плотниками равно рыбаками, с удовольствием прислушиваясь для их немногословным, неторопливым разговорам, ворчливому гонтийскому выговору. Гед мечтал что касается том, почто останется здесь насовсем, забудет всю магию равно приключения, полномочие равным образом ужас, равно короче на полутонах и мирно жить, равно как по сию пору люд получи неплохо знакомой, таковский единоутробный земле. Но это были всего-навсего мечты, предпринять но симпатия собирался стоймя противоположное. Узнав, что кораблей безграмотный будет, Гед малограмотный стал оставаться ни на порту, ни во городе, а зашагал до берегу бухты, нонче малограмотный дошел накануне первой маленькой рыбацкой деревушки для северу через столицы Гонта. В ней возлюбленный ахнуть безграмотный успеешь эврика рыбака, который собирался сбывать лодку. Рыбак оказался угрюмым стариком равным образом его двенадцатифутовая обшитая досками челн до того растрескалась равным образом покоробилась, сколько кой-как ли годилась для морских путешествий. Тем безграмотный не в таковский мере старец запросил высокую цену: безопасность на своей новой лодки, самого себя да сына сроком держи единодержавно год. Гонтийские рыбаки малограмотный боятся никого, инда волшебников. Они боятся только моря. Подобное заклинание, получай которое ахти надеются на северной части Архипелага, пусто уже далеко не спасало через тайфунов да штормовых волн, же если его наложил маг, ладно искусный местные воды, структура лодки равным образом искусство рулевого, так оно основательно защищает через всяких мелких неприятностей. Гед честно занялся трудной работой - спирт ткал паутину заклинания полный воскресенье и всю следующую ночь, безграмотный пропуская ни единого слова, ни единого жеста, при этом Гед отнюдь не переставал беспокоиться по части том, идеже равным образом как бы возлюбленный встретится со Тенью, да в каком облике явится симпатия ему. Когда работа был завершен, Гед ужас устал. Следующую воробьиная ночь дьявол провел на хижине рыбака, на гамаке, сделанном с желудка кита, равным образом заутро проснулся, сполна пропахший копченой селедкой. Не мешкая, он сразу отправился для гроту перед утесом Катнорт, идеже стояла его новая лодка. Гед столкнул ее на спокойное море, равным образом кипяток враз но начала просачиваться в середину насквозь многочисленные трещины. Мягко, кажется кот, он ступил на нее равно поправил всегда неровные доски да колышки, работая инструментами да заклинаниями, равно как на свое минута со лодкой Печварри на Лоу Торнинг. Подошедшие народ деревни вместе с почтительного расстояния молча следили следовать его быстрыми руками да прислушивались ко его тихому голосу. И эту работу симпатия выполнял терпеливо, успокоившись лишь только тогда, когда-когда последняя дырочка была на все пуговицы запечатана. Вместо мачты Гед поставил особенный посох, укрепил его короткой фразой равно наперекор пристроил стоический рваный брус длиною во ярд. С сего бруса симпатия спустил потканный изо заклинаний прямоугольный парус, белый, во вкусе снега получи вершине много Гонт. Следившие за ним бабье завистливо вздохнули. Встав возле не без; мачтой, Гед поднял легчайший ведовской ветер, равным образом гондола заскользила при помощи обширную бухту в сторону Боевых Утесов. Когда безгласно наблюдавшие вслед во всех отношениях сим рыбаки увидели, который полусгнившая гребная лодка летит по-под парусом как молодой кулик, они разразились приветственными криками, повсюду улыбаясь и притопывая ногами около холодным морским бризом. Гед возьми минутка обернулся и посмотрел сверху них, задорно махавших ему руками возьми фоне темной зазубренной громады Катнорта, надо которым уходят во облака белоснежные склоны Горы. Гед пересек бухту равно в кругу Боевых Утесов вышел на Гонтийское Море. Он рассчитал направление так, дай тебе войти ко северу через Оранэа. У него далеко не было никакого плана, возлюбленный попросту решил вернуться уж пройденной раз как-то дорогой. Гед отнюдь не был в состоянии согласно правилам сказать, каким хорошенечко подходит после ним Тень, а симпатия знал, что разминуться во открытом видимо-невидимо им невозможно. Геду хотелось, дабы его столкновение из Тенью произошла вот поэтому и есть во море. Он не капли понимал причину такого желания, хотя возле мысли по отношению встрече держи суше сердце его сжимал ужас. Из моря поднимаются штормовые волны да чудовища, но не черные силы. Все злобно - для суше. В стране тьмы, идеже Геду довелось однажды побывать, неграмотный было ни моря, ни рек, ни озер, ни ручьев. Царство смерти - безводная страна. Хотя зимнее флорес равно таило опасности, да его изменчивость равно бешеный зан Гед рассматривал живей на правах свою защиту. Когда они на конце концов встретятся, думал Гед, возможно, ему удастся схватить ее равным образом весом своего тела да ценой своей жизни свистнуть Тень вот тьму морских глубин, откуда, коли удерживать ее покрепче, симпатия поуже никак не поднимется. Может быть, своей смертью ему удастся загладить в таком случае зло, который совершил симпатия во жизни. Гед плыл по части неспокойному бурному морю, по-над которым нависали свинцовые облака. Он невыгодный использовал колдовской ветер, равным образом просто-напросто порой отрывистыми словами поддерживал потканный изо заклинаний парус, равно оный своевольно принимался ловить ветер, беспроигрышно бьющий не без; северо-запада. Без сего ему нелегко было бы высчитать утлое суденышко нате правильном курсе на этом бурном море. И так он плыл, отзывчиво следя следовать всем, в чем дело? происходило вокруг. Жена рыбака дала ему на с дороги неуд больших ломтя питание равным образом кумган воды. Близ Камеберской Скалы, единственного острова в среде Гонтом равным образом Оранэа, возлюбленный поел, с благодарностью вспоминая молчаливую женщину. Проплыв мимо облачком видневшейся нате горизонте земли, Гед стал саковать ко западу. Над морем висела мелкая морось, в суше симпатия могла бы достаться мокрым снегом. Окружавшее его ни звука нарушали всего звук лодки так точно безвольный плеск волн о ее дно. Не было видимое дело ни птиц, ни кораблей. Ничто неграмотный двигалось, кроме волн да облаков. Гед помнил, в духе на полете, от случая к случаю некто летел правильно тем же курсом, только во обратном направлении, они плотной пеленой окружали его, равно он смотрел если на то пошло для серое сулу приблизительно же, в качестве кого не долго думая - получай серое небо. Когда Гед посмотрел вперед, в таком случае никак не увидел со временем ничего. Он встал, продрогший равно взмыленный через постоянного напряжения, да пробормотал: - Иди ко мне, иди, ужели зачем но твоя милость ждешь? - Но ответом была тишина. Никакое черное облако неграмотный мелькнуло получай фоне тумана да волн, так со каждой минутой во маге росла уверенность, ась? отнюдь на носу Тень рабски рыщет по его холодному следу. Наконец некто отнюдь не выдержал равно закричал: - Я здесь! Я - Гед! Я - Сокол! Я вызываю свою Тень! Поскрипывала лодка, шелестели волны, буран тихонько трепал белый парус. Текли мгновения. Положив руку получи и распишись тисовую мачту, Гед ждал, вглядываясь на пелену дождя, медленным темпом тащившего от севера близкие струи. Текли мгновения... Но гляди далеко, во тумане, спирт увидел приближающуюся к нему Тень. Она сейчас сбросила вместе с себя останки осскилианского гребца Скиорха, ибо геббет безвыгодный туман бы проистечь следовать Гедом помощью море, а да невыгодный приняла облика зверя, на котором Гед видел ее сверху Холме Рокка равным образом во своих снах. Однако у нее была форма, да аж возле дневном свете Гед был в состоянии глядеть ее. Во время преследования равным образом короткой схватки из Гедом бери вересковой пустоши симпатия смогла высосать изо него равно породить на себя будет сил... а, составлять может, на правах раз то обстоятельство, аюшки? Гед вызвал ее, заставило Тень обретший какую-то форму. Сейчас возлюбленная имела некоторое одинаковость из человеком, но, суще Тенью, сама тени безвыгодный отбрасывала. Из Челюстей Энлада устремилась возлюбленная бери Геда - туманное нечто, косолапо бегущее по мнению волнам да несколько колеблющееся от порывов ветра. Холодные лекарство дождя пролетали чрез нее. При дневном свете Тень была с слепа, равным образом Гед первым заметил ее. Гед и Тень могли проведать доброжелатель друга идеже угодно, во любом обличье. Так, на беспредельном одиночестве холодного зимнего моря, встретил наконец Гед то, ась? круглым счетом страшился. Казалось, аюшки? метель равным образом волны гонят Тень прочь, только та весь приближалась. Теперь равным образом симпатия увидела Геда. А он, захлестнутый смертельным ужасом, холодным оцепенением, которое высасывало из него жизненные силы, стоял равным образом ждал. Затем Гед произнес одно слово, похожее нате пинок хлыста, снежнобелый спинакер вмиг заполнился магическим ветром, равным образом челнок рванулась вперед, непосредственно держи колеблющегося держи ветру врага. По Тени волнами прокатилась дрожь, симпатия повернулась равным образом на полной тишине обратилась на бегство. Тень устремилась ко северу, насупротив ветра, равным образом тама а направил Гед свое суденышко: резвость зла насупротив искусства магии; раж дождя против них обоих. Не жалея голоса, подгонял Гед лодку, ветер, парус, волны - как охотник, завидев волка, подгоняет гончих. Ни единодержавно изготовленный человеческими руками фок далеко не выдержал бы такого напора. Лодка совершенно летела по волнам, точно бы увлеченный ветром тромб пены. Тень, став до сего поры больше туманной равным образом расплывчатой, нынче более смахивала на колеблющуюся нате ветру дымку, нежели нате человека. Она прямо повернула и, сделав полукруг, устремилась сообразно ветру во направлении Гонта. Гед развернул лодку со через руля равным образом заклинания, равно та, подобно дельфину выпрыгнув изо воды, понеслась быстрее прежнего, да Тень по-прежнему удалялась. В спину равно антиимпериалистический стегно Геда ударил оснеженный заряд, шторм крепчал, равно малолеток потерял Тень с виду. И безвыездно но Гед был уверен, что идет верным курсом, чисто симпатия преследовал далеко не призрака, летящего над волнами, а зверя, который-нибудь оставлял ясно видимый знак получай свежевыпавшем снегу. Хотя вихрь равно был попутным, симпатия невыгодный ослаблял силы ветра магического, равным образом парус дрожал ото напряжения, а гондола со свистом рассекала воду. День клонился для вечеру, а отчаянной гонке безвыгодный было следовательно конца. Гед понимал, что такое? присутствие этакий скорости дьявол ранее обогнул Гонт от юга да направляется сейчас для Спеви alias Торхевену, а может быть, да на отверстый Предел. Но это его чуть-чуть заботило - дьявол вышел получи охоту, да ужасть покинул его. На секунда Гед увидел впереди Тень. Ветер стихал, равным образом в смену дождю явился мокрый туман, густевший от каждой минутой. Сквозь его дымку юноша равным образом заметил Тень, летящую по-над волнами капельку с правой стороны соответственно курсу. Сказав нужные языкоблудие ветру равно парусу, Гед повернул руль, равно паки продолжилась охота вслепую. Туман, рвущийся во лохмотья там, идеже возлюбленный сталкивался со магическим ветром, сгустился настолько, что-то плотным занавесом сомкнулся впереди лодки, снизив зримость прежде минимума. Когда Гед произнес первые слова заклинания Очищения, возлюбленный снова-здорово заметил Тень - возлюбленная была решительно возле и двигалась еле-еле. Туман гладко проникал через ее верхушку, напоминающую искаженную тенечек человеческой головы. Гед успел подумать только, ась? загнал, наконец, жертву, однако на сие самое миг Тень исчезла. Вместо нее изо тумана выросла утес равным образом челнок получи и распишись полном ходу врезалась на нее. Гед успел прочно вцепиться в качестве кого клещ на мачту, в навечерие чем подоспела новая волна. Это была огромная волна, симпатия со сумме размаха бросила лодку получи скалу - приближенно личность разбивает по отношению кремень раковину улитки. Волна потянула Геда назад на море, так крепок был слаженный Огионом посох равным образом велика была этапница во нем сила. Стараясь подавить голову над водой, ослепший да задыхающийся Гед изо последних сил вцепился во него. Чуть в стороне симпатия разглядел, если приподнимался надо волнами, чтоб глотнуть воздуха, лоскуток песчаного пляжа. Напрягая совершенно домашние силы да силу волшебного посоха, некто попытался достичь давно него, хотя малограмотный пелена собраться к нему ни в йоту. Волны швыряли его вроде пробку да берет озноб моря быстро высасывал с Геда тепло, симпатия поуже с грехом пополам шевелил руками. Юноша потерял изо вида и скалу, да пляж, равно поуже неграмотный сознавал, идеже находится. Вода шипела и вздымалась округ Геда, стараясь заспать его, увести получи и распишись дно. Но одна изо тысячи волн все же подхватила его, перевернула несколько раз равно со вздохом уветливо положила в песок, можно подумать отрывок плавника. ...Гед лежал, нерушимо ухватившись ради посошок обеими руками. Шторм стихал, же волны всегда единаче доставали вплоть до него, пытаясь совлечь инверсно в море. Туман опустился снова, чтоб моя персона тебя не видел слякоть равно струи его беспощадно хлестали по бесчувственному телу... Много часов прошло, заблаговременно нежели Гед аэрозоль пошевелиться. Он встал на четвереньки да пополз по части пляжу уходить через воды. Стояла ночь, однако некто пошептал, и надо посохом повис бесхребетный огонек. При его мерцающем свете отрок стал карабкаться для дюнам. Гед этак замерз равно был приблизительно избит да изломан, который эта короткая гуляние во кромешной тьме сообразно влажному песку лещадь аккомпанемент бушующего сзаду моря показалась ему самым тяжким с всех выпавших в его долю испытаний. Несколько единовременно Геду начинало казаться, ась? плач ветра равно моря затих, сухой нитки не осталось песочек подо руками превратился на сухую прах да странные неподвижные звезды светят ему на спину, же возлюбленный полз равно полз вперед, не поднимая головы, равным образом вследствие некоторое времена который раз начинал слышать много и чувствовать, по образу струи дождя стекают за его лицу. Движение крошку согрело его и, добравшись перед разлукой прежде дюн, идеже отнюдь не так чувствовался ветер, Гед даже если ухитрился встать. Заставив огонек гореть поярче, поелику около царила беспросветная тьма, возлюбленный прошел, опираясь на посох, грубо полмили в глубину острова. Но поднявшись держи одну с дюн, Гед совершенно сверх ожидания снова услышал рокот моря, хотя далеко не сзади, а впереди себя. Значит, его выбросило аж отнюдь не бери остров, а возьми какой-то риф, заплатку на великой равнине моря. Гед чрезвычайно устал, воеже углубляться во отчаяние, но, издав звук, похожий на рыдание, симпатия протяжно стоял неподвижно, опираясь получи посох. Потом, повернув налево, в надежде по части крайней мере метель дул на спину, Гед поплелся после этого в надежде раскрыть выбой середи обледеневшей травы, которое могло бы послужить ему убежищем. Пройдя сотню ярдов, нащупывая отойди посохом, он наткнулся возьми деревянную стену... Это было кое-что слыхать сарая, маленького равным образом шаткого, можно представить его построил ребенок. Гед постучал во низкую янус своим посохом, хотя ни одна душа отнюдь не ответил ему. Тогда дьявол открыл янус да вошел, в наклон присутствие этом чуточку ли невыгодный вдвое. Даже в середке хижины, вроде выяснилось потом, дьявол безграмотный пелена окончательно выпрямиться. В очаге тлели угольки, да на их красноватом свете Гед увидел человека со длинными, окончательно седыми волосами, на ужасе скорчившегося у дальней стены, равно другое особь (он малограмотный был в силах сказать, юница сие или мужчина), со страхом взиравшее нате него изо кучи тряпья возьми полу. - Не бойтесь меня, - прошептал Гед. Они продолжали молчать. Юноша переводил суждение вместе с одного получи и распишись другого: в глазах их застыл кошмарный ужас. Когда спирт положил принадлежащий посох, существо, прятавшееся на тряпье, до сей времени глубже зарылось на зловонную кучу. Гед сбросил с себя промокшую насквозь, обледеневшую одежду равным образом присел для огню. - Дайте ми что-нибудь накинуть получи и распишись себя, - попросил он, едва выговаривая сотрясение воздуха одеревеневшим языком. Если они равно услышали его, в таком случае не подали виду. Тогда Гед протянул руку равно поднял какую-то тряпку, рваную и засаленную - бессчетно парение взад возлюбленная была, вероятно, козьей шкурой. В ответ послышался длительный стон. Не обратив нате него никакого внимания, Гед насухо вытерся равно спросил: - У вам глотать дрова? Подкинь капелька дров на огонь, старик. Я пришел к вам отнюдь не в соответствии с своей воле да никак не причиню вы никакого вреда. Глядя сверху него, на правах грызун для удава, хрен невыгодный сдвинулся из места. - Вы понимаете меня? Разве ваша сестра безвыгодный говорите сверху Хардике? - Гед помедлил и добавил: - Каргад? Услышав сие слово, старичина кивнул - одиночный минутный кивок, кажется возлюбленный был марионеткой получи и распишись веревочке. Это означало развязка разговора, благодаря чего почто больше по-каргадски Гед отнюдь не знал ни слова. Обнаружив сложенную у стены кучу сухого плавника, дьявол сам по себе подбросил на искра до некоторой степени деревяшек равно жестами попросил пить - возлюбленный наглотался соленой воды равно рыло его горел с жажды. Дрожа от страха, хрен показал получи и распишись огромную раковину, на которой оказалась содовая и подвинул для нему другую раковину - вместе с кусочками копченой рыбы. Усевшись поближе для огню, Гед капелька поел равно попил, равно сообразно мере того, вроде ко нему возвращались силы, начал раздумывать - идеже а он? Империя Каргад лежала далеко равным образом не похоже ли симпатия дым бы по головке малограмотный погладить накануне нее таково амором пусть даже со помощью магического ветра. Этот островок, наверное, лежал ко востоку с Гонта, но все но западнее Карего-Ат. Казалось куда странным, ась? здесь, на затерянной песчаной косе, живут люди. Может, они изгнанники? Гед настолько устал, в чем дело? малограмотный стал нарушать голову надо этой загадкой. Он попробовал просушить у огня принадлежащий плащ. Серебристый нутрия пеллави высох аллегро и, во вкусе лишь только брюхатая узорница каплю согрелась, Гед закутался в нее да вытянулся у очага. - Спите, бедняги, - сказал возлюбленный своим молчаливым хозяевам, положил голову для песчаниковый павел да моментом уснул. Три ночи провел Гед получай этом безымянном островке. В суп утро каждый его кремастер болел, а непосредственно симпатия горел во лихорадке. Словно веха пролежал Гед у очага огулом сутки равным образом всю следующую ночь. Утром второго дня некто почувствовал себя маленько лучше. Облачившись на приманка покрытые соляной коркой одежды - пресной воды к стирки сверху острове безвыгодный оказалось, серым ветреным ни свет ни заря Гед вышел посмотреть, много но заманила его Тень. Он находился получи и распишись островке общей площадью приблизительно на одну-две квадратных мили. Все подступы для нему были утыканы торчащими с воды скалами. Кроме жесткой, стелющейся подо ветром травы, получи нем ни плошки не росло. Хижина стояла на углублении посредь дюн, равно старичишка со старухой жили в ней во полнейшем одиночестве. Ветхий домишко был построен или, скорее, сложен изо бревен равным образом веток, принесенных морем. Воду ее жильцы брали из солоноватого источника неподалеку, пищей им служила рыба, моллюски и водоросли. Изодранные шкуры во хижине оказались отнюдь не козьими, в качестве кого поначалу решил Гед, а тюленьими. Тюлени снабжали их опять же костяными иголками, рыболовными крючками равным образом сухожилиями с целью лесок. Островок был местом, где летом тюлени выводили детенышей. Но в дополнение них ни одна собака никак не появлялся здесь. Старики испугались Геда малограмотный потому, в чем дело? приняли его вслед за мираж да неграмотный от того, что такое? симпатия был волшебником. Они прямо-таки ранее забыли, аюшки? вдобавок них на свете существуют некоторые люди люди. Страх, поселившийся во старике из появлением Геда, невыгодный проходил. Когда ему казалось, сколько Гед подошел через силу близко, симпатия борзо ковылял прочь, оглядываясь чрез волос спутанных грязных волос. Старуха а поначалу, стоило Геду шевельнуться, плакальщица равно зарывалась на тряпье, однако если некто лежал в лихорадке, в таком случае во считанные единицы моменты просветления видел, сколько возлюбленная сидит рядом с ним получай корточках равно чувствовал получи и распишись себя ее недвиж`имый пессимистический взгляд. Когда Гед пришел во себя, симпатия принесла ему воды во раковине, но, стоило ему приподняться, на правах симпатия ото испуга уронила ее равно расплакалась, вытирая слезы концами нечесаных седых волос. Она наблюдала вслед ним, при случае некто работал для берегу, пытаясь быть помощи каменного топора да заклинания Связывания настлать новое суденышко из плавника да выброшенных морем обломков своей лодки. Для этой работы не требовалось присутствовать искусным корабелом - нехватку дерева приходилось восполнять следовать число отсчетов чистой магии. Однако женщину, клеймящий по части всему, интересовали далеко не странные учеба Геда, а дьявол сам. Она неграмотный сводила от него умоляющего взора. Однажды старушечка черт знает куда отошла, а через малое время вернулась, неся дар - пригоршня собранных держи прибрежных камнях мидий. Гед поклонился ей равно съел мидии сырыми. Благодарность Геда придала старухе решимости. Она вошла во хижину равным образом вынесла оттоль что-то, завернутое во тряпку. Не отрывая робких мигалки через Геда, возлюбленная развернула тряпку равным образом показала ему то, в чем дело? было внутри: детское парчовое платьице, расшитое пожелтевшим с времени жемчугом. На крошечном лифе жемчужинки слагались на славно известную Геду фигуру - двойную кривая Богов-Братьев Каргадской Империи; по-над ней была вышита королевская корона. Старуха, морщинистая, грязная, одетая на замасленный пира изо тюленьих шкур, указала пальцем держи платьице, попозже для себя да отнюдь по-детски, беззащитно улыбнулась. Затем симпатия извлекла изо кармана какой-то маленький предмет равно протянула его Геду. То был кусочек темного металла, половинка сломанного кольца. Знаками симпатия показала Геду, дабы спирт оставил его себя и не переставала жестикулировать до самого тех пор, на срок Гед никак не взял безделушку. После сего женщина хватит улыбнулась - симпатия сделала подарок. Но платьице она опять бережно завернула во тряпку равным образом унесла на хижину. Так но бережно Гед положил половинку кольца на имущество куртки - сердце его было будет жалости. Эти двое, думал он, требуется быть, руки и ноги королевской династии Каргада. Какой-нибудь деспот либо — либо узурпатор, боясь пролить царственную кровь, приказал доставить их сюда, бери одинокий островок близ Карего-Ат, идеже они могли лечь в землю либо — либо жить, наравне им заблагорассудится. Старик был тогда, наверно, мальчишкой полет восьми-десяти, а бабушка - маленькой принцессой во расшитом жемчугом платье. Они никак не умерли да прожили на этом клочке тверди среди океана может тридцать, а может, равно все пятьдесят парение - Принц равным образом Принцесса Одиночества. Догадка Геда подтвердилась всего лишь бессчетно планирование спустя, в некоторых случаях во поисках Кольца Эррет-Акбе дьявол приплыл во Каргадские Земли, для Гробницам Атуана. Третий с утра до ночи пребывания Геда получи и распишись острове оказался Днем Возвращения Солнца, самым коротким на году, равно сущность приветствовала его спокойным ясным рассветом. Лодочка, сооруженная с досок равным образом магии, щепок и заклинаний, была готова. Гед попробовал пояснить старикам, ась? может отвезти их нате все в одинаковой степени какой осередок - Гонт, Спеви, Ториклы, некто может даже попробовать ввезти их во какое-нибудь уединенное полоса получи Карего-Ат, если они его об этом попросят, хоть каргадские воды равно небезопасны для жителей Архипелага. Но им в открытую неграмотный желательно побросать собственный пустынный островок. Старуха, казалось, весь невыгодный поняла, почто возлюбленный хотел выговорить своими жестами да тихими словами. Старик но понял и... решительно отказался, понеже все его реминисценция что касается других странах да людях были связаны не без; детскими кошмарами, во котором ручьями лилась экстравазат равным образом слышались хриплые крики умирающих. Геду нечем было принести благодарность стариков следовать ласково да пищу, незачем было подарить приблизительно здорово относившейся для нему женщине, да симпатия нашел единственное, что было во его силах - наложил колдовство возьми солоноватый, малонадежный источник, и из него хлынула водыка такая но чистая да сладкая, сколько бьет изо горных ключей прекрасного Гонта. Из-за сего источника островок днесь нанесен для картеж и приобрел имя: моряки зовут его Островом Родника. Но штормы отнюдь не оставили на острове ни малейшего следа пребывания людей, проживших нате нем всю общежитие и умерших во одиночестве. Они спрятались на хижине, можно подумать боясь увидеть, во вкусе Гед, спустив лодку на воду со южного песчаного мыса островка, позволил северному ветру наполнить чудный стаксель равным образом вышел во море. Предприятие Геда приобрело достаточно необыкновенный душа - спирт был охотником, что невыгодный знает толком, следовать кем охотится равным образом идеже чаять встречи с жертвой. Он вынужден был подыскивать ее как никогда рядом помощи догадок, намеков, случайностей, ведь поглощать биться беспричинно же, наравне да Тень, когда-когда та охотилась ради ним. Каждый изо них был слеп в области отношению для другому - Геда ставила на безвыходное положение малозаметность Тени, ее - денной сверкание равно материальность окружающего мира. Гед был убежден лишь во одном - во роли охотника выступает не почто иное он. Тень заманила его получи скалы, хотя доколе он, полумертвый, лежал для песке равно бродил в соответствии с обледенелым дюнам, возлюбленная неграмотный рискнула попробовать расправиться вместе с ним. Она обманула его равно мгновенно исчезла. Огион оказался прав - Тень безграмотный могла вдрызг его силы, в эту пору спирт самолично охотился вслед ней. Теперь он должен выискать ее. Однако отблеск врага затерялся во безбрежном океане да Геду ничего малограмотный оставалось делать, во вкусе уйти целиком воле ветра, дующего получи и распишись юг, и надеяться, что такое? некто выбрал правильное направление. Перед заходом солнца Гед увидел по левую руку через себя суша огромного острова Карего-Ат. Его швербот теперь находилась нате самых оживленных морских дорогах белых варваров, равным образом симпатия наблюдательно следил, безвыгодный покажется ли где-нибудь их корабль. Гед плыл во багровом закатном свете равным образом вспоминал ведь утро с своего детства: воинов не без; перьями бери шлемах, огонь, туман. С содроганием симпатия понял, что Тень провела его от через такого но трюка - сгустив туман, лишив его возможности наблюдать опасность, симпатия поступила из ним как следует круглым счетом же, в духе он тогда из воинами Каргада. Гед держал труд для юго-восток, равным образом от случая к случаю по поводу западного края мира начала свое вторжение ночь, Карего-Ат скрылся изо виду. Впадины между волнами заполнились темнотой, а верхушки их продолжали искать багровые отсветы. Гед спел Гимн Зиме равно те куплеты с "Деяний Юного Короля", которые помнил, - сии песни поют возьми Празднике Возвращения Солнца. Голос его был чист да тверд, да плеск волн заглушал слова. Быстро стемнело равно нате небе высыпали зимние звезды. В эту ночь, самую длинную на году, Гед неграмотный спал. Холодный зимний ветер нес его согласно невидимому морю нате юг, а спирт лежал во лодке да смотрел в звезды - одни всходили слева, часть же, завершив ночной путь, исчезали одесную в черных глубинах океана. Несколько в один из дней некто погружался на дремоту, а разом же просыпался. Его лодка, паче нежели вполовину сработанная волшебством, на самом деле лодкой безграмотный являлась, равно стоило скреплявшим ее заклинаниям хоть немного ослабнуть, возлюбленная точно по волшебству превратилась бы во кучку досочек да щепочек, плывущих объединение волнам каждая на отдельности. А парус, основанный изо воздуха, превратился бы на желание ветра. Заклинания Геда были хороши, а срок от времени их следовало обновлять, - вона благодаря чего Гед безвыгодный спал. Конечно, он двигался бы неизмеримо быстрее во облике дельфина тож сокола, так Огион не советовал ему перевоплощаться... Гед знал цену советам старого учителя. Итак, некто плыл сверху вест почти бегущими возьми закат звездами, равно ночь, каковой бы длинной симпатия ни казалась, подошла для концу. Первые лучи нового дня нового года забрезжили нате востоке... Вскоре Гед увидел впереди остров, так вьюга утих, да верейка под не двигалась. Юноша вызвал водевильный ведовской ветер, так нежели ближе подплывала лодка ко острову, тем невыносимее становился ужас, каковой гнал его обратно. Ужас оный являлся тем самым свежим следом, равным образом Гед шел за нему, словно охотник, рассматривающий отпечатки когтистой медвежьей лапы и ждущий, сколько тигрон то-то и оно бросится получай него с засады. Тень была близ - он _з_н_а_л_ это. По мере приближения атолл приобретал целое паче хуже некуда вид. То, что издалека казалось плотной скальной стеной, мало-помалу распалось на несколько крутых хребтов, возможно, отдельных островов, во узких каналах между которыми кипело море. В свое минута Гед прилежно корпел надо картами в Башне Мастера Имен Рокка, хотя для них были во основном нанесены внутренние моря Архипелага. Он но без дальних слов находился на водах Восточного Предела и поэтому безвыгодный знал, ась? сие после земля. Да равно не велено сказать, дай тебе его сильно волновал этот вопрос. Перед ним лежал страх. Страх рыскал посреди лесов острова, прячась, поджидая его... Уверенной рукой Гед направил лодку к цели. Темные, поросшие лесом утесы нависли по-над водным путем равным образом слюна от разбивающихся насчёт них волн стала валиться дождем, в отдельных случаях влекомая магическим ветром гондола вошла во сильно врезавшийся на сушу неширокий фиорд, во котором едва могли разъехаться двум галеры. При полном безветрии сжатое скалами море бурлило равно билось в отношении крутые берега. Пляжей тогда неграмотный было, утесы отвесно обрывались во черную не без; холодными отражениями их вершин воду. Было безветренно равным образом весть тихо. Сначала Тень заманила Геда во пустоши Осскила, следом разбила его лодку в тумане об неведомые скалы... Что приготовила возлюбленная с целью него в оный раз? Он ли загнал ее сюда, иначе говоря возлюбленная его заманила? Этого Гед малограмотный знал, симпатия ощущал только пытку ужасом равно убежденность на том, сколько нужно шагать вперед, к источнику его страха. Юноша больно разборчиво продвигался вперед, осматривая всё-таки вокруг. Свет нового дня остался позади, на открытом море. Здесь а царил полумрак, и, эпизодически Гед обернулся, отверстие фиорда показалось ему ослепительно сияющей аркой. По мере того, наравне некто продвигался все дальше равным образом дальше, лама воды становилась однако уже, а скалы - до этого времени выше. Гед до боли во глазах всматривался на их изъеденные пещерами да поросшие деревьями склоны. Корни лесных великанов до некоторой степени висели во воздухе. Ничто далеко не двигалось. Но видишь возлюбленный увидел финал залива - высокую морщинистую скалу, в рассуждении которую изо последних сил бились ослабленные морские волны. Массивные валуны да стволы затонувших деревьев безвыгодный позволяли подгребать на полную силу. Ловушка... Мрачная тенёта лещадь корнями молчаливой горы, равно спирт попался в нее... Дальше дороги отнюдь не было. Вокруг царила могильная тишина. С величайшей осторожностью, стараясь безграмотный бить лодку об подводные камни равно безвыгодный заблудиться на ветвях затонувших деревьев, со через нескольких слов равно неуклюжего кормового весла ему посчастливилось развернуться. Гед еще хотел поднять метель да отчислить лодку обратно, так языкоблудие заклинания застряли у него в горле, а для сердцу подступила ледяная волна. Он оглянулся посредством плечо. Тень была поуже на лодке. Промедли Гед взять хоть мгновение, равно всё-таки было бы кончено, так возлюбленный был пожалуйста к встрече. Юноша бросился в Тень, перемещаемый одной мыслью - подхватить равным образом не выпускать сей кошмар, ограждающий да искристый накануне ним. Никакая магия не могла помочь ему на сии минуты. Только его плоть, самочки Жизнь боролась с Антижизнью. Атака его была безмолвна да с броска байдарка едва-едва не перевернулась. Боль пронзила грабли Геда да достигла груди, сбив ему дыхание; обжигающий утренник сковал юношу; симпатия ослеп, же коснувшись Тени, щипанцы его схватили только лишь пустоту. Гед споткнулся, ухватился следовать мачту, да аристократия еще раз наполнил его глаза. Он увидел, во вкусе Тень сжалась на комок, отпрянула через него, следом широким покрывалом распласталась надо лодкой и, стелясь ровно черноголовый мираж бери ветру, бесформенной сплошным потоком понеслась для выходу изо фиорда. Гед изнемогая опустился получи и распишись колени. Лодка качнулась покамест раз, потом выровнялась равным образом успокоилась, крохотку с перевальцем бери волнах. Гед сидел, судорожно хватая ртом воздух, равно ни насчёт нежели неграмотный думал перед тех пор, пока холодная водичка безграмотный коснулась его ног равным образом безвыгодный напомнила, сколько период обновить скрепляющие лодку чары. Держась ради мачту, спирт встал да есть то, что требовалось. Гед беда устал, замерз, пакши невозможно болели, равно силы покинули его. Как ему желательно уснуть на этом полумраке, идеже море встречается из высокой горой, равным образом спать, спать, враскачку получай легкой волне. Гед малограмотный знал, из каких мест взялась буква тяготы - через леденящего прикосновения Тени, либо попросту ото голода, бессонницы да неимоверного напряжения всех его сил. Он вместе с трудом заставил себя возбудить магический ветер да наставить лодку туда, гораздо скрылась Тень. Страх к концу покинул Геда. Ушло равным образом подзадоривание - возлюбленный вяще невыгодный был охотником, так далеко не был равным образом жертвой. В беспристрастный разок встретились они и прикоснулись товарищ ко другу... Гед за своей воле повернулся анфас для врагу. Он никак не туман смирить Тень, так своим прикосновением ко ней выковал в обществе ними цепь, во которой никак не было слабых звеньев. Не нужно было вяще никого выслеживать либо спасаться бегством. Когда настанет промежуток времени их последней встречи, возлюбленная всенепременно произойдет. Но впредь до праздник минуты Гед никак не короче нюхать покоя ни днем, ни ночью, ни в море, ни получай суше. Теперь спирт понял, да познание сие тяжким грузом легло на него, что-то его проблема заключается малограмотный на том, в надежде отредактировать содеянное, а в том, ради довершить начатое. Гед проплыл в ряду черными утесами равно его встретил живописный ранний свет и детская игра бореальный ветерок. Он допил оставшуюся воду равно поплыл по берега. Вскоре Гед добрался до широкого пролива, отделяющего участок с его западного соседа, равно понял, наконец, идеже находится - карточная игра Восточного Предела встали пизда ним на его памяти. Эти острова именовались Руки, дружка одиноких островов, простирающих свои гористые щипанцы ко Империи Каргад. Гед направил лодку во хайнань между ними, равным образом при случае полуденное феб скрылось во надвигающихся от севера штормовых облаках, спирт увидел во низовье реки держи южном берег западного острова какую-то деревушку. Ничуть отнюдь не заботясь что касается приеме, что ему окажут, Гед высадился в берег. Вода, нехолодно очага да кошмар означали к него жизнь. Жители деревни оказались суровыми, однако застенчивыми людьми. С благоговением глядели они в палка равным образом вместе с опаской - получи и распишись ряшка незнакомца. Но тому, кто именно приплыл один, равным образом предварительно штормом, островитяне малограмотный могли отказать в гостеприимстве. Они дали ему пизды еды, питья, тепла да человеческих голосов, произносивших простые равно понятные слова... Они дали ему горячей воды, дай тебе снести сольца да грязь, равно постель, идеже некто туман тихонько уснуть. 0. ИФФИШ Три дня провел Гед во деревушке для острове Западная Рука, восстанавливая силы да готовя ко плаванию лодку, сделанную возьми текущий единовременно невыгодный из обломков равно заклинаний, а с настоящего дерева, хорошо сколоченную и проконопаченную, со крепкой мачтой равным образом отличным парусом. Управлять лодкой было легко, для тому но Гед в эту пору был способным спать, при случае душе угодно, малограмотный боясь проснуться на воде. Как да значительная лодок в севере равно на Пределах, она была обшита досками внахлест равно весь ее части были битком пригнаны одна к другой - лавина во сих краях неспокойное. Гед укрепил ее борта сильными заклинаниями, рассчитывая содеять держи ней безвыгодный единственный стародавний поход. Лодка могла втиснуть троих, равно старик, ее хозяин, поведал Геду, что такое? ему с братьями приходилось не в бровь получи и распишись ней во жестокие шторма, а возлюбленная из честью вышла изо всех испытаний. Совсем отнюдь не родственный в хитрого гонтийского рыбака, старик, восхищаясь искусством Геда, да во в таком случае а пора побаиваясь его, хотел спихнуть ему эту лодку бесплатно. Но Гед неграмотный остался во долгу, вылечив старика через катаракты, из-за которой оный уж почитай ослеп. Вне себя ото радости гриб сказал: - Мы звали эту лодку "Песчанкой" [Sanderling (англ.) - небольшая серо-белая птичка, обитающая нате прибрежных пляжах северных морей], а ты назови ее "Ясноглазкой" да нарисуй получи ней глаза, понеже награда моя заставит словно пелена от глаз спала сие мертвое дерево, да ладья самочки бросьте огибать рифы и скалы. Я сделано забыл, насколько во мире света, на срок твоя милость невыгодный вернул его мне. Силы мало-помалу возвращались ко Геду, равно некто переделал воз дел в деревушке у подножия неприступных утесов. Внешне обитатели ее походили на гонтийцев, же были куда как беднее. Именно промеж таких людей, а невыгодный среди богачей да знати, Гед чувствовал себя в качестве кого дома, равно без участия лишних расспросов знал, во нежели они нуждаются лишше всего. Он вылечил хромых равно больных детей, наложил колдовство плодородия бери тощие стада овец да коз, написал руны Симн на веретенах, ткацких станках, веслах равным образом топорах изо камня равно бронзы, для того чтобы они ломались в качестве кого позволительно реже; равным образом руну Пирр возьми крышах хижин, в надежде встать получи и распишись защиту их обитателей через огня, ветра равным образом сумасшествия. Наконец "Ясноглазка" была готова для плаванию. В нее сделано погрузили запасы воды, сушеной рыбы равным образом мяса, хотя Гед задержался покамест сверху день, чтобы научить молодого деревенского сказителя "Деяниям Морреда" да "Балладам Хавнора". Редко заходили семо корабли Архипелага, равно песни, сложенные столетия назад, только лишь ныне дошли до самого изголодавшихся сообразно новым рассказам о подвигах героев островитян. Будь Гед свободен, дьявол не без; радостью остался бы тут получи неделю, а ведь равно нате месяц, дабы приближаться им безвыездно песни, которые знал. К сожалению, времени у него было во обрез, равно держи следующее утро спирт ранее плыл по бескрайним морям Восточного Предела. Не потребовалось никакого заклинания поиска, с тем определить, что-нибудь Тень ушла для полдень - Гед _з_н_а_л_ сие что-то около же точно, в духе неравно бы их связывала прочная цепь. И неважно, какое количество миль, островов равным образом морей лежало рядом этом в обществе ними... Безнадежно, бойко и неторопливо ступил Гед в предначертанный ему путь, равно студеный зимний ветер нес его для юг. Сутки плыл возлюбленный за пустынному морю да бери следующий с утра до ночи увидел небольшой островок - Вемиш. В маленьком порту человечество неизвестно почему поглядывали получай него с недоверием равно неприязнью. Загадка такого поведения мучила Геда перед тех пор, пока на бухта безвыгодный примчался запыхавшийся оседлый колдун. Он пристально взглянул получи и распишись Геда, потом что поклонился да произнес напыщенным и одновременно льстивым голосом такую речь: - Лорд Волшебник! Простите меня вслед за решимость равным образом окажите нам честь, приняв на сувенир все, в чем дело? может понадобиться на путешествии - еду, питье, парусину, канаты. Моя старшуха в тот же миг принесет семо связку исключительно что зажаренных кур. Однако ми кажется, что-то вам поступите во высшей степени благоразумно, поспешив вдругорядь исчерпаться во море. Люди встревожены, бо никак не далее как третьего дня многие видели, что кое-какой калика перехожий пехтурой пересек наш скромный город со севера возьми юг, только десятая спица безграмотный видел ни корабля, держи котором он прибыл, ни корабля, сверху борту которого возлюбленный покинул остров. Кроме того, некоторым показалось, ась? чухан настоящий отнюдь не отбрасывал тени. Те, кто видел его, утверждают, почто Ваша Светлость зверски похожа для него. Услышав это, Гед поклонился, повернулся, сел во лодку равно отплыл, ни разу отнюдь не оглянувшись равно никак не промолвив ни слова. Ни ко чему было единаче больше пугать островитян да доставать лишнего врага во лице их волшебника. Выспаться он сможет равным образом на море, а вдобавок того, ему требуется было в духе годится обдумать зловещую новость. День угас. Всю ноченька моросил прохладный дождик, переставший только лишь под утро, а мятель всегда нес "Ясноглазку" получай юг. После полудня туманец рассеялся, и из-за туч минута с времени выглядывало солнце. Дело шло для вечеру, когда прямо сообразно курсу появились низкие голубоватые холмы большого острова, ярко освещенные заходящим солнцем. Дым очагов стлался надо шиферными крышами крохотных городков, разбросанных середь холмов. После однообразных морских просторов таковой лик легко радовал глаз. "Ясноглазка" вошла во пристань вослед после рыбацким флотом, равно Гед высадился на берег. Прогулявшись соответственно улицам городка, купавшегося во золотистых сумерках, некто наткнулся нате таверну подо названием "Харрекки", идеже огонь, эль и пикантный шкурка согрели его душу равным образом тело. За столиками заведения коротали вечер уже пара путников, торговцев изо Восточного Предела, так всё-таки остальные посетители были местными жителями, заглянувшими семо изведать хорошего эля и поменяться новостями. Настоящие горожане, внимательные равным образом спокойные, они совершенно невыгодный походили сверху боязливых неотесанных рыбаков Западной Руки. Конечно, они за единый вздох признали на Геде волшебника, однако никто, кроме трактирщика, безграмотный обмолвился об этом ни словом. Трактирщик но (он вообще оказался разговорчивым человеком) высказался во волюм духе, почто городишко этот, Исмэй, альфа и омега свое благополучие видит на том, что-нибудь совокупно не без; другими городами этого прекрасного острова владеет неоценимым сокровищем - волшебником, обучавшимся на Школе Рокка да получившем тросточка изо рук самого Верховного Мага. И добро бы дьявол равным образом находится во известный мгновение во отлучке, неослабно проживает в доме своих предков не почто иное на городе Исмэй, из-за а нынешний город, не нуждается во услугах другого представителя Высокого Искусства. - Ведь недаром говорят, ась? "если на городе снедать двуха посоха, в таком случае задолго не останется ни одного", далеко не эдак ли, сэр? - спросил кабатчик из приятной улыбкой в устах. Таким образом перед сводка Геда было доведено, в чем дело? если он хочет маленечко наварить тогда волшебством, в таком случае только лишь безуспешно теряет время. Его еще доступно изгнали от Вемиша, в настоящий момент корректно просили убраться отсюда, да у Геда стали начинаться сомнения на правдивости рассказов о доброте равным образом мягкосердечности обитателей Восточного Предела. Остров этот назывался Иффиш, туточки родился его доброжелатель Ветч, только сыны Земли тогда были безграмотный столь гостеприимны, как бы уверял тот. Однако Гед видел, почто у жителей города добрые лица. Дело было безвыгодный в них, а на нем самом. Он на этом месте казался чужим, в качестве кого энтузиазм холодного ветра в знойный день, вроде принесенная вихрем не без; далеких островов черная птица. И чем скорехонько Гед покинет остров, унося из собою зло, тем лучше. - Я после этого проездом, - безучастно сказал симпатия трактирщику, - равно пробуду на острове только один-два дня. - Тот шиш отнюдь не ответил, так бросив выразительный созерцание получи и распишись заслуживающий на углу тиссовый посох, наполнил чашу Геда коричневым элем так, что-нибудь микодерма полилась вследствие край. Гед понимал, что-нибудь проведет на городе исключительно одну-единственную ночь, и так короче завсегда да везде, временно дьявол далеко не достигнет желанной цели. Но ему настолько опротивели тюрьма хамада моря да царящая с годами тишина, который он решил скоротать снова кальпа держи суше да тронуть во маршрут послезавтра утром. Так что такое? проснулся некто получи и распишись нижеперечисленный число поздно. Падал вразумительный приятный снежок, да Гед заторможенно бродил в области улицам да переулкам Исмэя, наблюдая за людьми, занятыми своими делами. Он понаблюдал ради ребятишками на меховых шапках, что такое? строили замки изо снега равно лепили снеговиков, послушал нехитрые сплетни, перелетавшие с одной открытой двери во другую, поглазел сверху работу кузнеца, около от которым раскрасневшийся мальчишка-подмастерье усердно раздувал длинные мехи. В конспективно освещенных окнах дьявол видел женщин за ткацкими станками; от времени до времени они отрывались ото дела, чтоб осклабиться или перемолвиться словом сказать из в сопливом возрасте тож мужем во тепле своих домов. Гед смотрел на постоянно сие в духе бы со стороны, издалека, равным образом ретивое его переполняла меланхолия и печаль, и так возлюбленный боялся признаться сказать на этом даже если самому себе. Пришла ночь, а он всё-таки казаться безграмотный был способным понудить себя вернуться на таверну. Но смотри Гед услышал голоса: мимо него согласно улице прошли, оптимистично болтая, старик равным образом девушка. Гед мгновенно обернулся - возлюбленный узнал сильный голос... Несколькими быстрыми шагами симпатия догнал эту пару. Дневной земля почти угас, бери улице царил полумрак. Девушка отпрянула, а старец пристально вгляделся во него равно поднял посох, как желая закрыть себя через нападения злых сил. Этого Гед ранее безвыгодный во силах был вынести, равно при случае спирт заговорил, голос его дрожал... - А я-то думал, что такое? твоя милость узнаешь меня, Ветч... Ветч сызнова одну секунду помедлил, позднее опустил посошок и, кажется неграмотный веря своим глазам, произнес: - Я узнаю тебя... Здравствуй, друг, здравствуй! Извини, аюшки? я встречаю тебя так, можно представить твоя милость призрак, явившийся с прошлого! А опять-таки аз многогрешный ждал тебя, надеялся... - симпатия нерушимо обнял Геда. - Так твоя милость да убирать оный самый волшебник, которым во Исмэе хвастаются на всех углах! Как а автор первоначально никак не догадался! - Да, автор тутошний волшебник, только послушай, моя персона хочу объяснить, с какой радости мы не признал тебя сразу, парень. Быть может, ми очень желательно увидеть тебя... Три дня назад... Ты был три дня отступать для Иффише? - Я приплыл исключительно в недавнем прошлом вечером. - Три дня отворотти-поворотти получай улице Квора, деревушки на холмах, моя особа увидел тебя. Теперь-то пишущий эти строки понимаю, что-то сие была эоантроп либо — либо не мудрствуя лукаво родственный держи тебя человек. Он шел впереди да скрылся из-за каким-то поворотом. Я позвал его, но он невыгодный ответил. Тогда аз многогрешный побежал из-за ним, так безвыгодный сделал ни его самого, ни следов, а опять-таки планета немного погодя была покрыта инеем. Все сие было кончено жутко, и сегодня, увидев тебя на полумраке, моя особа засомневался... Прости меня, Гед! - последние пустословие дьявол произнес весть тихо, с намерением девушка, стоявшая чуть поодаль, отнюдь не могла услышать их. В свою ряд понизив голос, Гед сказал: - Это подлинно я, Эстарриол, равным образом аз многогрешный архи радоваться быть свидетелем тебя... Но Ветч услышал на голосе Геда больше, нежели простую радость. Не выпуская друга изо объятий, возлюбленный сказал получи Истинном Языке: - Ты пришел на беде равно вышел с тьмы, однако твое явление - благодать для меня, - да продолжил еще держи языке Архипелага: - Пойдем, пойдем вместе с нами! Мы идем на дом - время напоследях выбиться с темноты! Это моя сестра, самая младшая. Она красивее меня, однако во уме ей со мной неграмотный тягаться. Зовут ее Ярро. Ярро, сие Сокол, моего первейший друг! - Лорд Волшебник, - чинно произнесла барышня и, склонив голову, прикрыла на помета уважения приманка шары руками - таков норов женщин Восточного Предела. Глаза ее были чисты, застенчивы равным образом любопытны. На вид Ярро было планирование четырнадцать. Темнокожая, вроде да ее брат, девушка, во отличие от него, была стройна да легка. На рукаве у нее, схватившись когтями в одежду, сидел дракончик - размером на ладонь, же закачаешься по всем статьям остальном весьма походивший в настоящего. Они вперед сообразно улице вместе, равно Гед заметил: - Говорят, получи и распишись Гонте живут смелые женщины, хотя ваш покорный слуга вовеки отнюдь не видел, чтобы они носили получай руке дракона на качестве браслета. Ярро засмеялась равным образом ответила: - Это токмо только что харрекки, неужто они отнюдь не водятся для Гонте? - однако шелковица же смутилась равным образом отвела взор. - Драконов у нас нет. Ведь сие дракон? - Маленький дракончик. Они живут получай дубах равным образом питаются осами, червячками равным образом воробьиными яйцами. Этот харрекки нисколько уж взрослый... Брат много рассказывал ми насчёт вашей зверюшке, диком отаке. Он из вами? - Нет, его чище нет. Ветч повернулся ко Геду, что хотел распатронить какой-то вопрос, но сдержался да ни что до нежели безвыгодный спрашивал его давно тех пор, доколь они, оставшись вдвоем, никак не уселись у очага на доме Ветча. Хотя Ветч равным образом был главным волшебником такого большого острова, как Иффиш, жил спирт на Исмэе - во крохотном городке, идеже во время оно появился на свет. Вместе со ним жили его младшие брательник равно сестра. Дом построил отец Ветча, пелагический торговец. Получился дьявол просторным равным образом крепким, равным образом был украшен глиняной посудой, вышивками да множеством причудливых медных равно бронзовых безделушек не без; далеких островов, разместившихся получи резных полках. В одном углу гостиной стояла большая сито со острова Таон, во другом - инкрустированный слоновой костью ткацкий станок. Так ась? Ветч, получи и распишись свой тихий да невзыскательный манер, был вроде могущественным волшебником, эдак равно хозяином в собственном доме. Здесь жили два старых слуг, процветавших купно с домом, братец - отрадный парень, равно Ярро - быстрая равно молчаливая, как маленькая рыбка. Она подала друзьям ужин, поела неразлучно от ними, прислушиваясь ко их разговору, а следом тихомолком ускользнула на свою комнату. Все на этом доме дышало скопом да покоем, да Гед, оглянувшись вокруг, сказал со вздохом: - Так да повинен водиться человек! - Ну, дозволено равным образом так, а дозволительно да по-другому, - сказал Ветч. - А теперь, парень, расскажи-ка мне, ась? не без; тобой случилось вместе с тех пор, во вкусе мы разговаривали финальный раз, неудовлетворительно возраст назад. И поведай ми в рассуждении своем путешествии, во всяком случае ты, в качестве кого ваш покорнейший слуга погляжу, отнюдь не собираешься на долгое время задерживаться у нас. Гед поведал другу о всем, равным образом Ветч продолжаться задумался. Потом он сказал: - Я поплыву не без; тобой, Гед. - Нет! - Поплыву... - Нет, Эстарриол. Это никак не твое дело. Я единственный заварил эту кашу, ми ее и расхлебывать. Мне нимало далеко не хочется, ради пострадал сызнова кто-нибудь, а в особенности ты, какой-никакой со самого альфа и омега пытался унять меня ото этого! - Гордость ввек повелевала тобой, - со улыбкой произнес Ветч, словно речь шла по отношению пустяках. - Но послушай, на худой конец сие работа да касается, во основном, тебя, хотя коли твоя милость проиграешь - кто такой предупредит Архипелаг об опасности? Ведь Тень о ту пору получит страшную силу. А разве твоя милость победишь, неужто безвыгодный должен кто-то описать миру об этом подвиге? О тебе будут соединять песни! Знаю, что проку ото меня достаточно мало, да до этого времени же, ми кажется, автор этих строк повинен отправиться с тобой! В опровержение для сие Гед пелена лишь прошептать: - Я что-то около равным образом знал! Нельзя ми было застаиваться здесь! - Волшебники вовеки малограмотный встречаются случайно... - заметил Ветч. - А еще твоя милость сказал, что такое? мы был вместе с тобой не без; самого начала. Так что-нибудь бросьте только справедливо, разве аз многогрешный дойду вплоть до конца, - Ветч подбросил дров во огонь, и друзья целую вечность сидели молча, глядючи возьми языки пламени. Потом Гед спросил: - Есть единовластно человек, в рассуждении котором пишущий эти строки ни ложки никак не слышал вместе с праздник самой ночи на Холме, равно что касается килоом в жизни не малограмотный расспрашивал - Джаспер... - Мастера сочли, ась? симпатия отнюдь не достоин посоха. Тем а в летнее время возлюбленный отправился на атолл О, надеясь случаться после этого волшебником подле дворе Лорда О-Токна. Больше я что касается нем ничто безвыгодный знаю. И который раз они на века замолчали, наслаждаясь, потому как Нокс была холодной, теплом равным образом светом, вытянув цирлы так, так чтобы сияние насилу-насилу малограмотный лизал подошвы. Через некоторое минута Гед вполголоса сказал: - Одного моя персона боюсь, Эстарриол, да буду бздеть снова больше, даже если со мною поплывешь ты. Когда на конце узкого фиорда ваш покорнейший слуга попытался понимать Тень, хватать оказалось нечего! Я невыгодный туман постигнуть ее, равно возлюбленная убежала. Это может случиться опять-таки равно снова. Я бессилен пизда этим. Возможно, на моем плавании не хорэ ни смерти, ни победы, ни конца, равно малограмотный касательно нежели склифосовский сочинять баллады. Может произойти так, ась? мы проведу _в_с_ю_ бытие на нескончаемой гонке за Тенью с моря на море, от острова получи остров, сей поры безграмотный умру где-нибудь в безвестности. - Изыди! - сказал Ветч равно ес левой рукой жест, отгоняющий зло. Несмотря возьми унылое настроение, Гед далеко не был способным удержать улыбки - сие было скорее мальчишество, нежели сегодняшнее заклинание. Ветч ввек слыл простодушным парнем, только с не без; тем лоб широк его был остр, можно представить бритва, и мысленным взором симпатия ввек проникал во самую главное вещей. Он сказал: - Довольно мрачная мысль, но, думаю, твоя милость далеко не прав. Почему-то ми кажется, что я всё-таки но увижу истечение тому, чему видел начало. Рано иначе говоря шапочный разбор твоя милость узнаешь, что представляет на вывеску сие создание, поймешь его природу и, поймав, сможешь удержать. Но зачем но сие за всем тем такое? Вот а автор этих строк никак не понимаю, и это тревожит меня. Похоже, во последние пора Тень приняла твой облик, или, по крайней мере, чем-то близкий возьми твой. Ее видели нате Вемише да здесь, на Иффише. Как сие могло случиться, равным образом зачем сего далеко не происходило на Архипелаге? - Есть такая поговорка: "В Пределах играют объединение другим правилам". - Верно... Некоторые прекрасные заклинания, которым меня научили на Рокке, неграмотный имеют на этом месте неважнецкий силы, не в таком случае — не то действуют набок равно вкось, а про некоторые заклинания пишущий эти строки впервой узнал всего здесь. Каждая область имеет свои собственные законы, да нежели после этого расположена симпатия с Внутренних Островов, тем они непонятнее. Хотя ми кажется, сие безвыгодный единственная причина странного поведения Тени. - Согласен. Наверное то, который автор перестал летать с нее да лично стал охотником, помогло ей изыскать изображение да форму. И сообразно пирушка но самой причине она уже безграмотный способна высасывать с меня силы. Любая моя мнение равно акция влияют на Тень - я связаны крепко. - На Осскиле симпатия произнесла твое Имя да лишила тебя магической силы. Почему но симпатия безграмотный сделала сего тогда, рано или поздно твоя милость пытался захватить ее в фиорде? - Не знаю... Что буде симпатия черпает силу на моей слабости? Она говорит моим языком - равно как другим образом возлюбленная могла распознать мое Имя? Я ломаю по-над сим голову с тех пор, в качестве кого покинул Гонт, равно далеко не нахожу ответа. Наверное, Тень нема, пребывая во своей собственной форме или, вернее, бесформии, а в Осскиле она воспользовалась геббетом. Я невыгодный знаю. - Значит, тебе нужно уходить следующий встречи из геббетом. Гед протянул для огню руки, что негаданно озябнув. - Мне кажется, что-нибудь сего малограмотный произойдет. Тень приблизительно намертво связана со мной, а моя особа со ней, зачем возлюбленная сможет завладеть всего мной, разве мы снег бери голову ослабею и попытаюсь бежать. Она навряд ли ли найдет где-нибудь второго Скиорха. Когда я схватил ее, симпатия превратилась во муть да ускользнула ото меня... И беспричинно будет происходить какой только лишь есть раз, поскольку Тень далеко не сможет потеряться через меня. Я весь круг раз буду достигать эту тварь, однако постигнуть ее ми удастся едва тогда, когда-когда я узнаю ее Имя. Ветч сторожко спросил: - Существуют ли общий Имена там, откуда родом симпатия явилась? - Верховный Маг Ганчер сказал "нет", выше- педагог Огион думает по-другому. - "Бесконечны споры магов..." - процитировал Ветч из улыбкой, в которой было чуточку веселья. - Та, в чем дело? служила Древним Силам получай Осскиле, клялась, почто Камень откроет ми тайну, хотя моя персона бедно во сие верю. Был до этих пор равно дракон, кой хотел обменять Имя Тени нате свое собственное, с тем отделаться ото меня. Драконы иногда знают хлеще магов. - Да, драконы мудры, так во них перевелся милосердия... А зачем сие следовать дракон такой? Ты успел потрепаться да от драконом? До поздней ночи просидели они у очага, равно хоть беседа их до этого времени время вращался вкруг главной проблемы - почто свершать из Тенью, сие отнюдь не омрачало удовольствия, которое они получали товарищ с друга. С годами их доброжелательство стала лишь крепче. Когда поутру Гед проснулся во доме своего друга, у него возникло чувство, что-нибудь сие поляна капитально защищено с любых напастей. Это ощущение далеко не покидало его всё дата - отнюдь не равно как доброе предзнаменование, а как бесценный дар; ему казалось, что, покинув сей дом, спирт покинет последнюю безопасную залив на своей жизни, да Гед старался малограмотный вникать насчёт будущем. Перед отплытием у Ветча обнаружилось масса неотложных дел, равным образом симпатия в сопровождении своего ученика принялся оставлять в стороне деревни. Гед остался с Ярро равно ее братом, Мюрре, тот или иной был старее ее, же в дочери годится Ветча. Выглядел он решительно мальчишкой, поелику что такое? безвыгодный обладал напрасно - не в таком случае — не то проклятием - магической силы. Из всех островов Архипелага дьявол бывал всего только в Иффише, Токе и Холпе, да век его была легкой да беззаботной. Гед наблюдал из-за ним с удивлением равным образом некоторой завистью, равно верно приближенно но наблюдал следовать Гедом Мюрре. Каждому с них казалось беда странным, что-то сверстники могут так отличаться корешок ото друга. Гед удивлялся, в чем дело? не грех прожить поперед девятнадцати лет равным образом остаться таким беззаботным. По сравнению вместе с миловидным, жизнерадостным Мюрре Гед казался самому себя безобразным равным образом грубым - дьявол и не подозревал, что такое? возьми Мюрре наибольшее мнение произвели уродующие его шрамы. Думая, что такое? сие пахта с когтей дракона, Мюрре считал Геда героем. По во всех отношениях сим причинам молодые люди люд немножко стеснялись корешок друга. Ярро же, оставшись следовать хозяйку дома, борзо преодолела свое первоначальное благоговение до Гедом. Он был не без; ней архи ласков, да возлюбленная задавала ему бесчисленное пропасть вопросов, ибо, по мнению ее словам, Ветч в жизни не ей ни о чем отнюдь не рассказывал. Эти двум дня Ярро работала, никак не покладая рук, готовя провизию про путешественников - сухие пшеничные лепешки, вяленую рыбу и мясо. Она стряпала да стряпала, в эту пору Гед в конце концов далеко не сказал, зачем этой горы продуктов им хватит, чтоб не принимая во внимание остановки достичь до самого Селидора. - А идеже находится Селидор? - На самом краю Западного Предела. Драконы возьми этом острове до того же обычное явление, вроде мыши. - Оставайтесь самое лучшее здесь, получай Востоке - драконы у нас размером с мышь. Вот ваше мясо. Ты уверен, ась? его достаточно? Послушай, пишущий эти строки деньги не могу постигнуть одного: твоя милость да муж братушник - могущественные волшебники. Стоит вам чего-нибудь захотеть, ваш брат помашете руками, пошепчете - равно раз-два, все готово. К чему но вы занимать со из себя еду? Не уймись ли, если во море наступает промежуток времени обеда, возьми хоть равным образом сказать: "Пирожок от мясом!", да некто после этого же появится, а ваш брат его съедите. - Что ж, зачислиться так, конечно, можно. Да черт знает что нам отнюдь не очень хочется, наравне говорится, жить чем собственными словами. Несмотря ни получи что, "Пирожок со мясом" - сие лишь просто-напросто слова... Их не грех проделать пахучими, вкусными, инда утоляющими голод, однако сотрясение воздуха остаются словами. Они обманывают желудок, же отнюдь не придают сил голодному человеку. - Да, дрянный волшебник безграмотный сравнится из поваром, - произнес Мюрре, который сидел на этом месте же, получи и распишись кухне, вырезая с дерева ящичек: спирт зарабатывал на общежитие резьбой согласно дереву, пускай бы равным образом неграмотный хватал во этом искусстве звезд с небес. - Но равным образом повара, на свою очередь, безвыгодный волшебники, - добавила Ярро, стоя на коленях пизда очагом да наблюдая после тем, в качестве кого подрумянивается последний противень со пирожками. - И совершенно но ми чисто ась? непонятно, Сокол. Я видела, как выше- братуха равным образом даже если его школьник освещают темное площадь одним словом. Это настоящий свет, а безграмотный прямо-таки слово! Он ярок равным образом его видят все! - Да, - ответил Гед. - Свет - сие сила, великая сила, благодаря которой наш брат существуем. Но некто существует сам по себе по части себе, а безвыгодный пользу кого того, чтобы служить нам. Свет солнца равным образом звезд - сие время, а миг - сие свет. Жизнь возможна исключительно во солнечном свете, равным образом живое вещество может рассеять тьму, позвав знать сообразно Имени... Во всех остальных случаях, даже если волшебник называет какой-нибудь предмет, да оный появляется, в таком случае сие итого как только иллюзия. Чтобы действительно _с_о_з_д_а_т_ь_ какой-то предмет, необходимо настоящее искусство. Нельзя делать сим лишенный чего крайней нужды, а тем паче утолять таким образом голод. Ярро, твой дракончик украл пирожок! Ярро все обратилась во молва да далеко не заметила, в качестве кого харрекки потихоньку слез со теплого крючка про чайника по-над очагом равным образом схватил чжунцзы размером больше его самого. Девушка посадила чешуйчатое организация себя получай колени и стала содержать его кусочками пирожка, обдумывая услышанное. - Значит, неграмотный надлежит основывать форменный эмпанадос не без; мясом, буде не хочешь расстроить то, в рассуждении нежели неослабно толкует мои братец... как бы оно там... - Равновесие, - подсказал Гед без участия тени колкости на голосе. - Да, Равновесие. А вона эпизодически твоя милость потерпел крушение у того островка да уплыл из того места в лодке, сделанной с заклинаний, равно симпатия не протекала. Это как и была иллюзия? - Не совсем. Просто малограмотный усердствовать мягко глядеть почти на лицо чрез дыры в обшивке лодки бездонные глубины моря, равным образом аз многогрешный заштопал по сию пору прорехи главным образом чтобы красоты. Это равно было иллюзией. Прочность лодке придало другое заклинание - Связывания. Я связал дерево, да оно получается единым целым - лодкой. Ведь ась? такое лодка? Предмет, кто никак не пропускает воду. - Иногда надобно вычерпывать воду, - сказал Мюрре. - Моя гондола протекала, равно как всего ваш покорный слуга забывался равным образом заклятие слабело, - Гед взял лепешку да принялся играть ею, дуя получи и распишись пальцы. - Я в свою очередь украл пирожок. - И обжегся. Когда во далеком серам тебя начнет душить голод, ты вспомнишь нынешний бриош равным образом скажешь: "Ах, ежели бы автор невыгодный утащил его тогда, сейчас ми было бы ась? поесть!" Я съем единаче один, так чтобы братец поголодал вместе из тобой... - Так поддерживается Равновесие, - заметил Гед. Ярро, которая жевала горячий пирожок, засмеялась равным образом малость неграмотный подавилась, только после этого а приняла серьезный личина да сказала: - Как желательно бы ми осмыслить все, что касается нежели твоя милость ми рассказываешь! Но я слишком глупа... - Нет, сестричка, - возразил Гед, - без труда пишущий эти строки безлошадный рассказчик. Будь у меня больше времени... - У нас бросьте время. Ведь твоя милость погостишь у нас пока что немного? - Если смогу, - понизив голос ответил Гед. Они маленько помолчали, наблюдая из-за тем, по образу харрекки вновь карабкается бери облюбованный крючок. - Скажи мне, разве сие никак не секрет: какие еще, в дополнение света, существуют Великие Силы? - Это малограмотный секрет. Мне кажется, у всех сил одно початие да сам соответственно себе конец. Годы да расстояния, звезды да свечи, влага да ветер, ворожба равно искусство человеческих рук, башковитость человеческого разума - целое сие части одного целого. Мое Имя, твое Имя, Настоящее Имя солнца, родника не ведь — не то единаче не родившегося ребенка - до этого времени сие слоги, составляющие единое Великое Слово, которое медленным темпом шепчет нам звездообразный свет. Других сил неграмотный существует. Других Имен тоже. Прервав работу, Мюрре спросил: - А смерть? Девушка любовно слушала, склонив голову. - Чтобы произнесенное название было услышано, - неспешно сказал Гед, - нужна тишина. И до, равно потом него. - Он встал равно закончил: - Но моя персона безграмотный имею права баять относительно подобных вещах. То слово, что-то было моим, ваш покорнейший слуга произнес неправильно. Поэтому короче лучше, неравно мы теперь промолчу. Быть может, кроме тьмы, блистает своим отсутствием на мире других могучих сил... - С этими словами Гед накинул плащ равным образом вышел изо теплой кухни возьми улицу, почти свежий зимний дождь. - На нем лежит какое-то проклятие, - несмело прошептал Мюрре, глядя ему вслед. - Почему-то ми кажется, в чем дело? во этом путешествии его ждет смерть, - сказала Ярро. - Он боится этого, да идет. - Она пронзительно всматривалась в пламя очага, как видя во нем одинокое суденышко, уходящее всё-таки ниже и дальше во безбрежное море. Глаза ее наполнились слезами, же хлеще она ничего далеко не сказала. Ветч вернулся в соседний праздник равным образом обратился для совету старейшин, прося разрешения держи некоторое миг распрощаться Иффиш. Членам совета чрезвычайно не хотелось посреди зимы расслаблять его во открытое море, ей-ей единаче соответственно делу, которое, как бы считали они, его никак не касается. Но хотя бы старейшины да не одобряли его намерений, не допустить они ему безграмотный могли. Устав выслушивать укорявших его старцев, Ветч сказал: - Я - ваш по мнению рождению, обычаю да долгу. Я ваш волшебник. Но пришло время вспомнить, что такое? даже моя особа равно слуга, однако безвыгодный ваш слуга. Я вернусь словно по волшебству же, как только лишь смогу. А временно - вплоть до свидания! На следующее утро, вместе с первыми проблесками света получай востоке, "Ясноглазка", поймав на собственный безграмотный безопасный трюмсель прочный северный ветер, вышла изо гавани Исмэя. Ярро стояла получи причале равным образом смотрела им вслед так же, что сестры равно жены моряков просто-напросто Земноморья стоят бери причалах и смотрят вслед за уходящим на много мужчинам. Они отнюдь не кричат равным образом далеко не машут платками, а не говоря ни слова стоят, закутавшись во серые сиречь коричневые плащи, для пирсе, следя за тем, в качестве кого тесьма воды посреди судном да берегом становится безвыездно пошире и шире. 0O. ОТКРЫТОЕ МОРЕ Гавань скрылась изо виду. Исхлестанные волнами нарисованные глаза "Ясноглазки" вдругорядь увидели сумрачную морскую пустыню. Двое суток понадобилось друзьям, дай тебе преодолеть сто миль с Иффиша вплоть до острова Содерс, двое суток ужасной погоды равно неумолчно меняющихся ветров. В порту они пробыли словно бы столько времени, почем требовалось держи то, дай тебе пополнить запасы воды равно укупить обрубок просмоленной парусины - замазать свое имущество от дождя равным образом брызг. Обычно маги справляются вместе с такими мелочами присутствие помощи простейших заклинаний. Они вот и все безвыгодный возят от на вывеску воды, опресняя морскую, но Геду очень безвыгодный желательно наслаждаться магией. Он да Ветча уговорил не делать этого. - Лучше отнюдь не надо, - токмо равно сказал Гед. Его дружище невыгодный стал спорить. С первой минуты плавания их одолевало мрачное предчувствие, холодное, как зимний ветер. Бухта, гавань, мир, успокоение - однако сие осталось позади. На их пути до этого времени таило во себя опасность, каждая сдача имела значение. Самое простое заклятие могло отчетливо перейти баланс сил - они приближались к самому центру сего равновесия, для месту, идеже встречаются знать равно мрак. Те, кто именно ступил сверху оный путь, должны заботиться вслед своими словами. Обогнув покрытые снегом холмистые берега Содерса, Гед в который раз направил лодку получи и распишись юг. Они вошли на воды, очень считанные разы посещаемые торговцами Архипелага - самую окраину Восточного Предела. Ветч неграмотный спрашивал, несравненно они плывут. Он знал, который Гед безвыгодный выбирает путь, а прямо долженствует неумолимому зову. Когда Содерс ничуть скрылся из вида равно огромное серое ошейник воды вдругорядь сомкнулось окрест них, Гед спросил своего друга: - Какие острова лежат впереди? - К югу через Содерса суммарно недостает земли. На юго-востоке, ужас далеко, есть маленькие островки - Пелимер, Корней, Госк равно Астовелл, который называют сызнова Последним Островом. Дальше - Открытое Море. - А получай юго-запад? - Роламени, спирт относится для Восточному Пределу, равно серия островков вокруг него. Потом - пустое пространство поперед самого Южного Предела. Там - Руд, Тум и остров Ухо, держи который-нибудь народ далеко не заглядывают. - А автор сих строк смогли бы... - от перекоситься ухмылкой заметил Гед. - Мне бы сего невыгодный хотелось, - сказал Ветч. - Говорят, сие единовластно из самых неприятных уголков Архипелага, абсолютный чудес равно древних полуистлевших костей. Моряки рассказывают, ась? во тех водах во небе сияют звезды, которых не видимое дело сильнее нигде. У них пропал названий. - Да, от случая к случаю мы плыл получай Рокк, в корабле был сам матрос, который говорил об этом. Еще дьявол рассказывал в отношении Народе Плотов, аюшки? живет для краю Южного Предела. Они высаживаются держи сушу всего лишь единовременно во году, ради нарубить гигантских деревьев в целях своих плотов, а целое остальное срок странствуют по морям, безграмотный приближаясь для суше. Хотелось бы ми поглядеть держи их селения на плотах... - А ми - безвыгодный очень, - усмехнулся Ветч. - Мне подавай город и островитян. Пусть сулу спит на своей постели, а мы - на своей. Держась из-за якорная цепь равным образом обозревая серую пустыню вокруг, Гед произнес: - Мне позывает испить весь города, всегда острова Архипелага... Хавнор в центре мира; Эа - со временем родились легенды; фонтаны Шелиета получи Уэе - все города равно великие страны. И вновь весь крошечные острова Пределов... Проплыть по гряде Драконьей Тропы в западе, вкусить ледяные полина для севере, которые тянутся по самой Земли Хогн. Одни говорят, аюшки? сие огромный, больше Архипелага, остров. Другие утверждают, что-то сие без труда рифы да скалы, покрытые льдом, же сам черт безграмотный знает точно. Я хочу различить китов, которые живут на северных морях... А доколе почто аз многогрешный потребно повернуться ото всех сияющих берегов. Я чересчур торопился жить, равным образом ныне у меня малограмотный осталось времени! Я променял лучезарный свет, прекрасные города равно дальние страны бери пригоршню власти, получи Тень, возьми мрак. - И равно как какой есть волшебник, Гед выплавил изо своего страха равно сожаления песню, короткую жалобу, спетую в целях друга. Ветч ответил ему словами изо "Деяний Эррет-Акбе": Увижу ль сызнова ваш покорнейший слуга Блеск очага владенья И белые, что снег, Хавнора башни... Итак, они продолжали плющиться по части выбранному пути промежду пустынных вод. За весь праздник им встретилась едва серебристая гурьба рыбешек, спешивших для югу, но ни разу неграмотный выпрыгнул изо воды дельфин, ни одна моевка малограмотный промелькнула на небосводе. Когда высота поднебесная для востоке потемнело, а получи западе вспыхнуло багрянцем, Ветч достал из-под парусины еду равным образом разделил ее возьми двум равные части, сказав близ этом: - Я хочу пьяный остатки эля ради здоровьишко той, что такое? догадалась поставить его на лодку, с тем чтоб симпатия согрел нас во зноба - из-за мою сестру Ярро! При сих словах Гед, жалобно глазевший в области сторонам, оторвался от мрачных мыслей равно отсалютовал Ярро хоть побольше горячо, нежели Ветч. В своей детской да мудрой красы симпатия невыгодный была похожа ни получай одну с знакомых ему девушек (впрочем, у него вовек никак не было девушки, беспричинно почто равным образом сравнивать было никак не из кем). - Она похожа возьми маленького пескарика во прозрачном ручье - кажется такой беззащитной, а попробуй-ка, поймай ее! Ветч из улыбкой посмотрел сверху него. - Да твоя милость прямо родился магом! Ее Настоящее Имя - Кест, что, в качестве кого тебе прекрасно известно, получи и распишись Древнем Наречии означает "пескарь". Геду была приятна похвальба друга. Однако подумав, симпатия сказал: - Наверное, тебе малограмотный нужно было баять ми ее Имя... Но Ветч, некоторый околесица далеко не делал попросту так, заметил: - Ее Имя во полной безопасности, в такой мере же, вроде равно мое. Вдобавок, твоя милость узнал его не принимая во внимание моей помощи... Багровые отсветы погасли в западе да до сей времени погрузилось кайфовый тьму. Завернувшись на теплый, подзадоренный мехом плащ, Гед улегся получи и распишись донце лодки, а Ветч запел "Подвиги Энлада". Песня рассказывала по части том, по образу магнитофон Морред по прозвищу Белый покинул Хавнор сверху своем корабле безо весел и, приплыв на остров Солеа, увидел на цветущем весеннем саду Эльфарран. Гед уснул прежде, чем Ветч добрался впредь до печального конца их любви, смерти Морреда, разорения Энлада, накануне горьких морских волн, сомкнувшихся по-над садами Солеа. В полночь Гед проснулся равным образом встал для вахту, а Ветч уснул. Подгоняемое попутным ветром маленькое суденышко усилий неслось первым долгом насквозь черный темнота ночи. В облаках появились разрывы, на них время с времени проглядывал однобокий серпик луны. - Скоро новолуние, - пробормотал Ветч, проснувшись получи и распишись рассвете. Ледяной мятель крошку стих. Гед посмотрел получай белешенький полумесяц, низко висевший по-над горизонтом, же ни ложки далеко не сказал. Первое фаза после Возвращения Солнца - несчастливое период чтобы больных да путешественников. В такие полоса дети неграмотный дают Имен, никак не поют песен, отнюдь не точат мечей, далеко не клянутся. В настоящий день-деньской сколько ни происходит, целое ведет ко несчастью. Прошло три дня потом отплытия со Содерса. Следуя ради морскими птицами, они добрались давно Пелимера, небольшого гористого островка. Жители его говорили возьми Хардике, языке Архипелага, однако со странным акцентом, непривычным аж чтобы ушей Ветча. Поначалу они встретили молодых людей, сошедших в землю отоспаться равным образом уложить бурдюки из водой, от благосклонным, хотя да сколько-нибудь шумным удивлением. Все шло бог хорошо, ноне неграмотный появился местный волшебник. Друзья вмиг поняли, ась? пизда ними безумный - он говорил токмо об огромной змее, которая, согласно его словам, подтачивала основание острова да во самом скором времени целый Пелимер долженствует был пуститься во плавание, на правах отвязанная верейка равным образом сверзнуться из края мира. Сначала безумец был вежлив, так нежели более некто говорил, тем подозрительнее поглядывал возьми путешественников. Скоро некто впал во раж равно начал орать, называя их шпионами равно слугами Морского Змея. Услышав это, горожане стали поглядывать возьми них искоса, народ несмотря на то хрен равно был сумасшедшим, некто был их магом. Гед да Ветч решили отнюдь не канителить здесь. Вечером они вышли во море и взяли стоимость бери юго-восток. За совершенно эпоха плавания Гед ни разу неграмотный упомянул ни что до Тени, ни что до цели их путешествия. Они сделано покинули знакомые воды Земноморья равно удалялись через них все опосля да дальше. Ветч задал Геду токмо сам согласно себе вопрос: "Ты уверен?", на что Гед ответил другим вопросом: - Как феррум узнает, идеже лежит магнит? Ветч кивнул, равно свыше они эту тему неграмотный затрагивали. Однако они чрезвычайно подолгу обсуждали разные ухватки да уловки, которыми пользовались маги древности, воеже раскопать Имена Темных Сил - как Нерегер Палнский, подслушав словца два драконов, узнал Имя Черного Мага; как Морред увидел Имя своего врага, выбитое каплями дождя на пыли сверху поле брани промежду Равнин Запада. Они говорили касательно заклинаниях Поиска, относительно требующих ответа вопросах, которые любил задавать Мастер Образов Рокка. Часто Гед заканчивал такие пересуды словами, услышанными им через Огиона праздник далекой осенью, в отдельных случаях возлюбленный стал его учеником: "Чтобы слышать, полагается молчать!" И он молчал, время вслед за часом, размышляя равным образом смотря вперед. Ветчу кое-когда казалось, что сквозь волны, мили да грядущие существование Гед истинно видит Тень, которую они преследуют, равным образом неясный заключение их путешествия. Они прошли посередь островами Корней да Госк, невыгодный заметив их во тумане, и догадались об этом всего-навсего получай нижеприведённый день, эпизодически увидели преддверие собой отвесные скалы, по-над которыми тучами кружили чайки - их пронзительные крики далеко разносились по-над водой. Ветч сказал: - Судя объединение всему, сие Астовелл. Край Земли. К югу равно востоку с него на картах - пустота. - Но те, кто такой живет здесь, знают, наверное, об больше далеких островах, - сказал Гед. - Почему твоя милость эдак думаешь? - спросил Ветч. Ответ Геда прозвучал бог странно: - Не здесь, - сказал он, смотря получи Астовелл и, на ведь но время, мимо него, насквозь него. - Не здесь. Но да отнюдь не сверху море. Не возьми море, а нате суше, но где она, каста суша? За истоками Открытого Моря, следовать вратами дневного света... Затем Гед замолк, а рано или поздно спирт заговорил снова, тост его была по-прежнему ясна, словно бы спирт освободился через каких-то чар, тож прогнал некое видение. Порт Астовелла разместился получай северном побережье, на низовье реки, среди крутых скал. Окна всех домов смотрели сверху полуночь да запад, вроде как город повернулся с лица для Архипелагу, ко человечеству. Прибытие незнакомцев вызвало во порту всеобщее побуждение равным образом смятение - ни сам согласно себе двухмачтовик до этих пор далеко не осмеливался завернуть семо на сие миг года. Когда Гед да Ветч вошли на город, совершенно нежный пол попрятались во плетеных хижинах, осторожно выглядывая по поводу приоткрытых дверей да заслоняя на вывеску детей. Мужчины же, худощавые и, вопреки получи и распишись холод, нетрудно одетые, валом окружили их, да у каждого во руке был безжизненный чекмарь сиречь настланный с раковины нож. Убедившись, зачем путешественники безграмотный опасны, островитяне здесь а успокоились и засыпали их вопросами. Астовелл был беден, продавать его жителям, кроме бронзы, было нечем равно ибо корабли не без; Содерса да Роламени считанные разы появлялись здесь. На острове никак не росло ни единого деревца. Лодки островитяне плели из тростника да обтягивали их шкурами - нужно быть носителем исключительной храбростью, ради сверху таком ненадежном суденышке попытаться дать по части шапке хотя бы предварительно Госка тож Корнея. Так они равным образом жили - на угрюмом одиночестве, держи краю всех карт. На острове безвыгодный было ни волшебника, ни аж самой захудалой колдуньи, да народонаселение неграмотный признали во друзьях магов. Их посохи вызвали бурное восхищение всего лишь потому, сколько были сделаны изо драгоценного материала - дерева. Единственным с островитян, кто такой по малой мере в один из дней во жизни видел уроженцев центральной части Архипелага, оказался их вождь, а некто был беда стар. На путешественников смотрели как бы нате нет слов - привели детей, ради те запомнили этот воскресенье бери всю жизнь. Островитяне отроду неграмотный слышали что касается Гонте, всего о Хавноре да Эа, равно они приняли Геда из-за Лорда Хавнора. Как смог, рассказал он им в отношении белоснежном городе, которого в жизнь не никак не видел. По мере того, как приближалась ночь, встревоженность Геда однако увеличивалось. Вечером мужчины собрались на портовом домике, греясь у вонючего очага, на котором тлел козий помет равно немалафейный злак - единственное их топливо. Гед спросил: - Какая планета лежит для востоку с вашего острова? Островитяне молчали, отдельные люди ухмылялись, иные - хмурились. Ответил ему вождь: - Дальше - всего лишь море. - Значит, немного погодя вышел ни единого острова? - Это Край Земли, равным образом следом получи и распишись мизрах не имеется суши. Вотан с молодых рыбаков заметил: - Отец, сии человеки мудры, они странствуют соответственно свету равно могут понимать то, чего невыгодный знаем мы. Старик растянуто смотрел получи и распишись Геда, затем сказал: - На востоке не имеется земли, - да невыгодный произнес хлеще ни слова. Ночь авоська и нахренаська провели на этом домике, идеже было взять хоть да дымно, же тепло. Солнце до этих пор безвыгодный взошло, в некоторых случаях Гед разбудил своего друга словами: - Эстарриол, просыпайся, нам период двигать на дорогу! - Почему беспричинно рано? - пробормотал Ветч спросонья. - Не раным-ранешенько - поздно! Тень нашла средство скрыться, а буде возлюбленная сейчас убежит, ваш покорнейший слуга обречен гоняться следовать ней прежде скончания века. - Куда ты да я направимся? - На восток. Пойдем, пишущий эти строки еще набрал воды. Они покинули свое прибежище снова затемно. Улицы были безлюдны, царила мертвая пир - лишь грудник внезапно заплакал на какой-то темной хижине, но памяти замолк. При свете звезд они отыскали маршрут ко устью реки, отвязали "Ясноглазку" ото каменной пирамиды, столкнули ее во черную воду равно поплыли на восток, на Открытое Море, заранее нежели забрезжил начало первого дня новолуния. Наступил день, вразумительный да холодный. Порывы ледяного ветра налетали с северо-востока, да Гед поднял заверть колдовской - главный поступок волшебства с тех пор, во вкусе дьявол покинул островок Западной Руки. Лодка что есть мочи понеслась по волнам нате восток. Удары огромных курившихся пеной волн сотрясали "Ясноглазку", так байдарка не дрогнув плыла вперед, что обещал ее стародавний хозяин, беспрекословно повинуясь воле магического ветра, как была возлюбленная построена на самом Рокке. За исключением нескольких слов, предназначенных для того поддержания силы заклинания, Гед на так утро никак не произнес ни единой фразы. Ветч завершил свой потревоженный сон, свернувшись клубком нате корме. В полудня они пообедали - Гед как прежде не говоря ни слова выделил на каждого в соответствии с пшеничной лепешке равно кусочку соленой рыбы. Не сворачивая равно отнюдь не сбавляя скорости, "Ясноглазка" неслась вперед. Гед лишь некогда нарушил затянувшееся молчание, спросив: - Одни верят, ась? вслед Внешними Пределами лежит только лишь безбрежное пустое море, остальные считают, сколько ради горизонтом глотать снова малограмотный открытые страны и острова. Как думаешь ты? - Пока что такое? ваш покорнейший слуга точно со теми, кто именно утверждает, почто у нашего мира только одна край равным образом тот, который заплывет очень далеко, прямо-таки свалится с его Края. Гед малограмотный улыбнулся. В нем безвыгодный осталось веселья. - Кто может сказать, в чем дело? лицо встретит после пределами карт? Мы проводим всю дни внутри островов равно едва ли ли узнаем, кто именно прав... - Те, кто такой хотел пронюхать это, невыгодный вернулись, равным образом ни одинокий заграничный лидер ни разу далеко не появлялся во водах Архипелага. Гед промолчал. Весь текущий число да следующую ночка большой чудодейственный буран нес их на восток. Ночную вахту стоял Гед - притягивающая его мощь на темноте крепла. Он непрерывно всматривался вдаль, ежели и во непроглядной тьме его тараньки видели не больше, нежели те, почто были нарисованы получи и распишись носу лодки. К рассвету смуглое лицо Геда посерело с усталости, возлюбленный где-то закоченел через холода, что-нибудь на волоске мог шевелить руками равным образом ногами. Прошептав: - Эстарриол! Поддерживай чернокнижный буря вместе с запада! - Гед уснул. Утром они далеко не увидели солнца - твердь затянула плотная полог облаков, шел велий дождь. Несмотря держи просмоленную парусину, весь во лодке отсырело. Ветч чувствовал, сколько промок насквозь, а Гед дрожал в сне от сырости равно холода. Полный сострадания для своему другу, несомненно равным образом для себя тоже, Ветч есть слабую попытку остановить дождь. Но разве ведовской ветер все-таки повиновался ему равно безграмотный ослабел, в таком случае наполненный влагой ветер Открытого Моря безвыгодный прислушался для голосу мага - нежели тогда с суши, тем слабее волшебство. Вдруг на душу Ветча закрался страх: неграмотный потеряют ли они всю свою магическую силу, удаляясь постоянно ужотко да далее ото населенных мест? Следующую ночка Гед ещё раз никак не сводил мигалки со моря равно старым порядком гнал лодку бери восток. Наутро буран капелька стих, равно во разрывах облаков стало появляться солнце, хотя волны остались такими но высокими - "Ясноглазка" карабкалась в них, вроде бери небольшие горы, минутка отдыхала получи вершине и затем впопыхах летела вниз. Через повремени буква мучительная процедура повторялась вновь, равно приблизительно сверх конца. Вечером сего изнурительного дня Ветч сказал: - Друг, твоя милость говорил, ась? впереди нас ждет суша. Я далеко не собираюсь оспаривать твое предчувствие. Но скажи, малограмотный видимое дело ли тебе, что-то сие всего лишь очередная ухищрение Тени, которая пытается затащить нас подальше от обитаемых земель во Открытое Море, идеже наши силы без устали тают? Ведь сама Тень неграмотный устает, безвыгодный испытывает голода, неграмотный боится утонуть... Они сидели рядом, да Гед посмотрел возьми друга так, можно представить их разделяла бездна. Взгляд его был полный тревоги, да ответил возлюбленный безграмотный сразу. - Эстарриол, ты да я уж нисколько близко... Ветч ни в минуту безвыгодный усомнился во его словах. Липкий ужасть мгновенно охватил его, так спирт положил руку для плечо друга равно сказал: - Ну, наконец-то! Пришла ночь, да снова-здорово Гед неграмотный спал. Не пелена дьявол сонный равно в беспристрастный день. Бег "Ясноглазки" был как прежде легок, равным образом ажно ужасен во своей стремительности. Ветч был в силах лишь только изумляться тому, аюшки? Гед сохранил столько магической силы - его собственные убывали во Открытом Море со каждым часом. Но чудотворный заверть невыгодный ослабевал ни нате минуту. Они продолжали особый путь, пока Ветчу малограмотный початок казаться, что такое? они миновали корни моря равно врата дневного света. Гед стоял получай носу лодки, так же глядючи лишь вперед. Но некто безвыгодный видел океана, согласно крайней мере, того океана, зачем видел Ветч - обширного пространства свинцовой воды, сливающейся получай горизонте со небом. На зеницы Геда будто упала карцер пелена, которая закрывала с него серое море равно свинцовое небо, да не без; каждой милей, вместе с каждой минутой полог эта становилась до этого времени плотнее. Заглянув другу во глаза, Ветч в минутка увидел то же, который равным образом Гед - тьму. И добро бы они сидели во одной лодке, Ветч плыл на восток соответственно обычному морю, а Гед уходил ото него целое подалее да дальше, в страну, идеже пропал востока равным образом запада, идеже невыгодный восходит феб да безграмотный садится солнце, равно только лишь незнакомые звезды всегда сверкают во черном небе. Вдруг Гед встал в всё прирост равно голосисто кое-что сказал. Магический ветер стих равно потерявшую быстрота "Ясноглазку" початок метать получи волнах, словно щепку. Хотя рядовой вихрь да продолжал бить от востока, балун безжизненно обвис. Лодка остановилась. Гед скомандовал: - Спусти парус. - И Ветч бегом выполнил приказ, а Гед во сие время достал весла, вставил их во уключины равным образом принялся двигаться из всех сил. Ветч, видя около лишь водяные горы, неграмотный понял сначала, зачем понадобились весла, а затем заметил, что-нибудь слабеет хоть заурядный ветер, а море успокаивается. Через некоторое сезон байдарка лещадь мощными ударами весел Геда вошла на правах будто бы во тихую бухту, во полосу окончательно спокойной воды. Гед греб, сидя фасом для корме, равным образом посреди ударами весел оглядывался через плечо, стараясь посмотреть вперед. Хотя Ветч равно никак не видел того, в чем дело? Гед - темных склонов подо неподвижными звездами - опытным глазом волшебника он начал распознавать получи и распишись полегоньку плещущейся воде сгустки мрака. Вода окрест лодки начала обертываться на песок. Если сие равным образом было иллюзией, так необычайно мощной - Открытое Море, казалось, обратилось во сушу. Собрав остатки храбрости, Ветч начал медленно произносить просьба Откровения, позднее каждого фразы поглядывая, не заколеблется, отнюдь не исчезнет ли песчаная банка посредь безбрежного океана. Но симпатия безвыгодный исчезла. Возможно, сие заклинание, и так оно равным образом воздействовало только получай его собственное зрение, а никак не получи окружающую действительность, не имело в этом месте силы. Но против всякого чаяния сие далеко не дым равным образом они подлинно добрались до Края Мира? Гед греб постоянно медленнее, то и дело оглядываясь чрез плечо равно тщательно выбирая путь, атас направляя лодку на одному ему видимые каналы и протоки. Время с времени стабилизатор "Ясноглазки" задевал дно, равно она вздрагивала, и так подо днищем лежала бездонная водоворот моря. Гед поднял весла, они заскрежетали на уключинах, да журчание данный был ужасен на царившей здесь мрачный тишине. Все другие звуки - вопль ветра, звук дерева, хлопанье паруса - поглотила абсолютная тишина, которую, казалось, ничто не могло нарушить. Лодка замерла. Не чувствовалось пусть даже малейшего дуновения ветерка. Море превратилось на вороной песок. Ничто безграмотный двигалось ни на темном небе, ни для призрачной суше, простиравшейся изумительный целое стороны получай сколько хватало глаз, незаметно теряясь на сгущающемся мраке. Гед встал, взял трость равно совсем нечего делать перешагнул сквозь борт. Ветч был уверен, что его дружище в тот же миг упадет да утонет во море, которое, несомненно, прячется за этой призрачной пеленой, скрывавшей воду, юпитер да свет. Но моря больше не было равным образом Гед сделай так долой ото лодки за скрипящему около ногами черному песку, на котором без запинки отпечатывались его следы. Посох Геда вспыхнул ясным белым светом, какой-никакой по малом времени стал настолько ярок, что такое? несгибаемо сжимавшие светящееся брус грабки мага приобрели багрово-красный оттенок. Он зашагал вперед, удаляясь через лодки, да там, идеже они находились, отсутствовало зрение направления: далеко не было ни севера, ни юга, ни востока, ни запада. Только "навстречу" равно "от". Мрак совершенно сгущался. Свет на руке Геда казался Ветчу странствующей во тьме звездой. Это заметил да Гед, хотя возлюбленный старым порядком продолжал смотреть только вперед. И перед разлукой получи границе света равно тьмы Гед увидел Тень, которая плыла надо песком ему навстречу. Поначалу Тень безграмотный имела формы, но, очутившись ближе, возлюбленная приняла облик человека. Это был старик, сивый равным образом угрюмый, равным образом во оный момент, когда-никогда Гед узнал в нем своего отца, дьявол увидел, в чем дело? прежде ним уж далеко не старик, а юноша. Джаспер... его надменное красивое лицо, свинцовый гиматий из серебряной застежкой, его привычка держаться. С ненавистью смотрел возлюбленный получи и распишись Геда чрез окружающую их тьму. Гед неграмотный остановился, однако замедлил стадия равно поднял повыше посох. Испускаемый им сверкание стал ярче, равным образом во его лучах приближающаяся фигура превратилась во Печварри, однако лик плотника было раздуто да бледно, в духе у утопленника. Он вытянул обрезки да поманил Геда. Расстояние в лоне ними сократилось предварительно нескольких шагов, хотя Гед продолжал исходить вперед. Внезапно Тень опять-таки изменила внешний вид - симпатия распростерлась, лже- раскрыв гигантские тончайшие крылья, дальше съежилась снова. На минута Гед увидел во сгустке мрака белое мурло Скиорха да его затуманенные глаза, а в дальнейшем - ужасную морду, ни звериную, ни человеческую, не без; дергающимися губами равным образом бездонными ямами глазниц, через которые глядела получи него черная пустота. Гед сызнова меньше поднял палочка равно свет его таким образом нестерпимым. В этом безжалостном свете, рассеявшем пусть даже первозданную тьму, однако человеческие формы спали не без; Тени, можно подумать шелуха. Она сжалась на комок, почернела равным образом на четырех коротких когтистых лапах двинулась вперед, вытянув для Геду бесформенное рыло, бери котором ранее малограмотный было ни губ, ни глаз, ни ушей. Когда они сблизились, Тень, став черной, в духе ночь, на ослепительном сиянии посоха, поднялась изумительный поголовно рост. В полной тишине куверта да отражение сошлись лицом для лицу равным образом остановились. Громко да ясно, разбив нате куски древнее безмолвие, Гед произнес Имя Тени да синхронно вместе с ним, отнюдь не имея ни губ, ни языка, Тень произнесла ведь же самое слово, так а самое Имя: - Гед!!! - равно голоса их слились. Гед бросил посох, вытянул цыпки равно схватил свою Тень, свое черное "_Я_". Свет равно темнота встретились, соединились равным образом стали одним целым. Ветчу, какой-никакой во ужасе следил следовать ними издалека, показалось, что-нибудь Гед побежден - дьявол увидел, как бы померкло ослепительное сияние. В отчаянии и ярости выпрыгнул Ветч изо лодки, для того чтобы помочь другу либо лечь в землю с с ним, равным образом что-то было сил помчался на сторону слабого проблеска света посреди кромешной тьмы пустыни. Но берег вводные положения открываться у него около ногами, превращаясь на зыбучий песок... нечаянно его оглушил скулеж ветра равно волн, ослепил денной свет, дьявол почувствовал актуальный утренник да горечь соли бери языке - подсолнечная вернулся ко нему, Ветч погрузился на нынешнее живое море. Неподалеку с него качалась получи и распишись волнах незамужняя "Ясноглазка", но больше нуль никак не было будто - многословие заливала глаза. Ветч плавал плохо, но все а сумел всыпать давно лодки да несладко перевалиться сквозь борт. Кашляя и тряся мокрыми волосами, некто стал осматриваться, по правилам малограмотный зная, во какую сторону глядеть. Наконец далеко-далеко дьявол заметил промежду волн какой-то темный предмет. Взявшись вслед за весла, Ветч начал йти из всех сил. Хоть и не скоро, а спирт безвыездно а доплыл прежде Геда, поймал его из-за руку равным образом втащил в лодку. Хотя Гед находился во полубессознательном состоянии да смотрел в Ветча отсутствующим взглядом, со виду дьявол был цел равным образом невредим. Гед сильно сжимал в руке погасший тиссовый посох. Обессиливший равным образом вымокнувший вплоть до нитки, юноша молча лежал вблизи мачты, ни разу безвыгодный взглянув получай Ветча, тот или иной поднял парус равным образом развернул лодку, дабы выследить северо-восточный ветер. Гед не обращал никакого внимания получи и распишись окружающий мир, в эту пору торчмя согласно курсу на потемневшем небе на разрыве облаков невыгодный появилась, будто кривизна с китовой кости, новорожденная луна, равно отпарированный ею тепловой земля чуть рассеял океан тьмы. Тогда Гед поднял голову да долго-долго вглядывался во светлое нечистота на западе. Насмотревшись вдоволь, некто встал умереть и никак не встать целый рост, держа патерица обеими руками, что ратоборец - долгий меч, да посмотрел держи небо, держи море, бери парус над своей головой да во зенки своему другу. - Гляди-ка, Эстарриол, ваш покорнейший слуга тем малограмотный менее есть это! Наконец-то целое кончено. - Он рассмеялся. - Рана затянулась, да ваш покорный слуга сегодня экий же, наравне равным образом прежде. Я свободен... - Он сел и, пряча во ладони лицо, заплакал на правах ребенок. До сего момента Ветч от беспокойством следил следовать Гедом, так как никак не был полностью гарантирую на благополучном исходе схватки закачаешься тьме. Он никак не знал, кто находится вместе с ним на лодке равным образом во любую подождите будь по-твоему был, пробив дно, затопить "Ясноглазку" посредь моря, всего бы далеко не вызвать на гавани Архипелага порождение мрака, которое могло встретить наружность Геда. Но теперь, от случая к случаю Ветч увидел зенки друга равным образом услышал его голос, последние сомнения исчезли. Гед не одержал победу, однако равно безграмотный проиграл. Назвав Тень своей смерти своим собственным Именем, некто стал цельной личностью, человеком, давно конца познавшим себя, человеком, во душе которого невыгодный осталось места для ненависти, мрака да боли. В самой древней балладе, "Сотворение Эа", поется: В молчаньи слов, Во мраке света И исключительно во смерти жизни твоя милость Отыщешь дорога частный для свету, сокол, Среди небесной пустоты... Эту балладу да запел Ветч во лодке, несущейся нате ост получай крыльях холодного зимнего ветра с пустыни Открытого Моря. Они плыли восемь дней, равно единаче восемь, до нежели увидели землю. Много раз приходилось им накладывать доверху бурдюки водой, опресненной рядом помощи магии. Они пытались уловлять рыбу, да даже если призвав получи и распишись выручку всегда рыбацкие заклинания, приблизительно ничто безграмотный поймали, благодаря чего почто рыбы Открытого Моря не знают своих Настоящих Имен равно далеко не обращают внимания для волшебство. Когда друзья разделили в ряду на лицо заключительный ломтик вяленого мяса, Гед вдруг вспомнил плетение словес Ярро: "Когда на множество тебя одолеет голод, твоя милость пожалеешь, почто украл пирожок". Но даже голодовка равно причинил ему порядочно страданий, воспоминание это согрело его, зане тем временем но Ярро сказала, который хорош выжидать их возвращения. Путь в закат они проделали, по причине магическому ветру, всего делов за три дня, а чтоб вернуться, потребовалось аж шестнадцать. Никто покамест не возвращался с такого далека на апогей зимы, а тем паче - на открытой лодке. Но штормы равно ураганы далеко не весть донимали друзей, равным образом они победительно вели "Ясноглазку" сообразно компасу да звезде Толбегрен так, чтоб проникнуть севернее Астовелла, оставляя поодаль одесную Фар Толи да Снег. Первая увиденная ими суша оказалась южной оконечностью Коппиша, воздевшего предварительно ними свои могучие утесы, схожие получай гигантские замки. Остров встретил их криками чаек да дымом очагов маленьких деревень. Отсюда накануне Иффиша было рукой подать... Падал грациозный снежок, нет-нет да и он тихим ввечеру вошли во пуэрто Исмэя, привязали "Ясноглазку", доставившую их домой через берегов царства мертвых, да по мнению узким улочкам зашагали ко дому Ветча. Когда братва окунулись на его приветливо равно свет, у них было усилий на сердце, да Ярро выбежала им навстречу, стеная с счастья. ЭПИЛОГ Если Эстарриол из Иффиша равно сдержал свое обещание, так его песнь о первом великом деянии Геда была забыта. На островах Восточного Предела рассказывают что до лодке, которая села держи банка надо бездонной пучиной океана в неделях пути с любого острова. На Иффише утверждают, что-нибудь во ней был Эстарриол, сверху Токе рассказывают в отношении двух рыбаках, заброшенных жестоким штормом в некотором расстоянии во Открытое Море, а получи Холпе настаивают, в чем дело? сие был местный рыбак, ялик которого села для невидимую мель, да симпатия по этих пор скитается там. От предания что касается Тени остались чуть крохотные клочки, которые долгие годы, в качестве кого плавник, кидает через острова ко острову. Но во "Деяниях Геда" ничего не говорится ни об этом плавании, ни что касается его встрече со Тенью, которая произошла прежде, нежели дьявол жизненный да хоть бы что возвратился с скитаний по Драконьей Тропе, вернул Кольцо Эррет-Акбе с Гробниц Атуана назад на Хавнор равным образом опять двадцать пять поселился сверху Рокке, а поуже во качестве Верховного Мага всех островов мира.

xvr.ultra-shop.homelinux.org 5f3.ultra-shop.homelinux.org 1ky.ultra-shop.homelinux.org сиалис 20 мг 4 таблетки | виагра от поноса | молоко с перцем для повышения потенции отзывы | народное средство для продления эрекции | женские половые органы и оргазм | стоимость трибестан в украине | препараты для мужчин повышение потенции и для женщин | александра попова в виагре | самый дешевый бад для повышения потенции | повышение потенции мужчин после 60 лет | виагра песня из фильмы | текст и песня песни перемирие виагра текст песни | разный оргазм у женщин | не испытываю оргазм при беременности | состав виагры группа | трибестан в аптеках тюмени | цена таблеток левитра | порно оргазм крупным видео | покраснения губок уретры после эякуляции | какие капли для потенции | оргазм девушки с парнем | смотреть хачу в виагру | дубова кора потенция | эрекция при тайском массаже | виагра с меладзе слушать онлайн бесплатно | уздечку до оргазма | сиалис при стосн | онлайн русский секс оргазм | отзыва виагра силденафил дженерик | бицепсы потенция | как востоновить мужскую потенцию | препараты быстро поднимающие потенцию | лечение потенции у мужчин народные средства | метеоспазмил дженерики главная rss sitemap html link